"Фантастика 2024-126". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Анин Александр - Страница 581

У меня вдруг появились дикие мысли о том, что у меня может быть такой же… что однажды я буду с мужчиной, а потом через пару месяцев у меня начнет расти живот… а потом я буду рожать… и у меня будет такой же розовый комок, пускающий слюни… и я не избавлюсь от него никогда в жизни, он будет расти у меня на глазах, называть мамой, а потом сам станет еще одним человеком, таким, как я сейчас, и уйдет в свою жизнь…

Эти новые мысли так поразили меня, что перед глазами все поплыло. Раньше я никогда не думала о том, что мне придется рожать, что из моего красивого смуглого живота когда-нибудь выберется новый человек, а, может, и не один…

И чем больше я вдумывалась в это, тем больше понимала, что я не готова быть матерью и даже не хочу этого, что это не мое и что я вообще не приспособлена к подобному делу. Если смысл женщины — рожать, то я кто угодно, но не женщина. Скорее мужчина, если смысл мужчины обладая свободной, прокладывать путь своей жизни и вносить новое в мир. Я мужчина с грудью и с круглой задницей. Ведьма.

Придя в себя, я осторожно, как к атомному реактору, подошла к ребенку и, так и не поняв, с какой стороны за него взяться, решила для начала просто просмотреть ауру.

Благодаря урокам Кудеяра я с первого взгляда определила, что мальчик действительно средней силы маг, который возможно будет уметь успех в лекарском деле или в садоводстве. Кроме отклонении в ауре, свидетельствующем о магических способностях, я не увидела ничего подозрительного.

— Никакого проклятия нет, это обыкновенная простуда. Может, в комнате есть сквозняк? Я сварю легкий прогревающий отвар и смешаю вам порошок, который вы будете сжигать в комнате по грамму в день, чтобы малец дым вдыхал. Скоро он выздоровеет и иммунитет у него укрепится.

— И это вы поняли, только посмотрев на него? — поразилась Женива.

— На его ауру, — киваю, продолжая вглядываться в молодое плетение. — Маги многое могут по ней понять. Кстати, он у вас и правда колдун. Будущий лекарь или флорист… садовник, то есть. У него предрасположенность к магии жизни.

— Вот как! — всплеснула руками женщина и, улыбаясь, взяла детеныша на руки. Малец пискнул и прижался к мамкиной груди. — Ну и хорошо! Будет у нас с цветочками дружить!… Кто с цветочками будет дружить?… Ха-ха!

— Ну… я пойду, — неуверенно спрашиваю, хватая шляпу. — Ничего, если я в комнате отвар варить буду или мне лучше на задний двор пойти?

— Да можете вообще на кухне, если там вам удобно будет! — кивнула женщина. — А об оплате можете не беспокоиться, мы с мужем не поскупимся.

— Какая плата!? Бросьте! Для детей все бесплатно, — отмахнулась я и вышла.

Найдя на первом этаже нашу с Лео комнату, я похватала из сумки необходимые ингредиенты, котел, половник, ступу и пестик, и отправилась на хозяйскую кухню, где меньше часа готовила все необходимое. Всучив отвар и смесь из трав Жениве, я вернулась в комнату, где Леопольд изнывал от тоски.

— Ну как? — спросил он, убрав изо рта флейту.

— Все в порядке, детенышу ничего не угрожает. Ты уже заказал ванну?

— Да. Сказали, что бадью наполнят через полчаса.

— Красота! В теплой водичке покупаюсь… — обрадовано вздыхаю, потягиваясь и вместе с тем стаскивая с лица до смерти надоевший шарф. — Тогда пошли ужинать, я голодная, как Дейкстр!

Мы вышли в обеденный зал, где нам быстро принесли корзинку теплых булочек с вазочкой масла и нарезкой колбасы, грибную похлебку и мясо с жаренными овощами напоследок. Мы с Лео приняли эти угощения так, как будто это было первое, что нам дали за годы голодовки.

К счастью, мы могли себе позволить попировать, так как наш сегодняшний день прошел как нельзя удачней и выручили мы столько, что хватило бы на неделю жизни в гостинице и на парочку ингредиентов, из которых я точно могла бы сварить и продать несколько дорогих зелий… Эх, если бы этот город не был таким опасным, мы могли бы здорово заработать здесь, но, увы, завтра вечером нам нужно будет уходить, а не то еще нарвусь на неприятности со стражей.

После сытного ужина мы с Лео отправились в комнату. Решено было, что он будет мыться первый, так как он вообще себя уже вылизал и ему просто хочется погреться в теплой воде, а я своими шампунями вспеню всю воду, окрашу ее в ярко-синий и мыться после меня будет невозможно. Я не возражала.

Пока Леопольд отмокал в бадье в умывальной, я приводила себя и свои вещи в сумке в порядок. На меня напала мания порядка и мне захотелось, чтобы одежда была разложена в сумке аккуратно, чтобы ночная рубаха не была мятой и чтобы в сумке с зельями все было разобрано по кармашкам и отделениям.

Когда я закончила, из умывальной выскочил счастливый оборотень с мокрыми волосищами, с которых стекали реки воды. Обругав Лео за то, что опять не вытер голову, я сама шмыгнула в умывальную и заперлась там с родными баночками-скляночками, предвкушая долгожданное купание.

На радостях я просидела в умывальной до полуночи, время от времени самостоятельно подогревая воду. Когда я вышла, Лео еще не спал: он читал книгу, которую мы купили еще на наш прошлый заработок.

— Ну наконец-то! Я думал, ты там утонула, — зевнул оборотень, услужливо отгибая уголок одеяла со стороны, где должна была спать я.

— А ты почему еще не кот? — хмурюсь, садясь на кровати.

— Ну Бэйр… почему я не могу спать человеком? — заканючил Леопольд, игриво развалившись на кровати. Наклонив голову на бок, он широко распахнул свои чудесные глаза.

— Потому что ты спишь со мной, а спать со мной, будучи человеком, неприлично.

— Но с Дейком же ты спала!

— С ним я спала на разных кроватях!

— Какая разница прилично или нет? Мы же все равно берем одну комнату, так почему я должен спать животным? Я хочу спать человеком! — заупрямился Леопольд.

— Тогда иди спать на пол! — соглашаюсь. — Я тебе даже подушку отдам, хочешь?

— Нет, я хочу на кровати! — оборотень, как обиженный ребенок, сердито насупился и сложил руки на груди.

— Лео, ты взрослый мужчина, а я взрослая женщина, и нам нельзя спать вместе.

— Но я же не буду с тобой целоваться!… Хотя даже если и попробовал бы, что с того? — он косо глянул на меня, пытаясь заметить реакцию на эти слова. — Я люблю тебя и ты меня любишь, и ничего такого не будет, если мы будем спать вместе. Мне этого даже хочется, потому что так я буду ближе к тебе… от тебя так здорово пахнет!

— Лео… чудо мое, я тебя как друга люблю, а это не то же самое, что любить, как мужчину. Потому или становись котом, или иди спать на пол! — сурово указываю на место у противоположной стены.

— Не вижу никакой разницы, — нахмурился оборотень, резко вставая с кровати. — Тебе просто противно спать со мной, потому что я оборотень!

— Что за бред ты несешь, Лео?

— С Арландом ты тоже спала рядом, чем он лучше меня? Он злобный, он хочет быть убийцей! — воскликнул он, разошедшись.

— Эй! — я угрожающе нахмурилась и уперла кулаки в бедро. — Если не угомонишься, я выгоню тебя из комнаты и тогда спи, где хочешь!

— Это несправедливо! Я люблю тебя больше всех, я готов защищать тебя без всяких клятв, помогать в чем угодно… я убью за тебя! А ты ставишь меня ниже всех своих знакомых, ниже самых последних стражников! Даже их ты подпускаешь так близко, что пахнешь ими!

— Что!?… — у меня внутри все перевернулось после этих, а потом, без всяких переходов в настроении, меня мгновенно разобрала дикая злоба. Мне захотелось ударить Леопольда по щеке, но я все же сдержалась. — А ну убирайся! Я… я видеть тебя не хочу!!! Умственно отсталый ребенок!!! Да что ты вообще понимаешь!?… Я сказала вон отсюда, пока я не ударила тебя!!!

Испугавшись этой неожиданно вспышки гнева, оборотень выскочил из комнаты, пока я не запустила в него парой заклинаний. Как только он выбежал, я захлопнула дверь и задвинула щеколду.

После этого ярость, сдавившая горло и делавшая голос неестественно низким, как будто растаяла и превратилась в слезы.