"Фантастика 2024-126". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Анин Александр - Страница 673

– Ага, вот прям сейчас и отдам! – фыркнул чародей. – Я оставлю его у себя, пока ты не снимешься с места. Я твоя лошадь, пока ты путешествуешь, но пока ты во мне не нуждаешься, я хочу быть человеком, ясно?

– Рэмол найдет тебя прикончит, – напомнила я. – Этого хочешь?

– Я родился человеком и никакой даже самый блаженный серафим не имеет права превращать меня в существо совершенно другого вида!

– Люциус, ты неадекватен, тебе нельзя быть человеком! К тому же, где я тебя поселю? Что скажу Арланду? Нет, это даже не обсуждается, сейчас ты вымоешься, поешь, отдохнешь, потом наденешь кольцо на ухо и вернешься в сарай! Я вызову лучшего ветеринара в городе, утеплю твое жилище, куплю более теплую попону, буду за тобой ухаживать, но никак иначе!

– Нет! Ты поселишь меня в своей комнате, скажешь инквизитору, что я твой друг из академии, и дашь мне место под лабораторию, чтобы я мог продолжить свои опыты! Опыты! Я один из талантливейших магов столетия, а вынужден жрать овес и тупеть в стойле! – он с досады хлопнул рукой по воде и разбрызгал ее на пол. – Что до моей адекватности, то, да, до тебя и твоих дружков мне конечно же далеко! У меня нет галлюцинаций, не ору демоническим матом и даже не жру сырых мышей!

– Лео не ест сырых мышей!

– При тебе конечно же не ест! К нам в сарай заходит, превращается в кота и устраивает там кровавые бойни!

– Даже если так, то это не делает тебя менее опасным для общества, – строго заметила я. – Ты одержим вредительством!

– Я не одержим, я просто шутил над вами, – недовольно фыркнул Люциус. – Да, в прошлом я совершил много великих злодейств, но сейчас, когда рядом со мной инквизитор и я под надзором серафима, что я могу такого сделать? Только и осталось мне, что вытворять время от времени мелкие невинные пакости!

– Люциус, это не обсуждается…

– Нет! Я не дам тебе засадить меня обратно в лошадиное тело, ясно!? – взвизгнул маг и попытался встать в ванной, но упал обратно, разбрызгал еще больше воды и чуть не захлебнулся. Я уж думала бежать на помощь, когда снова раздался его голос: – Я что угодно сделаю, хоть академию за тебя закончу, только не смей снова делать из меня лошадь!

Его предложение было настолько неожиданным и привлекательным, что я даже не сразу ответила, всерьез задумавшись над ним.

– Так идет? Я научу тебя мета-магии, буду выполнять за тебя домашнюю работу из академии, а ты сделаешь так, чтобы я жил в этом доме человеком, и никто не знал о том, что я был лошадью!

– Но Лео уже знает, и я…

– А вот инквизитору и остальным соври что-нибудь! Я не хочу, чтобы на меня смотрели, как на животное, ясно!?

– Я не стану врать из-за тебя Арланду, – отрезала я. – Остальным говори, что хочешь.

– Значит, я остаюсь?… – спросил Люциус голосом, в котором уже не было привычной истеричности, только нотка недоумения, как будто он сам пока не верил в то, что у него получилось добиться своего.

– Да, ты остаешься… до поры до времени, – я встала со своего стула и направилась к двери, ведущей из ванной. – Я жду тебя на кухне. Нож для бритья и ножницы в тумбочке, твоя одежда сложена на корзине для грязного белья, приведи себя в прядок: у нас гости.

– Хочешь, чтобы я брился, не чувствуя пальцев?… Наверняка ты просто хочешь, чтобы я порезал себе горло.

– Просто мечтаю об этом, – я закрыла за собой дверь.

Леопольд и Люська ждали на кухне, на столе уже стояли две тарелки, одна, полная всего, для меня, другая, только с мясом и соусом, для Люциуса.

– Он скоро спустится, – сказала я, садясь на свое место.

– Кто он? – Спросила Люська, которая вопреки своем обыкновению даже не улыбалась: проклятый маг совсем перепугал ее.

– Его зовут Люциус, он маг. Он будет помогать мне по работе, – ответила я.

– Будет помогать? – Лео чуть не подавился чаем. – Он что, остается!?

– Да. Он болен, ему нужно поправится. До тех пор, пока не выздоровеет, побудет с нами, – невозмутимо ответила я.

– Бэйр, – оборотень предостерегающе взглянул на меня. – Ты помнишь, чем все кончилось в прошлый раз? А что если?… – он покосился на Люську и замолчал.

– Он обещал, что этого не повторится, – ответила я.

– А Рэмол? Демонтин? Они ясно дали понять, что не хотят видеть Люциуса… Люциусом.

– Они не могут убить его за то, что он простудился! И хватит об этом.

– Я все еще здесь и все слышу! – напомнила Люська, помахав рукой. – Кто этот Рэмол? И не тот ли это Демонтин, чей дневник ты брала из библиотеки? О чем вы оба вообще говорите!?

– Обо мне, полагаю! – на кухню вошел Люциус. Это было настоящее явление… Таким колдуна еще никто не видел.

Он зачесал коротко подстриженные блестящие после ванны волосы назад и сбрил свою густую бороду, сделав из нее достойную Голливуда эспаньолку. Кроме того, он был одет в темно-фиолетовый махровый халат Лео, который ему шел даже больше, чем оборотню, и вокруг шеи колдуна был обмотан дорогой шерстяной шарф.

– Это моя одежда! – вспыхнул оборотень и даже привстал из-за стола. – Я не разрешал тебе брать мой халат!

– Вместо этого ты дал мне жалкие обноски. Очень гостеприимно, – фыркнул Люциус с видом оскорбленного графа и уселся к своей тарелке с мясом. – А кто это рыжее недоразумение? – он ткнул вилкой в сторону Люськи.

– Линда, вообще-то, – поправила девушка, растекаясь по столу медовой лужей. Рыжий, маг, да еще и такой впечатляющий… мне уже было жалко Люциуса. – Может, расскажете о себе? Никто из них, – она кивнула на нас с Леопольдом, – так и не сказал ничего дельного. Я не знаю, что и думать о вас и вашем странном появлении!

– Обо мне?… Да что эти два невежливых олуха могут рассказать обо мне!? – в голосе Люциуса было столько пафоса и гордыни, что можно было подумать, будто он сам Цезарь, чьи достоинства и таланты еще не перечислили недогадливые слуги, внезапно забывшие целые поэмы, специально сочиненные на случай нового знакомства. – Они же ничего не знают обо мне, хотя мы почти год путешествуем вместе. Например то, что я родился и вырос в этом городе – для них новость. Видишь глаза Бэйр? А Леопольда? Да-да, я даже закончил ту самую академию, в который ты и Бэйр сейчас учитесь. И снова они удивлены… они ничерта обо мне не знают!

– Ты вырос в том городе? – переспросила я, не веря своим ушам. То, что у того чокнутого вообще когда-то было детство, родители, и юность… это сложно было представить.

– Бэйр ничего не говорила о вас – Люська удивленно округлила глаза. – Я думала, они путешествовали только втроем.

– Им хватает наглости такое заявлять, – фыркнул колдун.

– Наглости? – Леопольд изогнул изящную серую бровь и недовольно посмотрел на Люциуса. Под взглядом оборотня колдун стушевался: он еще помнил те кастрюли.

– К черту это все, я хочу добавки, не отвлекайте меня, – царственно отмахнувшись от Линды, Люциус встал и, величественно заправив халат, пошел накладывать себе еще мяса.

– Оставь два куска Арланду, а не то он тебя прибьет: он обожает мясо в клюквенном соусе, – замети Лео.

Люциус, к моему облегчению, заткнулся на целый вечер. Постепенно Лео и Линда продолжили свой прежний разговор об образовании и его необходимости. Оборотень утверждал, что по-настоящему тянущимся к знаниям учителя не нужны, так что академии и университеты – совершенно бесполезные предприятия, Люська же восхваляла прекрасную студенческую жизнь и настаивала на то, что академии необходимы.

Я посидела немного с ними, а потом взяла Люциуса под локоток и отвела в свою комнату спать, заранее объяснив, что он может делать, а чего нет. Когда колдун торжественно поклялся не портить мои вещи и не будить всех рано утром, я смогла с более-менее спокойной душой отправиться в комнату Арланда.

Сказался день напряженной работы: уснула я очень быстро, так и не дождавшись инквизитора.

Проснувшись поздно утром, я прислушалась к грохоту, доносившемуся из умывальной. Видимо, этот шум меня и разбудил.

Когда я вошла внутрь, увидела, что Арланд, еще не сменивший свою ночную экипировку на дневную, безуспешно пытается расставить обратно на полку все свалившиеся с нее банки-склянки-бутылки, которые вместе со мной перекочевали к нему в умывальную.