Демон. Расплата за ошибку (СИ) - Кертис Эва - Страница 40

Я ненавидела ожидание. Считала самым страшным, что могли создать Боги. Они как будто наслаждались, когда посылали его в магический мир. Каким был разговор моего мужчины и короля? Что Раттимир рассказал? Мои воспоминания отец Марикуса хотел бы увидеть чуть позже. Когда сможет трезво оценить то, что происходило у него под носом. Слишком он был поражен открывшимися фактами. После предательства Октимуса, он не мог заново кому-то довериться. Требовалось время. И я в этом его не винила.

— Тоскуете? — раздался рядом приятный баритон. Я же поморщилась, как от вернувшейся зубной боли.

— Пью, — меланхолично поправила я. В мои планы не входило любезничать с кем бы то ни было. Настроение совершенно для этого не подходило. Даже если этот кто-то уже неоднократно проявил свою симпатию. Хотя мы с Варконом уже давно обозначили границы нашего общения, для этого дракона стало будто забавой подкатывать ко мне. Ограниченные в этом мире забавы, скажем так. В моем сердце место было лишь для одного мужчины. И, к сожалению, среди разряженной толпы гостей, прячущих свои лица за масками, его не было и быть не могло. Вряд ли Визерис настолько расщедрился, что разрешил бы демону присутствовать на балу в честь возвращения королевского сына. Об истинных причинах мероприятия, естественно, все умолчали.

Все понимали, что у Октимуса остались сообщники во дворце. После небольшого совещания король принял решение, вычислить и переловить их как можно скорее. И речь шла далеко не о простом люде, хотя и среди него нашлись предатели. Нам нужно было выйти на того, кто филигранно вел темную игру против драконов и всего магического мира.

— Может, следует отвлечься от столь увлекательного занятия и позволить галантному кавалеру увлечь прекрасную даму в танец? — дракон сделал шаг ко мне, обдавая открытую кожу плеча своим теплым дыханием. И ничего, кроме раздражения, не вызвал.

— А может, галантному кавалеру стоит получше изучить вопрос пикапа? А то подкаты у вас, знаете ли, так себе, — не отрывая взгляда от танцующей толпы, скучающе произнесла я. — Варкон, — устало продолжила я, — у меня нет настроения. Честно. Можно я просто постою тут вместе с этим потрясающим бокалом чего-то жутко шипучего и сладкого?

— Уважаемая госпожа Винтр, ваши слова, порой, вводят меня в ступор, — мягко рассмеялся мужчина.

— Ну так и бросьте затею меня понять, — против воли улыбнулась я в пространство. Каким бы настырным ни был этот дракон, но я ничего не могла поделать с тем, что в его обществе мне было достаточно легко и комфортно. Вопреки желанию.

— Давай, Надин. Один танец. Я понимаю, что твои мысли сейчас далеко не здесь, но даже таким сильным ведьмам, как ты, порой стоит выдыхать.

— Есть что-нибудь? — я ненароком сканировала зал, отмечая, что не подозревающие о приближающейся катастрофе гости, вполне приятно проводят время.

— Ты же не думаешь, что все будет так просто? — Варкон выдохнул мне в макушку и прижал к себе чуть сильнее.

— Куда сложнее? — нахмурилась я. — Октимуса разоблачили. Кто бы ни играл в эти игры, он должен понимать, что все подошло к концу.

— Ты так в этом уверена? — мужчина чуть отстранился. — Надин, Визериса водили за нос веками. Ты же не настолько наивна, чтобы надеяться, что на разоблачении Октимуса все остановится.

— Так я об этом и говорю, Варкон. К чему это ожидание? Почему не нанести удар? Тем более я не заметила, чтобы Визерис готовил армию к войне.

— Этой подготовки и не должен никто видеть. Ты же понимаешь, что посыпятся вопросы от простых людей. Начнется паника, хаос, — убеждал меня он.

— Такое ощущение, что я что-то пропустила, — я с подозрением сузила глаза.

Но продолжить нашу беседу не получилось. В следующую секунду нас прервал голос, который я слышала, кажется, целую вечность назад. Каждый звук будто был нашпигован мелкими электродами, от которых меня едва не трясло.

— Я прошу прощения, но позвольте и мне потанцевать с этой прелестной дамой, — эта фраза прошила меня насквозь. При этом я будто впала в некий ступор. Жадно смотрела на мощную фигуру Раттимира, отмечая самые мелкие, незначительные изменения. Мой мужчина будто стал старше на несколько веков. В глубине его глаз притаилось нечто темное, отчаянное. Оно рвалось изнутри. Рвалось ко мне на встречу.

— Кто я такой, чтобы вам отказать? — мягко ответил Варкон, с легкостью выпуская меня из своих объятия и делая шаг в сторону.

В следующее мгновение я почувствовала родное тепло. Сильные желанные руки бережно обхватили меня, прижимая к могучему телу. С удивлением поняла, что и моего демона мелко трясет. Наши эмоции сейчас были чем-то бесконтрольным. Несмотря на творящийся вокруг хаос, несмотря на то, что мы находились вдали от дочери, в другом мире, все, чего желало мое сердце и тело — этого демона. Единственный.

— Раттимир… — слезы собирались в уголках глаз. Я не могла оторваться от его синего взгляда, который потемнел, словно небо перед наступающей грозой.

— Ох, птичка, что же ты наделала…

Глава 44

Мне было нечего на это ответить. Наделала. Я ушла от него так далеко, что, казалось, ему меня не найти. Даже если он желал этого всей душой. Но это был мой Раттимир. Тот, кто забрал мою любовь, когда я была еще совсем юной и дерзкой ведьмой. Он был тем, кто показал, как может мужчина любить. Я узнала, что значит, когда тобой живут и дышат.

Все остальное было таким неважным в данную минуту. И от осознания этой мысли слезы снова и снова капали из глаз, заливая белоснежную парадную рубашку моего мужчины.

— Надин, я не знаю, чего мне хочется сейчас больше: выпороть тебя или затащить в какой-нибудь о-о-очень темный угол и, прости за наглость, любимая, отыметь тебя. — Раттимир с таким отчаянием произнес это, что я невольно прыснула в его грудь. Его фраза прозвучала настолько пошло и абсурдно в то же время. Демон никогда не позволял себе вот таких жестких высказываний в моем присутствии. Ну, видимо, допекла…

— Раттимир… — я подняла голову и посмотрела на него. Он был таким диким в эту минуту: злой и возбужденный. Адреналин хлынул в кровь обжигающей магмой. Колени мелко задрожали. Пальцы вцепились в рукав темного пиджака.

— Молчи, птичка, молчи. Я на грани. Ты не представляешь, чего мне стоит держать себя в руках рядом с тобой. Такое чувство, что я испытаю облегчение только тогда, когда собственной кожей почувствую твою, — все это он, наклонившись, еле слышно рычал мне на ухо.

Меньше слов и больше действий? Это я могла. Резко отстранившись, я подмигнула ему и помчалась в сторону высокой пологой лестницы, которая вела в жилое крыло.

— Надин, вернись сейчас же, — донеслось позади меня.

Но сделать этого я не могла. Потому что необузданное возбуждение, которое плавило кровь Раттимира, теперь фонтаном било и во мне. Внизу живота ощущалась дикая пустота, которую я хотела заполнить сию секунду. Он был мне нужен. Мой мужчина должен был заставить снова поверить в то, что мы наконец-то вместе.

Я не замечала изредка попадавшихся разряженных гостей. Они все были для меня одним слепым пятном. Дыхание шумно вырывалось из груди. Бальное платье, которое безусловно было прекрасно, сейчас лишь замедляло мой бег. Оно, как издевка, якорем висело на теле и отдаляло от конечной цели. Мне казалось, что я слышу рычание дикого зверя. Монстра. Но я чувствовала его потребность как свою собственную.

Еще один поворот. Светильники отбрасывали тусклый свет на стены, придавая неширокому коридору мистический желто-красный окрас. Я уже видела свою дверь, когда Раттимир наконец-то схватил меня, прижал к стене и впился необузданным жестким поцелуем.

Он будто пил мою душу. Клеймил. Помечал. Снова и снова делал своей. Его жадный язык, словно завоеватель, ворвался в мой покорный рот. Наши языки сплелись в древнем танце любви. Никто не знал, как нужно правильно двигаться, но нам это было и не нужно. Инстинкт брал верх. Мы — две половинки одного целого. Древние Инь и Янь. Черное и белое.