"Стоящие свыше"+ Отдельные романы. Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Божич Бранко - Страница 33

Призрак давно был в доме и на этот раз не ошибся комнатой. Впрочем, в других спальнях горели ночники, ему больше негде было появиться. Инда с улыбкой смотрел в темное стекло и видел силуэт вороны, разгуливавшей по карнизу. Надо перечитать трактат по герметичной зоологии, найденный у арестованного мрачуна. Птица подпитывается энергией вместе с призраком? Или ее прельщает что-то другое?

Чудотворам призраки не страшны, они сами могут забирать у них энергию, не отдавая ни капли своей. Впрочем, еще ни один призрак добровольно чудотворам энергии не отдавал. Инда чувствовал голод призрака на расстоянии, сквозь стекло и стену, так же как почувствовал бы присутствие другого чудотвора. Природа распорядилась хоть и логично, но несправедливо: сделала мрачунов и чудотворов врагами, но лишила их оружия друг против друга. Инда знал о присутствии призрака, но не видел мрачуна, к которому тот пришел. И мог только гадать, а к мрачуну ли пришел призрак, или его цель — невинный ребенок, которого можно лишить рассудка или жизни за несколько минут.

Он снова перевел взгляд на спальню Йеленов. Ревности Инда не испытывал, только некоторое презрение к судье. За его наивность. Мысли о том, что Ясна много лет спит с ним в одной постели, не задевали Хладана. Куда сильней укололо ее уважение к мужу, ее готовность разделять его убеждения и отстаивать его интересы. Инду не слишком интересовало физическое обладание Ясной, но он претендовал — в глубине души — на ее поклонение. Он хотел быть для нее единственным и непререкаемым авторитетом. Он и сам видел что-то неправильное в своем к ней отношении. Но… мог себе позволить некоторые иллюзии.

Вороний крик прозвучал в ночи оглушительно и зловеще, шумно захлопали крылья, словно птицу что-то вспугнуло. Надо было перечитать трактат о герметичной зоологии заранее! Инда ощутил опасность и нервно посмотрел по сторонам. Тонкие нити мироздания всколыхнулись, и он почувствовал дрожь тонкой пленки, натянутой между мирами. Чудотворам не страшны энергетические удары мрачунов, но у этого счастливого свойства есть и оборотная сторона: чудотворы не чувствуют выплеска их энергии. Однако в этот раз что-то произошло, что-то случилось… Словно тонкая игла пронзила невидимую мембрану, словно два мира прикоснулись друг к другу, установили контакт. Инда не был уверен, что его смутные ощущения не есть его фантазия, подогретая пьянящим воздухом весенней ночи.

Он снова посмотрел по сторонам и на этот раз увидел у ограды шевельнувшуюся тень: человек, прислонившийся к металлическим прутьям решетки, оттолкнулся от них и шагнул к дороге, в темноту. В свете фонарей, горевших в саду, Инда разглядел куртку и грубые сапоги и даже услышал, как каблук стукнул по земле.

В спальне Йеленов вспыхнуло бра над кроватью. Тонкий силуэт приблизился к окну, откинулась полупрозрачная штора: Ясна выглянула в сад. В спальне Милы тоже зажегся свет: девочка проснулась, и заботливая няня поспешила ей на помощь. Инде некогда было рассуждать, что разбудило Йеленов поздней ночью, — он направился вслед за незнакомцем, но тот ускорил шаги, уходя все дальше в непроглядную темноту.

— Остановись! — крикнул Инда. Голос чудотвора, его непередаваемые властные интонации не спутал бы ни с чем ни один человек в Обитаемом мире. И Инда вложил в это слово все, на что был способен. Но человек и не думал повиноваться. Конечно, применять силу следовало только в особых случаях, но Инде почему-то казалось, что это и есть тот самый особый случай. Сила, что зажигает солнечные камни и двигает магнитные, сконцентрированным пучком ударила человека в спину[24]. Но тот не только не упал, он даже не пошатнулся! Он не заметил!

Чудотворы не боятся энергетических ударов мрачунов, но и мрачунам не страшна сила чудотворов. Человек, убегавший от Инды во тьму, был мрачуном, в этом не было сомнений. Настоящим мрачуном, а не латентным.

Сапоги незнакомца отчетливо стучали по дороге. Инда пожалел, что не умеет зажигать простые булыжники, как хвастался недавно перед своим дворецким. Шаги отдалялись, а потом вдруг смолкли. Словно убегавший остановился. Инда остановился тоже: вдоль дороги росли деревья, из-за любого из них можно было напасть со спины. Он прислушался, стараясь не дышать, но ничего не услышал: ни шороха, ни шагов, ни дыхания. Словно незнакомец провалился сквозь землю или растворился в воздухе.

Инда долго искал его в темноте, переходя с места на место, останавливался на краю Буйного поля, всматриваясь в темноту, но не увидел никакого движения и не услышал ни одного звука.

Бессмысленно.

Но появление мрачуна возле дома Йеленов еще сильней укрепило Инду в мысли о том, что Йоку надо забирать к себе. Пока не поздно. Ведь за домом какого-то заурядного латентного мрачуна не стал бы наблюдать никто. И… только что на глазах Инды произошло нечто очень важное. Важное для обоих миров. Он не мог этого доказать, у него не было ни единого аргумента — только внутренняя дрожь, необъяснимое волнение.

Инда побрел по полю к Тайничной башне, изредка оглядываясь; через несколько минут загорелся ночник в комнате мальчика — не иначе судья Йелен поспешил к сыну и увидел погашенный солнечный камень.

Инда открыл дверь в стене своим ключом: солнечные камни ярко освещали узкую лестницу, уходившую круто вверх. На площадке его встретили дежурные, удивленные столь поздним появлением.

— Я к Приору, — кивнул он им, — он у себя?

— Да, но вам, возможно, придется его будить.

В этом Инда сомневался — накануне праздника призраков? А впрочем, как следует отдохнуть и выспаться перед трудным днем и еще более трудной ночью не помешает никому, даже самому Инде.

Он прошел сквозь тройные металлические двери, преодолел еще один лестничный пролет, свернул к застекленной террасе и оказался у лифта: наверх чудотворов поднимали магнитные камни. Гулко лязгнула тяжелая дверь с защелкой, за спиной качнулись деревянные створки кабины. А может, все это ему почудилось? Может, однажды допустив эту ничтожную вероятность, он теперь любой факт или домысел пытается вписать в свою догадку? Что, собственно, он будет сейчас говорить?

Апартаменты Приора находились двумя ярусами ниже верхней площадки башни и занимали весь уровень. Кивнув секретарю, Инда миновал просторную приемную, поднялся на три ступени вверх и открыл стеклянную дверь в зимний сад: Приор сидел на лавочке, окруженной тропическими цветами, и читал книгу.

Инда присел рядом, расстегивая куртку, и посмотрел вокруг: бегущая прозрачная вода, южные растения и мягкий свет, идущий от стен… Тем, кто живет на севере, богатства юга кажутся сказочными…

— Я взял посмотреть книги из библиотеки этого мрачуна… — не поднимая головы сказал Приор.

Вот так. Словно праздник призраков — и не событие в жизни Тайничной башни.

— Да, мне сегодня в голову тоже приходила такая мысль, — кивнул Инда. — Есть что-нибудь новое?

— Есть. Не очень новое и, может быть, не очень важное. Сравнение внутренних органов росомах и женщин. Развитие плода в чреве и тех, и других. Очень подробный цветной атлас, качество печати превосходное. Книга сделана в нескольких экземплярах.

— Ищешь типографию? — Инда снова посмотрел по сторонам и заметил большую пеструю птицу, сидевшую на широком листе пальмы.

— Конечно. Но, боюсь, не найду: книга сделана лет двадцать-двадцать пять назад. На ручном печатном станке. Ты зашел по делу или просто поговорить?

— Трудно сказать… Я только что упустил мрачуна. Он наблюдал за тем же местом, что и я, и меня это насторожило.

— И что же это было за место, за которым ты наблюдал среди ночи накануне праздника призраков? — Приор наконец оторвал взгляд от книги и посмотрел на журчащий ручей, что нес воду в прозрачный пруд.

— Спальня младшего Йелена.

— Ты каждую ночь смотришь на окна спальни младшего Йелена?

— Нет. Но мне доложили, что мальчик был в гостях у профессора Важана и взял у него книгу о призраках. Я всего лишь хотел проверить, захочет ли он встретиться с призраком.