"Стоящие свыше"+ Отдельные романы. Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Божич Бранко - Страница 570

- Слышь-ка, Егор…

Берендей его не слушал. Он спрыгнул с мотоцикла и бегом кинулся по дороге к дому, петляя с одной стороны на другую, чтобы не пропустить следов.

- Погодь. Я тебе что скажу. Да не бежи ты так, я старый уже!

Берендей остановился.

- Быстрей, Михалыч.

- Никогда медведь женщин не ест. Сколько случаев слыхал - никогда такого не было. Он их для другого ворует…

- Для чего это? - спросил Берендей и понял. Понял - и обмер.

- Ну что ты побелел так?

Дыхания не было.

- Я его найду, - Берендей постарался вдохнуть.

- Куда? Один? Ни лыж, ни оружия!

- Все равно, - Берендей развернулся и побежал по дороге вперед.

- Дурак, меня погоди! Я тоже, чай, не лыком шит!

Но Берендей не мог его ждать.

Он увидел след очень быстро. Медвежий след. Но крови не было, значит, оставалась надежда. Он скинул ватник, продрался сквозь кусты у края дороги и рванул в лес. Так быстро он не бегал, даже когда в новогоднюю ночь удирал от Заклятого.

Заклятый шел на юго-запад, удаляясь от поселка. Не петляя и не спеша - следы задних лап не перекрывали передних. Берендей бежал. Быстрей бежать он не мог, но ему очень хотелось. Глубокий снег, слишком глубокий! Он не был спринтером, но был вынослив и в ровном темпе мог преодолевать огромные дистанции. Однако слишком быстрый бег мог свалить и его. Он старался держать дыхание, но все время сбивался, потому что мысли о Заклятом и Юльке как будто перекрывали ему кислород.

На кусте мелькнул яркий клочок меха рыжего цвета: у Юльки была лисья шубка. Он тащит ее как мешок и не видит, что она цепляется одеждой за ветки! Дыхания не хватало. Ноги еще могли бежать, а легкие не выдерживали. Он не ожидал, что выдохнется так быстро: забыл, что вчера потерял много крови и дело вовсе не в дыхании. Но если дыхания не хватит, то и ноги дальше не понесут. Берендей чуть сбросил скорость. И тут заметил, что медвежьи следы превратились в человеческие. И он снова побежал изо всех сил, на бегу разрывая воротник свитера. Не надо было так глубоко прятать оберег! Теперь все зависело от того, обернется Заклятый или останется человеком.

Берендей подумал, что ломится через лес как лось и его слышно за несколько километров. Он замедлил скорость и начал двигаться осторожней. Они были близко, он чувствовал, что они близко. Ему казалось, что он слышит запах Заклятого, и вскоре действительно его услышал. И запах Юльки - молочный, теплый, еле слышный, дурманящий голову. Берендей перешел на осторожный шаг: если Заклятый увидит его первым, то обернется. Он стиснул оберег в кулаке и постарался дышать как можно реже и спокойней.

На снегу появились несколько маленьких следов Юлькиных сапожек. Так, значит, до этого он нес ее, а здесь поставил на землю! Через два шага большие и маленькие следы перемешались, как будто долго топтались на месте. Да она сопротивлялась! Видимо, до этого она была без сознания (может быть, он ее оглушил), а здесь очнулась! Маленькие Юлькины следы снова исчезли - он справился с ней и понес дальше. Походка Заклятого изменилась, его пошатывало из стороны в сторону. Она мешала ему!

И тут Берендей их увидел.

Юлька лежала на снегу в расстегнутой шубке и как кошка отбивалась от Заклятого. Она молчала, но сопротивлялась бешено и бесстрашно. Заклятый нагибался над ней, пытаясь скрутить ей руки, но она пинала его ногами, и ему никак не удавалось их перехватить.

Берендей сжал оберег еще крепче, вскинул руку с ним вперед, глубоко вдохнул и хрипло крикнул, собрав все силы:

- На час!

Заклятый оставил Юльку и повернулся к нему лицом. И захохотал. Берендей подходил быстро и увидел, что двустволку Заклятый приставил к дереву, шагах в пяти от себя. Впрочем, Заклятому нечего было бояться и без двустволки. Он был здоровым, матерым мужчиной, ростом выше, чем метр девяносто, очень широким в плечах. И весил раза в полтора больше. Берендей пожалел, что не выломал хотя бы палки: у него не было с собой ничего, ни одного тяжелого предмета, даже ключа, который мог бы послужить кастетом.

Берендей был шагах в десяти, когда Заклятый вскинул руки, как бер, встающий на задние лапы. И… остался человеком. Его хохот смолк. Он не понял, что произошло, и осмотрел себя снизу доверху. Снова приподнял руки, уже не так уверенно. Берендей воспользовался его замешательством, подошел вплотную и с размаху влепил Заклятому тяжелую оплеуху. И подумал, что этого будет маловато.

Заклятый не долго приходил в себя и ответил ударом кулака ему в лицо, надеясь свалить на землю. Конечно, Берендею приходилось драться, но это бывало редко и довольно давно. И уж тем более в драке никто не стремился его убить.

Он легко ушел от удара и ударил в ответ. Заклятый понял, что его преимущество - в ближнем бою, и прыгнул на Берендея. Они покатились по снегу. Берендей не обольщался и знал, что ему не победить. Он никогда не дрался насмерть, но его переполняла такая ненависть, что он быстро понял, что такое бой без правил. Он почти не чувствовал ни боли, ни усталости, не жалел и не боялся убить Заклятого. Заклятый несколько раз брал его за горло, но он всякий раз выскальзывал из его железной хватки. Ему, как и Заклятому, довелось побывать и снизу, и сверху. Оказываясь наверху, Берендей остервенело крушил кулаками его лицо и, несмотря на усталость, вкладывал в эти удары всю ненависть и отчаянное желание не проиграть этого боя.

«Если наша кровь перемешается, он получит власть надо мной», - мысль мелькнула в голове и пропала.

Берендей слабел. Заклятый скинул его с себя мощным движением всего тела, и Берендей перекатился, пытаясь подняться, но не успел: теперь Заклятый был наверху. Берендей видел его кулак, с хорошим замахом бьющий в лицо, - и не чувствовал боли. Но от каждого удара из него уходила сила. Он извернулся, но Заклятый навалился на него всем весом и вцепился в горло. Вцепился ногтями, как будто хотел вырвать кадык. Берендей высвободил левую руку и рванул Заклятого за угол приоткрытых окровавленных губ, разрывая ему рот. Но Заклятый не ослабил хватки. Вырваться не получалось. Дыхания и до этого не хватало, в глазах стало быстро темнеть, тело ослабло, как вдруг руки заклятого разжались, а его голова безвольно упала Берендею на грудь.

Берендей глубоко вдохнул. Потом еще. Заклятый не двигался. Берендей посмотрел ему за плечо и увидел Юльку с ружьем в руках. Она держала его за стволы и дрожала. Берендей, откашлявшись, с трудом выбрался из-под Заклятого, вытер кровь, бегущую из носа по губам и подбородку, и перевернул его лицом вверх: Заклятый был жив, только сильно оглушен.

Берендей не обольщался - с минуты на минуту его противник мог прийти в себя. Он подтащил его к дереву и поискал глазами что-нибудь похожее на веревку: на снегу валялась Юлькина сумочка на длинном кожаном ремешке. Недолго думая, он оторвал ремешок и привязал Заклятого к дереву. Но ремешок был хлипкий, и Берендей снял с двустволки брезентовый ремень. Не бог весть что, но на час должно было хватить.

Он поднял глаза на Юльку: она смотрела на него виновато и растерянно. Берендей подошел и прижал ее к себе. На одну секунду.

- Как же я испугался, - шепнул он и почувствовал ее дрожь. Сам он дрожал ничуть не меньше. Едва Берендей понял, что все закончилось и можно расслабиться, как на него тут же навалилась боль, дремавшая до поры, и усталость, и головокружение.

Она всхлипнула.

- Не смей плакать. Надо быстро уходить отсюда.

Он глянул на правое плечо, пульсировавшее все сильней. На этот раз он был в светлом свитере, и ярко-красное пятно растекалось на глазах. Руки тоже перепачкались в крови, костяшки на кулаках ободрались, и не было никаких сомнений в том, что их кровь перемешалась.

Берендей посмотрел на Заклятого: голова его свесилась на грудь, окровавленное лицо, повернутое к Берендею в профиль, оставалось безмятежным и каким-то счастливым. И на глазах оплывало. Берендей подумал, что его собственное лицо тоже сейчас оплывает, и поспешил вытереть его снегом.