Опасный обман - Керстен Линн - Страница 12

– Деринг, – представился Джаррет, взял шляпу, пожал руку молодому человеку и завязал шнурки.

– Джон Гиллиам. Обычно в компании неприметен. Третий сын графа Харгрова и полное разочарование для семьи.

Джаррету было очень хорошо известно, на что это похоже.

– Потому что вы бездельничаете в «Раю»?

– Не только это. Мои визиты сюда – это единственное время, когда мне удается порадовать их. Мать никогда на это не согласилась бы, но Харгров доволен, что я проявляю интерес к мужским занятиям.

– Спорт? Или пьянство, игра в азартные игры и шлюхи?

– Все вместе. Один сын уже служит церкви, видите ли, а наследник, выполняя свой долг, женился и произвел на свет потомков. Но меня интересуют вещи, которых мой отец особенно терпеть не может: книги и учение. Он полагает, что они или лишат меня мужских качеств, или уже сделали это. Он воображает, будто меня может излечить лишь периодическая доза разгула.

– И вы этим занимались?

– Как и все здесь, в «Раю», я потворствую своим фантазиям и навязчивым идеям. Но в моем случае это сводится к окаменелостям и горным породам. Каждый день я исследую пустоши, собираю образцы и составляю карты. Два джентльмена, с которыми вы недавно беседовали, страстные альпинисты, так что мы часто отправляемся в наши походы вместе. В это утро мы тоже договорились сообща подняться на гору, но потом я заметил, что им хочется остаться наедине. Сославшись на плохое самочувствие и извинившись, я отказался идти с ними.

– А один вы не можете пойти в горы?

– Это небезопасно. Часто здесь организуют большие группы со слугами и проводниками. Думаю, мне придется в будущем присоединяться к ним. И найти другой способ тратить деньги, чтобы оправдать мое пребывание здесь. Мои друзья были так добры, что согласились прикинуться игроками, и всем нам это было удобно.

Джаррет удивленно посмотрел на него. Они стояли рядом, опираясь локтями о поручни, прохладный ветерок дул им в лица.

– Чтобы оплатить свой тариф, вы добровольно проигрывали ставки?

– Мы избегали настоящей игры, которая мне кажется скучной, но в общем – да. Я не пью, не хожу под парусом, не рыбачу и не стреляю по живым существам. Что касается женщин, то в Суррее есть молодая леди, чья семья неровня моей, но я все еще надеюсь когда-нибудь жениться на ней. Мы поклялись друг другу в любви и верности. Так что, как видите, у меня мало возможностей тратить деньги здесь, в «Раю», кроме как прикидываться игроком.

– А что требуется для того, чтобы стать тем человеком, который выигрывает ваши фальшивые ставки?

Гиллиам ухмыльнулся:

– Хотите получить это место? Мой отец придет в восторг, узнав, что я вожу компанию с повесой, пользующимся дурной репутацией, который утер нос герцогу Сарну.

– Черт возьми, неужели в Англии нет ни единого человека, который не слышал бы об этой истории? – усмехнулся Джаррет. – Не часто моя дурная репутация бывает полезна мне в качестве рекомендации.

– Если не считать женщин, я думаю. Заключим сделку? Я уже истратил почти половину того, что мой отец выделяет мне на подобные экскурсии, так что больше чем на полторы тысячи не рассчитывайте. И я предпочитаю тратить их постепенно, чтобы хватило на пять дней, оставшихся до моего отъезда. Взамен я попрошу вас об ответной услуге.

– Конечно, – с готовностью согласился Джаррет. За пятнадцать сотен фунтов он мало на что не пошел бы. – И что это будет?

– Сходите со мной в горы разок-другой. Это будут простые восхождения со слугами и проводниками. Я не чрезмерно много требую от вас?

– Думаю, вам хочется знать, готов ли я к физическим нагрузкам? – засмеялся в ответ Джаррет. Гиллиам может быть полезен, подумал он, и не только как источник средств. – Согласен. И если у вас нет других планов на сегодняшний день, то предлагаю совершить поездку верхом. Присоединитесь ко мне? Покажете мне окрестности и их достопримечательности?

Гиллиам кивнул в знак согласия, щеки его порозовели от удовольствия.

Яхта стала на якорь, когда к ней подошли три маленькие лодки, чтобы забрать рыбаков. Потом, оставшись только в компании членов команды, Джаррет и Гиллиам при попутном ветре вернулись к «храму наслаждений».

Когда они подошли достаточно близко, чтобы разглядеть сияющие в солнечном свете окна, Джаррет узнал вытянутый в длину участок берега, поросший лесом, где стоял его коттедж. Этим утром, завтракая на террасе, он заметил справа на некотором расстоянии верхушку острова в озере, всего лишь расплывчатое зеленое пятно в утренней дымке. На озере было много островков, некоторые лишь чуть больше теннисного корта, но когда яхта миновала один из них, Джаррета удивило, что он такой широкий. Густо поросший лесом, остров казался необитаемым.

– Остров Гекаты, – объяснил Гиллиам. – Когда я был здесь последний раз, на берег течением вынесло тело молодого человека. Ходили слухи, будто он отправился ночью ловить угрей, как делают местные жители, и попал в беду. Я никогда не слышал, какое решение приняли власти, знаю только, что молодого человека никто здесь не знал. Говорят, на острове лежит проклятие. Люди утверждают, будто отсюда слышатся странные звуки и есть сообщения о дыме, который поднимается из глубины острова. Суеверный народ тут на севере.

– Я договорился с хозяином лодок, что он даст мне маленькую шлюпку, – сказал Джаррет. – Возможно, как-нибудь я сплаваю туда и взгляну, что там.

– Вам нужно спросить Фидкина. Я слышал, будто остров – частное владение, и посторонних там не жалуют.

– А кто узнает, что я там был? – спросил Джаррет. – Ведьмы?

Глава 7

В салоне для азартных игр, где Джон Гиллиам с серьезным видом начал проигрывать первую долю из обещанного пожертвования, Джаррет выбрал себе такое место, откуда мог видеть позолоченные часы на каминной полке. Почти десять. Ждать еще час.

Компания у них была маленькая. Большинство гостей уже отправились в театр, где шло какое-то музыкальное представление. Но все они, или так казалось Джаррету, останавливались возле него во время обеда или теперь, у стола, где он и Гиллиам играли в пикет, чтобы поинтересоваться его планами относительно аукциона. Он будет участвовать? Какую максимальную ставку готов он сделать, чтобы получить власть над Гаэтаной в течение недели?

Пошлые шутки, непристойные каламбуры, оскорбления, замаскированные под балагурство…

Цыганка была права. Им хотелось события – конфронтации – на аукционе, за которым, как он догадывался, последует целый ряд фарсов. И ему в них отводилось амплуа дурака.

Роль, которую ему сейчас нужно бы заучить наизусть. Потому что если ставка поднимется выше трех тысяч фунтов, как предполагается, то даже такой знаменитый актер, как Эдмунд Кин, не смог бы предложить такую сумму. Потребовалось бы чудо, а на чудеса в этом Богом забытом месте Деринг не рассчитывал.

Гиллиам по крайней мере наслаждался. Единственной проблемой было удержать его от слишком крупного и быстрого проигрыша. Через некоторое время Джаррет показал Джону несколько карточных трюков и научил его одному довольно простому приему, как произвести впечатление на отца. А часы продолжали тикать.

– Боже мой, – проговорил маркиз Каррингтон, останавливаясь возле их стола и растянув губы так, что это могло бы сойти, по его мнению, за улыбку. Джаррету доводилось видеть и покойников, лица которых были более яркими и выразительными. – Не могу поверить, все только и говорят… будто вы не будете делать ставку на цыганку.

– Прежде всего слухи верны. Вы хотите получить ее для себя?

– Обычную шлюху? Но она много возомнила о себе, и я не возражал бы против того, чтобы призвать ее к порядку. Вы кажетесь человеком; способным это сделать. Хотя, возможно, вам не хочется доставлять себе неприятности.

– Неприятности меня не пугают. – Ловким жестом Джаррет веером раскинул колоду карт по столу. – Мне просто не хочется за это платить.

– Вы меня разочаровываете. Но вы хорошо разбираетесь в лошадях. Я сделаю вам щедрое предложение за гнедую.