Опасный обман - Керстен Линн - Страница 7

Времени разузнать об этом у него не было. Не часто от него требовали жить в соответствии с его репутацией, так что пока кто-нибудь не положит конец его праздному времяпрепровождению, он намерен развлекаться. В таком настроении Деринг неторопливо продвигался извилистыми путями на север, останавливаясь в лучших постоялых дворах, заказывая дорогие вина и представляя себе, будто объезжает свои воображаемые земли. Сегодня вечером, если ему не помешает появление его сообщника, он выяснит, сколько требует «Рай» за вечер постельного спорта.

Тропинка повернула к озеру и некоторое время шла вдоль него. Вечерний бриз обвевал его лицо. Ему навстречу ехали верхом двое мужчин, время от времени останавливаясь, чтобы зажечь фонари вдоль дорожки. Еще один участок леса, и за ним тропа стала подниматься на длинный пологий холм. На его вершине, примерно в пятидесяти ярдах над озером, сиял огнями «храм наслаждений».

Он напоминал огромную круглую шляпу, сидящую на еще большей шляпке гриба. Последние розовые и золотые лучи заката окрашивали оконное стекло и колпаки дымовых труб, узоры и черепичный купол, увенчанный какой-то статуей. С этого расстояния Деринг не мог разглядеть, что она изображала.

Просторная крытая веранда окружала строение со всех сторон. Там небольшими группами стояли мужчины, разговаривая и смеясь. Среди них, наверное, находился и человек, который должен сказать ему, чего же, чёрт побери, от него ждут.

Лорд Деринг узнал большинство из гостей, собравшихся на веранде, просто потому, что они когда-то присутствовали на том же приеме или сидели за тем же карточным столом, что и он. Когда Джаррет поднимался по лестнице главного входа, тощий молодой человек с рябым лицом и торчащими ушами отделился от толпы и направился к нему.

Боже милостивый! Неужели это Ройс Мичем? Не иначе как «Черному Фениксу» пришлось поскрести самое дно бочки. Второй сын состоятельного баронета, он всегда болтался рядом, не будучи никогда членом какого-нибудь круга, но пытаясь сделать вид, будто им является. Пожилые дамы приглашали его, потому что он всегда знал последние сплетни. И невзирая на свою жалкую внешность, хорошо танцевал.

Впрочем, Ройс Мичем мог бы быть идеальным конспиратором, если бы ему нужно было докладывать о том, что он увидел и услышал. Столкнувшись с ним на верху лестницы лицом к лицу, Джаррет ухитрился изобразить радость от встречи.

– Позвольте мне проводить вас, – сказал Мичем после восторженных приветствий. И следующие двадцать минут он вел Джаррета через просторную столовую, начинавшую пустеть, в еще большую комнату для игр, уставленную столами, стульями, в которой было на удивление мало посетителей. Когда Джаррет отметил это, Мичем сказал:

– Здесь будет битком народу, но позже. После представления.

Потом они поднялись вверх по лестнице, прошли по кругу вдоль купола храма и вышли в небольшие столовые и комнаты, которые Мичем назвал помещениями для частных приемов.

– С инструментами, – добавил он. – О, все, что вы можете себе представить. Это не мое дело, но пару раз я видел. В некоторых комнатах есть глазки. Мужчины, которые находятся там, знают об этом. Они хотят, чтобы их видели.

«Все это относится к «Раю»? – раздумывал Джаррет, когда они шли через короткий мостик на второй уровень меньшего здания. – Оргии и изысканные извращения?»

Очевидно, так, потому что Мичем привел его туда, где шлюхи занимались своим ремеслом.

– Это называется Ксанаду, что не переводится на английский. Вы можете взять даму с собой в любое место в усадьбе, но здесь вы их нанимаете.

Значит, он попал куда нужно.

– Как мне это сделать?

– Сейчас? Уже почти время для Гаэтаны. Но если вам не терпится, спуститесь по этой лестнице вниз в выставочный зал. Я иду в театр.

Это исключает, что он другая марионетка «Черного Феникса», решил Джаррет. Даже самый глупый конспиратор использовал бы такую возможность для какого-нибудь замысла. Это заставило его изменить собственные планы на ночь. Он должен быть доступным для настоящего эмиссара «Черного Феникса». Пожав плечами, Джаррет последовал за Мичемом назад через мостик.

Глава 4

Музыка и смех звучали все громче, по мере того как Джаррет и Мичем приближались к фойе, где несколько человек собрались у широких двустворчатых дверей. Один из них отделился от группы и подошел к вновь прибывшим.

– Лорд Деринг, – с поклоном приветствовал он. – Извините за причиненные неудобства. У нас сегодня необычно много народа, так что мне пришлось велеть принести дополнительные столы и кресла. Они не так удобны, как остальные, но зато видно будет отлично. Не возражаете, если вам придется немного подождать?

– Не беспокойтесь.

На лацкане его сюртука Деринг заметил скромную золотую булавку, которую Мичем ему уже описывал, – отличительный знак слуги высшего уровня.

– Нам подадут вина?

Двоих из стоявших у входа мужчин уже пригласили пройти внутрь. Джаррет подошел к двери на освободившееся место, оперся плечом о притолоку и заглянул в зрительный зал. Отличная миниатюра роскошного оперного театра овальной формы, с обитыми бархатом ложами, тянущимися вдоль стен. Хрустальные канделябры свисали с позолоченного потолка, и турецкие ковры покрывали наклонный пол. Маленькие столики, уставленные графинами и бокалами, стояли среди кресел, которые уже все были заняты.

На сцене козлоногие сатиры заигрывали с пикантными пастушками, тогда как ухмыляющийся Геркулес принялся соблазнять единорога. За исключением на удивление хороших музыкантов/скрытых в оркестровой яме, представление было того же сорта, что и фарс, который можно увидеть в каком-нибудь второсортном театре Лондона. Зрители, коих зрелище, очевидно, также не захватило, развлекались разговорами и не за одним столом, а за многими играли в карты.

Джаррет обратил взор на ложи и вдруг обнаружил, что узнает некоторых из сидящих там женщин.

– Это жена Ламперта? – спросил он подошедшего к нему Мичема.

– Да, – подтвердил тот и протянул ему бокал вина. – Она здесь единственная, кто держится в рамках приличий. Обычно сюда берут с собой одну или двух любовниц. В Ньюкасл со своим углем, как я говорю.

Представление в некотором роде достигло своей кульминации, в которой участвовали две живые овцы, было много крика и визга. Нимфы опутывали Геркулеса гирляндами из маргариток, а Пан на ходулях разбрасывал клочки разноцветной бумаги и блестки.

Джаррет уже пожалел о том, что не остался в Ксанаду для маленького сугубо личного развлечения, когда увидел знакомое лицо. Это привело его в шок. Она сидела позади высокого мужчины в ложе совсем близко от сцены, их кресла были отодвинуты вглубь, в тень. Поэтому он сначала не обратил на нее внимания. Но когда женщина на мгновение наклонилась вперед, Джаррет разглядел ее профиль. Никаких сомнений – это его очаровательная, лукавая, абсолютно порочная невестка. Какого черта она здесь делает?

Несмотря на грохот, доносившийся со сцены, и смех в зрительном зале, что было вполне в духе происходящего, Джаррет слышал стук своего сердца. Он видел ее всего один раз, с тех пор как покинул дом, когда приезжал на похороны отца, и этого было более чем достаточно.

Аплодисменты, и потом Мичем дернул его за рукав.

– Сейчас они поставят столы перед сценой.

Прямо напротив Белинды. Проклятие. Но возможно, она уже успела заметить его. Она мало что упускала из виду.

– Давайте подождем места по левой стороне. Я левша.

Такого объяснения Мичему было вполне достаточно, и он тотчас пошел в этом направлении. Через мгновение Джаррет оторвался от притолоки и стал пробираться между столами и креслами. Что, в конце концов, она теперь может еще забрать у него?

– Вот это да! Деринг! Я рассказал своим друзьям о пари. Сбежали от Сарна, да? Зря вы приехали в Озерный край. У него здесь имение.

Джаррет без особого удовольствия узнал лорда Гоулшема, который был среди игроков, участвовавших в пари на герцогиню. С ним вместе сидели еще трое мужчин, двое рассмеялись, услышав дурную шутку лорда, а третий, узколицый и чрезвычайно бледный, задумчиво приветствовал Джаррета.