Стальная принцесса - Кент Рина - Страница 41

Буквально.

Эйден между моих бедер, а мои лодыжки свисают с его широких плеч.

Единственное, что я вижу, – его темные взъерошенные волосы, когда он ласкает мою чувствительную сердцевину.

– Ох… – Моя спина выгибается над кроватью, когда его язык скользит вверх-вниз и проникает внутрь меня.

Он определенно знает, как свести меня с ума.

Словно этого недостаточно, он добавляет палец. Я хватаю его за волосы, впиваюсь ногтями в его череп.

О, боже.

Я не выдерживаю, когда он проделывает эту двойную штуку пальцами и языком.

– Эйден…

– Да, сладкая? – Рокот его хриплого голоса, доносящийся до моей самой интимной части, почти сводит меня с ума.

– О, боже, не… – Мой голос застревает в горле, когда он покусывает чувствительную кожу.

Тянет ее зубами.

Успокаивает губами.

Засасывает ртом.

Мне конец.

Я совершенно не готова к оргазму, который он из меня вырывает.

Я не смогла бы заговорить, даже если бы захотела.

Эйден разрушает чары и поднимает голову. Злая ухмылка оживляет его дьявольски красивое лицо. Он облизывает блестящие губы.

Мое дыхание прерывается.

– «Не» что? – Он обхватывает обеими руками мои ноги у себя на плечах.

– Не останавливайся… – Я тяжело дышу, как будто только что вернулась с марафона. – Не смей, черт возьми, останавливаться.

– Мне нравится, когда ты требуешь своего удовольствия, сладкая. – Он ухмыляется, прежде чем вернуться к пожиранию меня.

Мои глаза закатываются к затылку.

Все мое тело покалывает, ноет – нет, умоляет – об освобождении.

Боже. Он трахал меня до тех пор, пока я не смогла шевелиться, и прошлой ночью ему пришлось отнести меня в мою комнату.

Мне чертовски больно, но я не могу устоять перед его языком, зубами, губами и пальцами.

Я не могу насытиться тем, как он прикасается ко мне достаточно сильно или зарывается достаточно глубоко.

Меня разрывает на части не секс, а его необузданная интенсивность.

Блеск в его глазах, движение челюсти и старательность его прикосновений.

Мое тяжелое дыхание наполняет комнату. Все, что я чувствую, – это наш запах.

Нас обоих.

Я больше не могу спать, не ощущая его запаха на постельном белье.

– Ты хочешь, чтобы я заставил тебя кончить, сладкая? – говорит он напротив моего клитора.

Я киваю, выгибая спину.

– Языком или членом?

Разве я не могу выбрать и то, и другое?

Когда я ничего не говорю, то чувствую его ухмылку.

– Ты хочешь, чтобы я принял решение, сладкая?

Я отвечаю стоном, когда он медленно вводит палец внутрь меня.

– Но ты не захочешь предоставить мне право выбрать, потому что я испытываю искушение не дать тебе ни того, ни другого.

Погодите. Что?

– Н-но почему? – Мой голос такой хриплый, что я едва узнаю его.

– Я все еще злюсь из-за вчерашнего.

– Эйден! Разве ты не вымещал злость на моем теле всю ночь напролет?

– Недостаточно.

Он вводит в меня палец и попадает в особую точку. Звезды вспыхивают за моими закрытыми веками.

Я кричу и приглушаю звук подушкой.

Все мое тело дрожит от ошеломляющих вспышек удовольствия.

И я знаю, я просто знаю, что это больше, чем физическая связь.

Я бы хотела, чтобы это было так.

Я бы хотела, чтобы он владел только моим телом.

Когда я испытываю оргазм, все мое существо настроено на него.

Каждая клеточка моего тела и души тянется к нему так, что я не могу остановиться, даже если бы захотела.

Это чертовски пугает.

Это чертовски опасно.

Но это невозможно прекратить.

Когда я выхожу из ореола оргазма, Эйден уже обнимает меня.

Не помогает и то, что в последнее время он часто меня обнимает.

Как будто я нужна ему рядом, а не только для секса.

– Доброе утро, соня, – хрипит он своим чертовски сексуальным тоном.

– Доброе утро. – Я прикусываю нижнюю губу до того, как успеваю ляпнуть, чтобы он будил меня таким образом каждый день.

Лучший будильник в истории.

Он встает, несет меня в ванну и наполняет ее для меня.

– Почему ты всегда готовишь мне ванну? – спрашиваю я, когда он наливает кокосовую пену. Из-за того, что он частенько принимает ванну со мной, запах кокоса остается и на его коже.

– Я же говорил тебе. Теплые ванны помогают уменьшить боль.

Я приподнимаю бровь.

– Откуда ты знаешь, что мне больно?

Он останавливается и смотрит на меня сверху вниз. В его глазах снова появляется этот странный блеск. Я бы назвала его заботой, если бы не знала, что это не про Эйдена.

– Я знаю, что далеко не нежен с тобой. Я бы сказал, что мне жаль, но это не так. Я не могу контролировать себя рядом с тобой, Эльза. Я пытался, но это невозможно. – Он ухмыляется. – Однако я могу приготовить тебе ванну и сделать массаж.

– Это так ужасно звучит.

– Я всегда был ужасным типом, но ты это знаешь.

Да, я знаю.

Наверное, я тоже облажалась, раз не могу вырваться из его орбиты.

Души притягиваются друг к другу.

Слова Ким поражают меня, как стрела в грудь.

Эйден садится мне за спину и обхватывает ногами, так что я прижимаюсь копчиком к его полутвердому члену. Клянусь, эта штука никогда не бывает мягкой.

По крайней мере, не рядом со мной.

Аромат кокоса витает в воздухе, пока Эйден намыливает мою кожу. Он рисует круги у меня на спине.

Как будто что-то записывает.

Теплая вода и его успокаивающие прикосновения окутывают меня ореолом. Я откидываю голову ему на грудь.

Его пальцы гладят мои волосы, затем точку пульса на моем горле, затем мой шрам.

Три части, которыми он так одержим.

Затем он снова прижимает меня к себе.

Я закрываю глаза, желая продолжить спать. Можем мы сегодня пропустить школу?

У нас есть около часа до того, как нам нужно будет собираться, но мне слишком комфортно, чтобы двигаться.

– Ты спал прошлой ночью? – спрашиваю я с закрытыми глазами.

– Нет.

– Чем ты занимался всю ночь?

– Наблюдал за тобой, сладкая.

Я прикусываю внутреннюю сторону щеки. Я никогда к этому не привыкну, сколько бы раз он это ни повторял.

– Знаешь, это по-сталкерски.

Он ничего не говорит, и я почти могу представить, как он пожимает плечами. Эйден никогда бы не стал извиняться за эту свою черту.

– Итак, я знаю, что ты любишь шахматы, футбол, плавание и тренировки, – говорю я. – Есть ли что-нибудь еще, что тебе нравится делать?

– Трахать тебя, сладкая.

Мои глаза распахиваются, а щеки горят. Я толкаю его локтем, не оглядываясь.

– Что-нибудь еще.

– Лизать твою маленькую киску. Доводить тебя пальцами до оргазма. Дразнить твои сиськи. Выбирай сама.

– Эйден!

– Что? Ты спросила, чем мне нравится заниматься. Ты – мое любимое занятие.

Ты тоже мое любимое занятие.

Я замираю от своей внезапной мысли. Я не это имела в виду.

Я не могла иметь это в виду. Эйден – не мое любимое занятие. Это означало бы, что он мой любимый человек, а это неправда.

…верно?

– Что-нибудь не связанное со мной и моим телом, – подталкиваю я.

– Хм. Такого не так уж много.

– А как насчет твоих хобби? Любимая песня? Любимый фильм? Любимая книга?

– Ты знаешь о шахматах, футболе и плавании. Наверное, это и есть хобби. – Он замолкает. – Я не слушаю музыку. Что касается фильмов, то это, наверное, «Двенадцать разгневанных мужчин». Это был последний фильм, который я смотрел с Алисией и Джонатаном. Книги. Хм. У меня нет любимых произведений, но те, что мне больше всего запомнились, были написаны французскими философами эпохи Возрождения.

– Потому что Алисия их прочла?

Я чувствую, как он кивает.

– Если бы ты не смотрел этот фильм с Алисией или не читал с ней книги, было бы на примете что-то другое?

– Вероятно, нет.

– Почему?

– Я не понимаю, почему люди зациклены на фаворитах. Это вопрос предпочтений, и ему не следует придавать такого большого значения.