Неклассический некромаг (СИ) - Двинская Мария - Страница 18

Нет, всё-таки сработало! Только теперь он цепко держал левую и расширившимися глазами смотрел на ученическую татуировку.

— Демоны, он ученик! — парень грубо выругался. Надо бы запомнить на будущее, как выражаются благородные бандиты.

— Так он им и представился на воротах, ты что, не знал? — стороживший Андина отвлёкся от подопечного, полностью повернувшись в нашу сторону, предоставив магу свободу действий, но тот не спешил ей воспользоваться.

— Ты не понял! Он полный ученик!

Руку вывернули, чтобы продемонстрировать остальным. Теперь пришла их очередь ругаться.

— И что теперь делать? — компания, похоже, впервые попала в подобную ситуацию. Либо раньше разведка лучше работала, либо, как говорил Андин, полных учеников совсем мало, что такой вариант они не предполагали.

— Кончать его надо, обязательно донесёт ведь, — подал голос молчавший до этого третий.

Прав был староста, не готовы они к смертоубийству, вон как замолчали, переглядываясь ну уж нет, ждать, пока решатся, не буду. Мне, вообще-то, жить хочется, пусть и в этом средневековье и в непонятном статусе бродячего ученика мёртвого некромага. Не дожидаясь, пока они перетрясут свои моральные принципы, я извернулась и пнула главарю между ног. Да, подло. Да, неожиданно от того, кого считают мужчиной. Зато действенно. Он выпустил меня, согнулся, схватившись обеими руками за промежность. Не теряя времени на вставания, я бодро на четвереньках отбежала в сторону от оторопевших от такой наглости парней. Только оказавшись вне предела их прямой досягаемости, я вскочила, соображая, в какую же сторону бежать.

Про гада учителя даже не вспомнила. Но он про себя не забыл и, стоило только мне оказаться на расстоянии от нападавших, бросил в них свои заклинания. Я видела, как тёмные фиолетовые сгустки, переливаясь сине-зелёными всполохами, ударили двоих бандитов, мгновенно опутав их частой сетью. Эта сеть, невидимая простым взглядом, сработала наподобие рыболовной, сплетённой из прочной, но мягкой лески. Чем больше сопротивлялись и трепыхались жертвы, тем сильнее и плотнее она их стягивала.

Главарю сети не досталось, и он, справившись с последствиями моего пинка, тянул из ножен меч. Своими действиями мы с Андином способствовали избавлению бандитов от моральных терзаний, теперь главарь был готов меня убить. Взревев, как дикий бабуин, я не знаю, как они ревут, но мне кажется, что именно так, парень бросился ко мне. Я от него. Лошади, на которых никто не обращал внимание, забеспокоились и оторвались от ощипывания придорожной травы. Бегать было легко, но неудобно из-за спеленатых заклинанием тел. Они, поняв, что освободиться не могут, стали активно помогать моей поимке, катаясь по земле в попытках сбить с ног, не понимая, что мешают и своему менее ловкому товарищу.

Бега продлились недолго. Запал слепой ярости у бандита пропал, и он понял, что догнать и покарать обидчика вряд ли удастся. Поэтому он остановился, раздумывая о чём-то своём, кровожадном расчленении меня, если судить по выражению лица. Я тоже остановилась, переводя дыхание. Странный человек. Я здесь без году неделя, и то знаю, что магам нельзя давать время на отдых. Краткий миг сосредоточенности, и они, маги, уже готовы осчастливить противника какой-нибудь гадостью. Вот и сейчас Андин снова воспользовался моментом и пустил заклинание. Не пойму только, что ему мешало сделать это раньше? Не он же тут круги наматывал.

Так или иначе, но вскоре на дороге лежало три ругающихся тела, а мы поспешно удалялись по дороге прочь, вместе с тремя трофейными лошадками и содержимым карманов незадачливых грабителей.

Лошадей отпустили через четверть диска. Придав им ускорение гибким прутом, мы, опять став пешеходами, свернули с дороги на тропу. О брошенном транспорте сожалений не испытывали. Причин, как водится, было три. Первая, самая слабая, это то, что верхом я могла передвигаться только шагом. Первая же попытка перейти на рысь показала, что луку у седла придумали для того, чтобы в неё вцепиться в надежде не выпасть даже несмотря на то, что седло не современное спортивное, а вроде неглубокого кресла. Всё равно, с непривычки страшно, когда сидишь на большой высоте, а под тобой всё двигается и шевелится. Учиться же и привыкать было некогда. Вторая причина была уже уважительной — мы снова уходили в глухие леса, а там лошади только мешают. Ну и третья, основная причина — мы не конокрады и воры. В первом же селении обязательно заинтересуются, откуда у бродячего ученика мага такие лошади и зачем ему целых три под седлом и без вьючной. Уж не ограбил ли кого по дороге? А вдруг, этих лошадей в морду знают, как баронских? По этой же причине мы не взяли ничего, кроме безличных денег.

С места скоротечной схватки уходили в спешке. Мало того, что заклинание сети, в которое всех троих упаковал маг, держится не более полудиска, так и на дороге в любой момент может кто-нибудь появиться.

Вот так и получилось, что опять пришлось пробираться по лесным тропам, уходя от возможной, но необязательной погони. Но теперь, хотя бы, имелись деньги. Четыре мелких серых и штук пятнадцать покрупнее рыжих. Серые оказались серебряные часты, каждый из которых состоял из сорока медных ошлей, тех самых, рыжих. Вообще, система счисления в Крайе была весьма запутанной и представляла из себя жуткую смесь десятичной, восьмеричной и пятеричной системы. Сказывалось количество дисков в небесной дуге и естественный счёт на пальцах. Последние предлагалось считать либо только на одной руке, либо на обеих. К счастью, уверенно побеждала привычная десятичная система. Восьмёрки постепенно уходили в прошлое, как когда-то счёт дюжинами в родной истории, пятёрки сдали позиции ещё раньше, оставшись в основном только в календаре в виде пятидневной недели.

Я решила не забивать голову такими подробностями. В Крайе планировалось провести всего три луны, в тридцать два дня каждая. Срок достаточный, чтобы пешком дойти до восточного побережья. А в другой стране возможны другие измерения. Андин был там очень давно и не мог с уверенностью сказать, как там обстоят дела сейчас. Поэтому я выучила только названия денег и их соотношение. Остальное само запомнится, если надо будет.

Сейчас мы шли по лесной тропе не особо торопясь и не скрываясь. Официально предъявлять нам претензии у обиженного барончика нет основания и доказательств. Но из владений его семьи всё же лучше выйти без захода в поселения.

На привале я уже привычным образом уселась и уставилась на руку. Проклятое заклинание никак не хотело создаваться и, чем больше я на нём сосредотачивалась, тем сильнее расплывались контуры его каркаса. Мысли постепенно уплыли в сторону и крутились вокруг недавнего происшествия. Всё выглядело логично, правильно и естественно для местного уровня развития. Право сильного во всей красе. Можешь за себя постоять — останешься свободным, нет — на нет и суда нет. Непонятным оставалось только необходимость «чистых рук» жертвы, то есть её не принадлежность гильдии, клану, учителю и всему остальному, что помещает свой знак на кисти рук. Надо будет спросить об этом у Андина, и заодно поинтересоваться, почему он так медлил с заклинаниями. Вот только закончу упражнение.

Взгляд, переведённый на непокорное заклинание, замер, боясь спугнуть робко подрагивающую конструкцию. Подсознание или что ещё, без помех со стороны мыслительного процесса, справилось на твёрдую четвёрку.

— Андин! — жалобно позвала я учителя, боясь отвести глаза и тем самым разрушить конструкцию. — Что с ним дальше делать?

Краем глаза я заметила, что лич сплёл аналогичное заклинание для себя.

— Подай на него силу. В верхнюю пирамиду, — за несколько секунд он рассмотрел моё творение и выдал новые указания. — Сколько сможешь, но постарайся влить хотя бы пару искр.

Я представила, как магическая сила собирается вокруг каркаса моего заклинания и входит в него через вершину пирамиды. Приготовившись к долгой и нудной концентрации усилий, я едва не потеряла контроль за контуром. Сила довольно бодро полилась по линиям заклинания, заставляя их менять цвет с тёмно-серого на свиняче-розовый. Когда каркас полностью поменял цвет, он самопроизвольно схлопнулся в точку и исчез. Не развеялся, как случалось при попытках его построить, а исчез. Я растерянно посмотрела на Андина.