За пределами разрыва (ЛП) - Хедли Таниша - Страница 50

— Думаю, это самая романтичная вещь на свете, — шепчет она, оглядывая огни, пока ее мерцающие глаза не останавливаются на моих. — Кайри дала тебе несколько советов, которые вычитала в одной из своих романтических книг?

Кончики моих ушей покраснели.

— Возможно, она помогла мне спланировать некоторые моменты, — признаюсь я, — но я не включил плейлист, который она составила для нас. Подумал, что это будет слишком странно.

Элиана откидывает голову назад и смеется, а затем хватается за мою кофту и притягивает меня к себе для поцелуя.

Я наклоняюсь и целую ее, мой язык скользит по нижней губе, пока она не позволяет мне проникнуться в рот. Хватаюсь за конец толстовки, в которую она одета, и прерываю поцелуй, чтобы стянуть ее через голову.

Понимаю, что под одеждой на ней ничего нет, и мой рот мгновенно наполняется слюной при виде вставших сосков.

Подвожу ее к кровати и усаживаю на край, а затем помогаю снять леггинсы. Перекинув их через плечо, возвращаю свое внимание к черным кружевным трусикам и ту же срываю их.

Она сидит передо мной, теперь уже голая. Большие глаза смотрят на меня, пока я любуюсь ее телом.

— Твоя очередь, — говорит она, протягивая руку вперед и расстегивает мои джинсы.

Я быстро снимаю кофту и помогаю ей со штанами. Стаскиваю их вместе с боксерами и отбрасываю в сторону. Мой член вырывается на свободу, и я наблюдаю, как ее взгляд фокусируется на нем, пока она облизывает губы. Протягивает руку и обхватывает его, на кончике появляется бусинка спермы.

— Сегодняшний вечер должен быть посвящен тебе, — говорю я.

— Он может быть для нас обоих.

Элиана берет мой член в рот на всю длину, и он ударяется о заднюю стенку ее горла.

Она начинает медленно, но вводит его глубоко, в сладком мучительном ритме. Все мои силы уходят на то, чтобы не вбиваться в этот рот до тех пор, пока я не кончу.

Чувствую, как ее рука протягивается и берет мои яйца, массируя их, — ощущение неописуемое.

Мои глаза закатываются, а рот безвольно раскрывается, когда я двигаю бедрами вместе с ней, подстраиваясь под ее ритм.

— Твой рот так хорош, солнышко, — бормочу я.

Смотрю на нее снизу вверх и наблюдаю, как она продолжает сосать, выражение лица — чистое блаженство, приближающее меня к краю.

Когда глаза находят мои, я быстро вытаскиваю член из ее рта, чтобы не дать себе кончить. Она хнычет в ответ и надувает губы, глядя на меня.

— Мне было весело, — хнычет она.

Я ухмыляюсь, проводя большим пальцем по ее губам и отпуская их.

— Я знаю, что тебе было весело, красавица, но теперь моя очередь веселиться.

Мягко толкаю ее назад, чтобы она легла на спину, и наклоняюсь над ней, обхватывая рукой шею, наши губы начинают знакомый танец.

Коленом раздвигаю ее ноги, опускаю свободную руку к клитору и провожу по нему круговыми движениями, пока она не становится достаточно влажной, чтобы я мог ввести палец в ее тугое лоно.

— Ты такая мокрая для меня, солнышко, — говорю я, разрывая наш поцелуй.

Она издает слабый стон, лицо раскраснелось, а глаза смотрят на меня из под тяжелых век. Опускаю рот к одному из ее сосков и засасываю его, облизывая и покусывая сильнее, чтобы я мог услышать больше стонов.

Переходя к другому соску, вынимаю из нее палец и чувствую, как по нему растекается влажная смазка. Ввожу его обратно, вместе с другим пальцем, и наблюдаю, как она выгибает спину и снова стонет.

— Черт, я могу кончить, просто наблюдая за тобой.

Это правда. Я никогда не видел, чтобы кто-то выглядел так умопомрачительно сексуально, как Элиана сейчас. Она хнычет, когда я вытаскиваю пальцы, но глаза следят за каждым моим движением, когда я засовываю эти два пальца себе в рот, пробуя на вкус сладкую сперму.

Тянусь в штанам, но понимаю, что забыл презервативы в ее комнате. Должно быть, она прочитала мое выражение лица, потому что вскоре после этого она предлагает альтернативу.

— Я принимаю таблетки, — говорит она, задыхаясь от отчаяния, — они помогают от судорог при месячных.

— Значит, без презерватива? — спрашиваю я.

Она кивает.

— Без презерватива.

Я перемещаюсь так, чтобы моя нижняя половина оказалась между ее капающих бедер, но когда она напрягается, замираю и изучаю лицо, замечая, как она нервно пожевывает губу.

— Ты в порядке.

— Немного нервничаю, но я готова.

— Это может быть немного больно, — говорю я, глядя ей в глаза, — если в какой-то момент ты захочешь, чтобы я остановился, скажи, и я остановлюсь. Понимаешь?

— Да, — отвечает она, расслабляясь на простынях.

Я опускаю руку и провожу твердым членом вверх и вниз по влажным складкам, размазывая по ним соки, а затем опускаюсь к ее входу и осторожно вхожу.

Она задыхается и закрывает глаза, лоно сжимает мой член.

— Посмотри на меня, — говорю я сквозь стиснутые зубы.

Элиана открывает свои зеленые глаза и смотрит на меня, ее губы приоткрыты.

— Дыши, — напоминаю я ей, проталкивая себя глубже.

Делает долгий вдох, и расслабляется, позволяя мне полностью войти.

Беру паузу и жду, пока ее дыхание приходит в норму, а глаза снова находят мои. Я никогда раньше не лишал никого девственности и боюсь, что причиню ей боль и все испорчу.

— Ты в порядке? — спрашиваю я, отводя несколько выбившихся прядей от ее лица и заправляя их за ухо.

Она кивает.

— Это не так больно, как я думала.

— Я начну двигаться, но если будет больно, скажи, чтобы я остановился, и я остановлюсь.

Она кивает, и я начинаю медленно выходить из нее, а затем снова входить, привыкая к ощущению тугой киски вокруг моего члена. Когда она полностью расслабляется и стонет с каждым ударом, медленно выхожу, а затем вхожу в нее с новой силой.

Ее глаза расширяются, а рот приоткрывается, и из приоткрытых губ вырывается стон. Я сжимаю в кулаках простыни, замедляя темп, пытаясь растянуть удовольствие, но ее ногти впиваются в мои руки, и она поднимает бедра, встречая каждый мой толчок.

Я хочу быть с ней нежным и не торопить события, ведь это ее первый раз, но стоны, наполняющие комнату, толкают меня через край, и я вхожу сильнее и быстрее.

Каждое хныканье и мольба о большем, вырывающиеся из ее идеального рта, ощущаются как наркотик, а я — наркоман.

— О Боже, — хнычет она, задыхаясь, — пожалуйста, не останавливайся! Это так приятно.

— Блять, — прорычал я сквозь стиснутые зубы. Опускаюсь на колени и обхватываю ее бедра, удерживая на месте, пока я без устали в нее долблюсь. — Стони для меня, солнышко.

Глаза закатываются, а рот открывается, и с губ срываются громкие стоны. Наблюдаю, как ее грудь подпрыгивает, когда я увеличиваю темп, а киска сжимается вокруг меня, когда тело извергается от удовольствия, она впервые испытывает оргазм.

— Возможно, ты — мой любимый способ отвлечься, — шепчу я, когда она медленно перестает дрожать.

По ее лицу расплывается ленивая улыбка.

— Я думала, что я — твое единственное отвлекающее средство.

— Ты и твоя задница, — поправляю я, снова начиная входить.

На этот раз я позволяю себе кончить одновременно с ней и выхожу из нее, когда сперма выплескивается на живот. Я и раньше думал, что она выглядит идеально, но, увидев мою сперму на ее оливковой коже, я перевернул представление о совершенстве, потому что в этот момент она выглядит абсолютно идеально.

После того как я помогаю ей вытереться, переворачиваю нас на бок и притягиваю ее к своей груди, чтобы обнять. Она переплетает свои ноги с моими и обхватывает меня за талию.

— Как это было? — спрашиваю я, вдыхая клубничный аромат ее волос.

— Лучше чем все, что я когда-либо хотела.

От ее слов в моей груди вспыхивает тепло, и я не могу сдержать довольную улыбку, которая появляется на моем лице.

Проходит совсем немного времени, и ее дыхание замедляется, Элиана засыпает в моих объятиях. Держу ее на руках еще час, наслаждаясь теплом тела и удивляюсь, как я вообще хотел от нее избавиться.