Чужая. Будешь моей (СИ) - Нидар Нонна - Страница 15

— Что? — задыхаюсь. — Нет, конечно нет!

Резко поворачиваюсь, сталкиваюсь взглядом Тигром. Его глаза прищурены, губы искривлены в кривой усмешке.

— Почему?

— В смысле почему?

— В прямом, красивая. Почему тебе понравился Ирбис.

— Да не понравился он мне! — нервно заламываю руки. — Он… он слишком несерьёзный. Насмешник, балагур. Я не люблю таких. Безответственных.

— А каких любишь?

Чёрт. Он это серьёзно?

— Я не буду отвечать.

Угум. Только я забываю, где и с кем нахожусь.

Ахаю, когда его рука ложится мне на попу, резко впечатывает меня в него. На раз возбуждаюсь, когда его большой палец оттягивает мою нижнюю губу.

Боже!

— Вопрос. Ответь.

— Какой вопрос? — теряюсь.

Чувствую, как меня затягивает в омут тёмных, властных глаз.

— Каких мужчин ты любишь?

— Я не знаю! — отчаянно.

Дёргаю подбородком, пытаюсь освободиться от его руки на своём лице, но Тигр держит крепко. Его ладонь на попе вжимает меня в его бёдра, и я снова чувствую, что Тигр тоже возбуждён.

— Я… Наверное, жёстких. Сильных. Которые… которые могут держать меня на руках, для которых мой вес не толстый.

На мгновение перемещаюсь в воспоминание, где это же говорил мне Пашка.

— Уверенных. Которые знают, чего хотят. И…

— Говори.

— Которые любят жёстче, — выдыхаю, практически лишаясь чувств.

Потому что это вдруг оказывается правдой. Потому что мне всегда хотелось, чтобы Пашка схватил сильнее, сжал, развернул, взял сзади. А вместо этого он едва шевелился на мне, предпочитаю миссионерскую позу и ничего больше.

О том чтобы переместиться в душ или хотя бы гостиную и речь не было. Только кровать. Только хардкор.

И теперь это. И Тигр.

— С огнём играешь, красивая, — с сексуальной хрипотцой констатирует Тигр.

Сжимает сильнее, я чувствую его дыхание на своих губах.

А потом всё исчезает. Сильные руки, горячее мощное тело, терпкий мужской аромат.

Схватившись за горло, просто пытаюсь отдышаться.

— Иди наверх.

Тигр стоит у панорамного окна, который тоже выходит на лес. Я вижу широкие плечи, спину и руки в карманах.

— Но…

— Наверх, красивая, — повторяет с нажимом. — И дверь закрой. На замок.

От только что сквозившего в голосе желания не остаётся и следа. Тигр мрачен и недоволен.

И я решаю, что уйти — лучшее решение.

А утром Тигр входит ровно в тот момент, когда я задумчиво стою в одном белье.

— Платье, — решает он за меня. — Ты должна выглядеть элегантно и соблазнительно. И собери вещи.

— Но у меня нет сумки.

Я была уверена, что он придёт ночью. Но он не пришёл.

Лежала, ждала, прислушивалась к каждому шороху, а потом провалилась в сон. Приятный, где Тигр сидел на краю кровати и задумчиво меня изучал. Жаль только, не расслышала что именно он сказал.

И открыла глаза, понимая, что уже утро.

А теперь стою, смотрю на Тигра через отражение и не понимаю, почему не смущаюсь. Да, бельё относительно закрытое, но раньше я даже от Пашки пряталась в полотенце.

— Есть.

Недоволен. Мрачен. А мне казалось вчера мы пришли хоть к какому-то пониманию.

— Хорошо. Соберу.

Смысл задавать вопросы, если он отвечает только на то, что хочет.

— Выходим через пятнадцать минут.

Он исчезает за дверью. А я вдруг решаю, что буду красивой. Такой, чтобы все в Отрадном захлебнулись слюной и завистью. И косметика, которая оказывается в одном из пакетов, способствует моему желанию.

Только когда через тринадцать минут и двадцать семь секунд я выхожу из дома, Тигр не обращает на это никакого внимания. Словно ему всё равно в брендовом я платье или во вчерашнем синтетическом костюме.

В то время как я чувствую себя лёгкой, воздушной и очень красивой. Ассиметричный подол платья обнимает ноги бархатной волной, женственные сиреневые босоножки с завязками потрясающе смотрятся на ногах.

Но Тигр в светлой футболке и брюках, стоящий возле машины, бросает на меня равнодушный взгляд, подхватывает кожаную коричневую сумку, больше похожую на ридикюль и убирает её в багажник.

Через минуту мы едем по коттеджному посёлку.

А через час подъезжаем к распахнутым воротам. Они, как и виднеющийся вдалеке дом, больше похожи на английские особняки, которые показывают в сериалах. Широкая гравийная дорога, фонтан, массивные каменные ступени.

И хозяева, которые встречают подъезжающих гостей.

Руки сразу же холодеют, становится трудно дышать.

Мы доезжаем до крыльца, мужчина в возрасте больше похожий на дворецкого распахивает мою дверь. Чувствуя, как сжимаются все мышцы, принимаю поданную руку. Благодаря ей же легко и грациозно спускаюсь с подножки.

И задыхаюсь от внимательного, улыбчивого и нежного взгляда, который получаю от Тигра. А в следующий миг он переплетает наши пальцы и подводит меня к хозяевам.

Иван Павлович. Инна Васильевна.

Иван Павлович. Инна Васильевна.

— Добрый день, — улыбаюсь сразу обоим.

И вижу и оценивающие взгляды, и прикидки, как меня подвинут с тёплого местечка. Да, такие люди не сдаются.

Только вместо страха это почему-то включает дурость. Я выпрямляю спину, отвечаю дружелюбной улыбкой.

Пока из-за их спин не выходит невероятной красоты девушка.

— Тигр, — она смотрит только на него. — Рада, наконец, видеть. Снова.

Глава 20

И это “снова” не нуждается в трактовке. Причём ни для кого из присутствующих.

— Лерия, оставь эти прозвища, — едва морщит нос Инна Васильевна.

Лерия.

— Прости, мама. Надеюсь, и Алексей Глебович простит мою фамильярность.

Заискивающий взгляд Лерии скользит по плечам и груди Тигра. Она непроизвольно сглатывает.

Мама моя, куда я попала.

Опять же на месте Тигра я бы простила. Тем более, когда у них настолько совместное прошлое, никаких вопросов не возникает.

Да и кто бы не простил высокую и красивую кошку. Валерия действительно выше всяких похвал. Выше меня на полголовы, она от природы или хирурга получила стоячую пышную грудь идеального третьего размера, тонкую, как после корсета, талию и округлые бёдра.

И никакое псевдоскромное платье этих достоинств не скрывает.

Да и взгляд у Валерии на уровне — поднимет даже лежачее. Сравнение фу, но здесь либо правда, либо никак.

И эти слегка раскосые, искусно подведённые зелёные глаза с чисто кошачьей поволокой выбрали себе цель.

— Познакомься, красивая, Валерия Звягинцева, звезда этого дома, — усмехается Тигр. — Валерия, познакомься, моя невеста Олеся.

От “невесты” Валерию знатно передёргивает. Но она умеет строит хорошую мину при плохой игре. Поэтому мгновенно входит в роль радушной хозяйки.

— Очень приятно! Алексей столько о вас рассказывал, — явный сарказм.

Но мою руку Валерия пожимает без заскоков и сломанных пальцев. Больше того, подаётся ближе, встаёт между нами, приобнимая за плечи меня и Тигра.

— Уверена, мы быстро подружимся. Правда ведь, Олеся?

Это вряд ли. Не тогда, когда к моему хищнику внаглую прижимаются бедром, а вся эта выходка придумана только чтобы сравнить нас аля натурель.

— Обязательно.

Выскользнув из хватки, чему Валерия совершенно не мешает, отхожу к Звягинцевым-старшим.

Дурацкий комок застревает в горле, когда сравниваю уже я. И вижу, насколько хорошо подходит Тигру модельной, но не бездушной внешности Валерия.

Чёрт. И как играть невесту, если здесь такие сюрпризы?

Пока прикидываю, что делать с информацией, давлю собственные эмоции. Сложно, потому что всколыхнувшиеся обида, неуверенность и совсем лишняя ревность не хотят забиваться в дальний угол.

О нет. Они бьют, рвут, мечут. Требует схватить эту лохудра за высокий хвост и отодрать от моего Тигра.

Угу. Только у меня нет на него никаких прав. И не будет, потому что рядом с этим хищником никогда не переведутся такие вот кошки.

А я не кошка. Я хомячок. Обычный и неспособный вести конкурентную борьбу.