Силовая игра (ЛП) - Кеннеди Эль - Страница 26

“Мне жаль, что мы продолжаем играть в телефонные пятнашки”, - добавила она, хотя чувствовала себя скорее виноватой, чем сожалеющей, поскольку с ее стороны это было сделано намеренно. “Общение с моим отцом было для меня головной болью”.

-Могу себе представить. Его глубокий, нежный голос был таким знакомым. Как теплые объятия. - В вашем сообщении говорилось что-то о даче показаний?

“Да. Это отстой”.

Она быстро ввела его в курс дела, а затем он рассказал ей о своих летних курсах, и, несмотря на их небрежный тон, Хейден практически слышал, как эфир потрескивает от неловкого напряжения, пока они вели разговор после перерыва.

-Хейден, - выпалил он, оборвав ее на полуслове. “Я скучаю по тебе”. Эти три слова несли в себе смесь уязвимости и отчаяния.

“О”. Она сглотнула. По какой-то причине она не могла сказать это в ответ. “Дуг...”

“Я знаю, я знаю. Мне не следовало этого говорить. Ты хотел сделать перерыв, и я полностью уважаю твое решение. Я просто… Я много думал о нас, и, наверное, мне нужно больше ясности”.

-Ясность, - неловко повторила она.

“Ты сказал, что, возможно, чего-то не хватает. Но я не знаю, согласен ли я с этим. Я просто чувствую, что нам хорошо вместе, понимаешь? На бумаге мы идеальны. Так чего же не хватает?”

Она заколебалась, подбирая нужные слова. “ Я... не знаю. Вот почему мне хотелось немного побыть наедине. Чтобы по-настоящему подумать обо всем. Потому что мы должны быть чем-то большим, чем просто великолепны на бумаге ”.

Между ними повисла тишина, нарушаемая только жужжанием входящего текстового сообщения.

Она наклонила телефон назад и прикусила губу, когда увидела, кто это.

БРОУДИ: Я, блядь, не могу дождаться, когда увижу тебя завтра вечером.

Это она чуть не произнесла вслух. Дуг хотел знать, чего не хватает? Что ж, этого как раз и не хватало. Сообщение Броуди было похоже на неоновую вывеску с ответом. Ни разу за те два месяца, что они были вместе, Дуг не писал ей ничего подобного. Возможно, короткое сообщение, чтобы подтвердить время и место ужина. Может быть, короткое: “Как прошел твой день?” Но он, казалось, никогда не стремился увидеть ее. Он никогда не торопился снимать с нее одежду. Черт, он даже не видел ее обнаженной — и, казалось, совсем не беспокоился об этом. Нужно было не торопиться, а потом был Дуг.

Одно короткое текстовое сообщение от Броуди Крофта было более кокетливым и страстным, чем любое сообщение, которое когда-либо отправлял ей Дуг.

Он прервал ее размышления, в его голосе прозвучала вновь обретенная напряженность. “Хайден, я не хочу тебя терять. Я слишком забочусь о тебе, чтобы позволить этому закончиться вот так. Поэтому я собираюсь предоставить тебе все пространство, в котором ты нуждаешься, но я не сдамся. Мне нужно, чтобы ты это знал.

Он пообещал, что позвонит ей снова через несколько дней, и она закончила разговор, чувствуя, что на нее давит тяжесть этого разговора.

Она все еще думала об этом на следующий день, прокручивая в голове два месяца, которые провела с Дугом. Была причина, по которой она начала встречаться с ним, и причина, по которой она продолжала встречаться с ним, несмотря на отсутствие физической близости.

Правда заключалась в том, что в предыдущих отношениях она придавала большое значение сексу. И где-то на этом пути она убедила себя, что зашкаливающая химия была самым важным фактором. Что без этого отношения были обречены. Превратились в одну из тех безвыходных ситуаций в спальне, которые приводят людей к интрижкам.

Между ними с Дугом не было взрывных искр, но ей нравилось его общество. Ей нравилось, каким сострадательным и щедрым он был. Его сухие художественные шутки вызывали у нее улыбку.

И именно поэтому она не смогла полностью закрыть эту дверь. Она надеялась, что просьба о личном пространстве поможет ей точно определить, чего не хватает между ней и Дугом, но все, что она пока сделала с этим пространством, - это легла в постель с другим мужчиной. Вернитесь к старым шаблонам приоритизации химии над стабильностью.

И все же, когда в тот день Броуди прислал сообщение с вопросом, хочет ли она, чтобы он зашел позже, она, не теряя времени, ответила одним нетерпеливым словом.

ДА.

“Давай закажем еду в номер”, - сказал Броуди позже тем же вечером, натягивая боксеры.

Он наблюдал, как Хейден надела майку, а затем попыталась завязать хвост, который знавал лучшие дни. Непослушные пряди темных волос упали ей на глаза, и он улыбнулся, осознав, что ее растрепанное состояние было результатом того, что она каталась с ним в постели. Она выглядела помятой, красивой и такой чертовски милой, что он подошел и запечатлел поцелуй на ее губах.

Слегка всхлипнув, она притянула его голову ближе и погрузилась в поцелуй, дразнящим образом касаясь его языка своим, отчего он снова возбудился.

Как только он опустил руки к ее груди, она оттолкнула его. “ Что случилось с обслуживанием номеров? поддразнила она.

-К черту все это.

“нокаутируй себя. Я, например, умираю с голоду”. Усмехнувшись, она прошла мимо него и вышла из спальни.

Он уставился на эрекцию, упирающуюся в его боксеры. Черт возьми, как эта женщина смогла так сильно возбудить его? Он снова почувствовал себя возбужденным подростком.

Он надел джинсы и направился в гостиную.

-Как тебе чизбургеры? - спросила она, заметив, что он задержался в коридоре.

В животе у него одобрительно заурчало. “Отлично”.

Он присел рядом с ней на диван. Когда она позвонила в службу обслуживания номеров и сделала заказ, он заметил стопку бумаг на столе. Заинтересованный, он наклонился вперед и изучил первый лист. Это было похоже на биографию Рембрандта, аккуратно напечатанную. Поля были испещрены пометками от руки.

-Что это? - спросил он, когда она повесила трубку.

“Идеи для курса по теории цвета, который я веду осенью. Я планирую сосредоточиться на Рембрандте в течение нескольких лекций”.

“Рембрандт, да? Я думал, что все его картины довольно мрачные и зловещие”. Фрагмент информации, хранящийся в его мозгу, стал для него неожиданностью. Он не думал, что обращал на это внимание на уроке истории искусств в выпускном классе средней школы.

Хейден тоже выглядел удивленным, но довольным. “На самом деле, это то, на чем я хочу сосредоточиться, - неправильные представления об определенных художниках и их использовании цвета. Знаете ли вы, что ”Ночной дозор" Рембрандта на самом деле является дневной сценой?

В его сознании всплыл смутный образ картины. “Я помню, что там было очень темно”.

-Так оно и было - пока картину не почистили. Она усмехнулась. “Холст был покрыт большим количеством лака. Когда его сняли, оказалось, что это дневной свет. Многие его картины после чистки или реставрации выглядели совсем по-другому, доказывая, что он определенно знал, что делает, когда дело касалось цвета ”. Она все больше оживлялась по мере того, как торопилась дальше. “ То же самое и с Микеланджело. Люди не считали его большим колористом, но когда Сикстинскую капеллу почистили, она была такой яркой, цвета такими яркими, что все были потрясены ”.

-Я никогда этого не знал.

“На очистку потолка ушло больше времени, чем на его покраску”, - добавила она. “Он был покрыт таким количеством сажи и грязи, что, когда их убрали, вся сцена выглядела по-другому. Это одна из вещей, о которых я хочу поговорить со своими студентами, о том, как такая простая вещь, как чистка или реставрация, может полностью изменить ваш взгляд на произведение искусства ”.

Он кивнул. “Что-то вроде того, как "Замбони" чистит лед во время перерыва во втором периоде. Меняет все игровое покрытие”.

Он увидел, как скривились ее губы, и заподозрил, что она пытается не рассмеяться. “ Да. Думаю, здесь есть сходство.

Отложив бумаги, он сказал: “Ты действительно увлекаешься искусством, да?”