Пока ты со мной - Желоховцева Л. И. - Страница 48

Возможность сохранить дочерей и жену зависела от везения. Хмурясь, Сэм смотрел на яму, в которой долбил породу. Чертовски мучительно знать, что его проблемы может, решить лишь случай.

Энджи стояла перед дверью, пока кучер Гаунеров провожал Люси и Дейзи от дома до блестящей черной полированной коляски. Гаунеры смотрели прямо перед собой. Никто из них даже не взглянул на нее. Но когда коляска вернулась, в ней сидели только Винни и дети. Девочки выпрыгнули на землю и побежали к клумбе с водосборами. Глаза их горели от возбуждения.

– Мы могли заказать все, что хотели, – сказала Люси. – Я заказала тушеных моллюсков, и мне они понравились, а также запеченного цыпленка, но Он оказался гораздо хуже жареного, которого мы едим дома…

– А на десерт у нас было мороженое! – Глаза Дейзи расширились от радостного возбуждения. – И в мороженом были настоящие ягоды земляники, а сверху вкусный земляничный джем!

– Я хочу услышать все подробности, – сказала Энджи, продолжая стоять и стягивать перчатки для работы в саду. – Но сначала бегите в дом и наденьте домашние платья и башмаки. – Она окинула взглядом экипаж. – Ваша бабушка чего-то ждет?

– Она хочет поговорить с тобой, – крикнула Люси через плечо, прежде чем они с Дейзи скрылись в доме.

Сердце Энджи упало. Ей трудно было представить, что могли бы сказать друг другу Винни Гаунер и она. Сопротивляясь побуждению снять передник и пригладить волосы, она неохотно направилась к экипажу.

– Войдите внутрь, пожалуйста, – сказала Винни, оглядывая домашнее платье Энджи и ее небрежную прическу.

– Да? – спросила Энджи недоверчиво, усаживаясь напротив Винни Гаунер. На Винни был темный летний дорожный костюм с синей и кремовой отделкой.

– Я приступлю прямо к главному. Мистер Гаунер и я хотели бы, чтобы Люси и Дейзи провели лето с нами в Колорадо-Спрингс. Эта просьба поступила бы прямо к мистеру Холланду или его поверенному. Но мистер Холланд не обнаружил склонности соглашаться с резонными доводами. Я надеюсь, что нам удастся воздействовать на мистера Ходланда через вас. Возможно, мистер Холланд учтет ваши пожелания.

Энджи смотрела на Винни, не веря собственным ушам.

– Миссис Гаунер, Сэм никогда не отдаст своих девочек. Он не согласится на ваше предложение.

– Мистер Холланд их потеряет в любом случае. Для всех очевидно, что он не сможет оплатить операцию Дейзи до октября. Когда он потерпит фиаско, опекунство перейдет к мистеру Гаунеру и ко мне. И все согласятся с таким решением суда.

– У нас есть еще три месяца.

– Нет смысла тянуть. Раз уж мы получим право опекунства, то нам хотелось бы провести лето с внучками. Мы хотели бы побыть с ними, до того как они уедут в школу.

– Уедут в школу? – Энджи нахмурилась. – Разве в случае передачи права опекунства вам Люси и Дейзи не станут ходить в школу в Колорадо-Спрингс?

– Мы записали обеих девочек в школу мисс Вашингтон для молодых женщин. Мисс Вашингтон предпочитает, чтобы молодые леди жили в интернате. Так как эта школа находится в Колорадо-Спрингс, то Люси и Дейзи будут проводить дома каникулы и праздники, а иногда субботу и воскресенье.

Энджи всплеснула руками:

– Зачем вам вообще нужно опекунство, если вы собираетесь отослать их из дома?

– Уверяю вас, что школа мисс Вашингтон для молодых женщин лучшая на всем Западе. Мисс Вашингтон чрезвычайно щепетильна по части выбора пансионерок и принимает только молодых леди из лучших семей с определенным положением. Посещать школу мисс Вашингтон – большая удача для Люси и Дейзи.

Энджи откинулась на подушки экипажа. Она не знала, что предпринять, но должна была попытаться что-то сделать.

– Миссис Гаунер, Люси и Дейзи всего только семь и пять лет. Возможно, что школа мисс Вашингтон и прекрасное учебное заведение и, вероятно, для них будет большой удачей учиться там, когда они станут старше, но не теперь. Сейчас им нужна стабильность и защищенность – дом и семья.

Лицо Винни стало напряженным.

– По– видимому, вы не представляете, как тяжело будет мистеру Гаунеру и мне вырастить детей в нашем возрасте. Но мы хотим, даже жаждем выполнить свой долг. И все же будет легче для всех, кто имеет к этому отношение, если девочки проведут учебный год в школе мисс Вашингтон.

– Девочкам не нужны решительные перемены в жизни. Им лучше остаться с отцом, а не отправляться куда-то далеко от дома.

В глазах Энджи полыхал гнев, и она сжала руки, лежавшие на коленях поверх передника.

– Режет слух то, что вы постоянно называете мистера Холланда отцом моих внучек. Если бы суд не был так слеп, у нас вообще бы не состоялся такой разговор. – Винни поднесла дрожащую руку ко лбу. – Если мистер Холданд хочет иметь детей, пусть заведет собственных, вместо того чтобы пытаться украсть детей Лоры! Это несправедливо.

Энджи смотрела на Винни, прищурив глаза:

– О чем вы толкуете?

Винни издала звук, выдавший ее раздражение и досаду.

– Вы отлично знаете, о чем. Люси и Дейзи должны вырасти с кровными родственниками, а не с Сэмом Холландом. Он может называть себя их отцом до поры до времени, но это не так.

– Постойте! – Энджи сделала недоуменный жест рукой. – Я не понимаю, что вы имеете в виду.

– Так вы и в самом деле не знаете? – спросила Винни, глядя в пылающее гневом и смущением лицо Энджи. Она покачала головой, потом тяжело вздохнула. – Лора сбежала из дома в семнадцать лет. Конечно, ее избранник не подходил ей. Лора всегда выбирала неподходящих мужчин. – Винни стиснула руки, лежавшие на коленях. – Мистер Пэйтон владел продовольственным магазином на Майерс-стрит возле конюшен. Когда Лора вышла за него, у него уже была чахотка, и она в конце концов его доконала. Мы упрашивали ее вернуться и жить с нами, но она ответила, что ее дом с ним, там, где ее друзья и где родились ее дети. Годом позже она встретила мистера Холланда, а остальное вам известно.

– Так Люси и Дейзи не дети Сэма? – шепотом спросила Энджи. От потрясения у нее сел голос.

– Конечно, нет, – ответила Винни жестко. – Удочерение только на бумаге. Оно не делает мистера Холланда их родным отцом, их кровным родственником.

Энджи покачала головой. Потом вытаращилась на Винни.

Она решила, что свое потрясение оставит на потом. И разберется с ним, если сможет.

– Скажите мне: если бы Сэм был родным отцом девочек, вы бы так же старались отобрать их у него?

– Как вы не поймете? Мистера Холланда не связывают с моими внучками кровные узы.

– Понимаю. – Внезапно ей стала яснее позиция Гаунеров.

– Миссис Гаунер, вы в самом деле хотите вырастить Люси и Дейзи или не хотите только, чтобы их вырастил Сэм?

– У нас есть представление о семейном долге по отношению к внучкам. У мистера Холланда нет. И дело не только в нем. Мы принимаем во внимание и то, кто еще войдет в его жизнь, какая женщина станет следующей. Как вы думаете, кого этот юбочник, помешанный на женщинах, поставит на первое место? Моих внучек или следующую женщину?

– Он выберет своих дочерей, – сказала Энджи не колеблясь. Она ничуть не сомневалась в этом. Сэм любит девочек. Он никогда не забудет о своем долге по отношению к ним, и никакая женщина не займет в его жизни первое место.

– А что, если какая-нибудь из его подруг родит собственного ребенка?

– Ну, это оскорбительное предположение. Сэм не перестанет любить своих дочерей. Даже если у него появится собственный ребенок. Если он может любить двоих детей, то сможет любить и троих или четверых. Я считаю так, а вы – нет?

– Вы поразительно наивны, миссис Холланд. Или так же без ума от этого человека, как и моя дочь.

Энджи выпрыгнула из экипажа и посмотрела на Винни Гаунер:

– Вы пытаетесь навязать всем нечто такое, чего не хочет никто, а если уж говорить правду, то и вы тоже. Я бы хотела, чтобы вы перестали думать о долге и спросили себя, где девочки будут счастливее и где им будет хорошо. Это правда, что Сэм не в состоянии дать и материальных благ, и комфорта, которые можете дать им вы и ваш муж. Но разве этот комфорт сделает их менее одинокими и заброшенными, если они не будут в школе мисс Вашингтон? Или они будут счастливее дома с отцом, который их любит? – Взгляд Энджи стал жестким. – Я не наивна и не потеряла голову от любви. И я вовсе не слепа и понимаю, что лучше для Люси и Дейзи.