Пока ты со мной - Желоховцева Л. И. - Страница 53

– О да. Дейзи не предает свою маму, если любит и меня тоже. В сердце Дейзи есть место для многих людей. И у тебя тоже. Я много думаю о вашей маме. Ты не знала об этом? Я не была с ней знакома, но, думаю, мы бы с ней понравились друг другу, потому что у нас есть нечто общее и очень важное. Мы любим одних и тех же людей. Я хотела бы посидеть с вашей мамой за чашкой кофе и рассказать ей, как вы растете, и расспросить ее о ваших бабушке и дедушке. Есть столько вещей, о которых я хотела бы рассказать ей и расспросить ее. Думаю, что и ты чувствуешь то же самое. – Люси бросилась в объятия Энджи.

– Я злюсь на нее за то, что она умерла! А потом мне стыдно за то, что я злюсь! Иногда ты мне очень нравишься, а потом мне из-за этого не по себе.

– Знаю. – Энджи похлопала девочку по спине и почувствовала, как ее слезы капают ей на шею. – Иногда и я обижаюсь на свою маму за то, что она умерла.

– А потом тебе тоже бывает нехорошо?

– Иногда. Но может, я и вправе сердиться. Потому что я тоскую по ней и мне жаль, что она умерла.

Она мягко отстранила Люси, чтобы видеть ее глаза.

– Мы не хотим забывать своих матерей. Но есть и еще кое-что, что нам не следует забывать.

Люси высморкалась.

– Что?

– Наши матери любили нас, Люси. И они не хотели бы, чтобы мы были несчастны. Наши матери желали бы, чтобы наши сердца были открыты для любви и смеха и мы жили полной жизнью. Наши матери не хотели бы, чтобы мы отказались от любви. Ты не согласна?

Слезы снова покатилась по щекам Люси, и она опустила голову.

– Я чувствую себя виноватой, когда ты делаешь для меня что-нибудь хорошее.

– Ты не должна. Правда не должна. Твоя мама знает, что ты любишь ее. И, я думаю, она была бы счастливее, если бы ты и я могли полюбить друг друга.

– Энджи!

Несчастные, полные слез глаза смотрели прямо на нее.

– Я правда, правда очень жалею, что разбила твою чашку.

– Не скажу, что то, что ты сделала, хорошо, потому что это не так. – Она отерла слезы с глаз Люси лоскутком зеленой ткани. – Но я понимаю и прощаю тебя.

В заднюю дверь ворвалась Дейзи. Волосы ее развевались, а глаза были широко раскрыты.

– Энджи, иди скорее! Миссис Молли плачет!

Глава 16

Энджи взлетела по ступенькам крыльца и ворвалась в дом Джонсонов через заднюю дверь. Девочки бежали за ней по пятам. Молли, сгорбившись, сидела за кухонным столом, прижимая к глазам мокрый носовой платок.

Молли Джонсон была настолько крепкой и несокрушимой женщиной, что при виде ее слез в груди Энджи что-то сжалось.

– О, Молли. Что-нибудь с Кеннеди?

– Этот безумный дурак… – сказала Молли, отведя со лба назад волну коротких серебряных волос, потом высморкалась. Она указала на стол. – Погляди!

– О Боже мой! Это… Не может быть! – Энджи хватала ртом воздух, потом поднесла руки к горлу. Ее глаза на лоб полезли от изумления. – Молли, неужели это настоящие алмазы?

На клеенке сверкала целая россыпь драгоценностей: заколка для шляпы, серьги, ожерелье, брошь, два браслета, три кольца и две пряжки для башмаков. Драгоценностей было больше, чем Энджи когда-либо видела в жизни за один раз и в одном месте. Драгоценности притягивали свет, как пламя, поглощающее ночь. Они блестели, сверкали, манили.

Энджи принялась обмахивать разгоряченное лицо.

– О Бог мой! Если эти алмазы настоящие, то у тебя на кухонном столе королевский выкуп!

– Они настоящие, можешь не сомневаться. – Из глаз Молли снова полились слезы. Она скорчила гримасу и покачала головой. – Этот чертов дурак! Да благословит его Господь! Да благословит его Господь!

– Где? Как это случилось? – Энджи упала на стул, потом удержала руку Дейзи, протянутую к столу. – Не трогай их!

– Если она хочет посмотреть поближе, пусть смотрит. – Сделав над собой усилие, Молли улыбнулась Люси и Дейзи:

– Я была уже подростком, когда впервые увидела настоящий бриллиант. И до сих пор у меня их никогда не было. Смотрите, девочки, сколько хотите.

Энджи с трудом отвела глаза от сверкающей выставки драгоценностей и уставилась на Молли. Единственное, что она пока уяснила, – слезы Молли были слезами счастья.

– Что случилось?

– Кен всегда говорил, что осыплет меня алмазами, когда разбогатеет. – Она прижала к глазам платок. – Я думала, он шутит или дразнит меня. Поглядите на меня. Вы видели, чтобы я когда-нибудь носила побрякушки? Только сережки с черным агатом да обручальное кольцо.

Ее обручальное кольцо было простым золотым ободком, как и кольцо Энджи.

– Мы не ходим в такие места, где я могла бы показаться в бриллиантах. Мы никогда не бываем там и, смею думать, никогда не станем бывать.

Подавшись вперед, Энджи схватила Молли за руку.

– Молли Джонсон! Ты хочешь сказать, что Кеннеди нашел богатую жилу?

– На прошлой неделе он сказал мне, но я не поверила. После стольких лет мне это показалось нереальным. – Она махнула рукой. – Я знала, что он что-то нашел, потому что он нанял с полдюжины рабочих с кирками и лопатами. Но это был такой бум, о каких мы не раз слышали, и он случился на его прииске. Он и его ребята использовали динамит и нашли целую сеть золотых жил, как только углубились в породу. Потом он потолковал с одним из синдикатов. – Она посмотрела на Энджи. Глаза ее все еще выражали изумление. – Кен поехал в Денвер подписывать бумаги и нынче утром вернулся домой вот с этим.

Они все как зачарованные разглядывали алмазы, сверкавшие на выцветшей клеенке.

Потом Энджи вскочила со стула и потянула за собой Молли. Они принялись танцевать и кружиться по кухне, пока обе не начали хохотать и задыхаться. Потом Энджи принялась танцевать с Люси, а Молли с Дейзи. В конце концов девочки отправились в сад полоть траву, а Молли разлила кофе в толстостенные кружки. К переднику на груди она приколола брошь с алмазами и заставила Энджи надеть браслеты.

– Ой, это потрясающе.

– Даже и представить не могу, сколько все это стоит, – сказала Энджи, поворачивая руки так и эдак и любуясь игрой камней в свете яркого солнца, то и дело высекавшего из алмазов россыпь искр. Она подумала, что столь близко соприкасаться с алмазами ей еще не приходилось.

– Кен ни за что не скажет сколько. Все, что он мне скажет, это что мы богаты и что у нас еще много остается на другое.

Ослепленная, Энджи разглядывала камни, рассыпанные на столе.

– Я думала, что этого не произойдет. Ни с Сэмом, ни с Кеннеди. Что найти такое место – неосуществимая мечта, что это значит принимать желаемое за действительность.

– Были времена, когда и я думала так же. Я думала, что все эти прииски – это всего лишь ямы, а золото из них уже давно извлечено. – Молли потянулась и похлопала Энджи по руке; – Не оставляй надежду.

Энджи помрачнела и молча пила кофе маленькими глотками, продолжая смотреть на брошь с бриллиантами, приколотую к переднику Молли. Верила ли она когда-нибудь? Десять лет назад она не поверила в Сэма настолько, чтобы последовать за ним в его поисках удачи и успеха. А он до сих пор не оставил эти поиски. И он не утратил надежды. Но каждый раз, когда Энджи платила по счетам, а потом оставшиеся деньги раскладывала по баночкам, сердце ее снова падало, а верить в удачу становилось все труднее.

Они допили кофе в молчании, прислушиваясь к гудению насекомых и болтовне девочек в саду. Энджи уже привыкла к отдаленному грохоту, когда взрывали динамитом породу в холмах, и теперь редко замечала шум. Но сегодня она его слышала. В динамите были воплощены надежды мужчин, пытавшихся вырвать у земли ее сокровища.

Внезапно ей в голову пришла грустная мысль.

– Молли, теперь вы переедете?

С лица Молли исчезла мечтательная улыбка, и она помрачнела.

– В Колорадо-Спрингс мы не поедем, как делают многие. Это уже решено. Мы поедем в Денвер. Кен и я можем быть богаты, как Мидас, но в обществе нас не примут. – Она пожала плечами. – А в таком городе, как Денвер, полно людей с деньгами, которым нет дела до кичливых выскочек.