Пока ты со мной - Желоховцева Л. И. - Страница 73

– Винни переживет нас всех.

– Меня это не удивило бы, – ответила Энджи с улыбкой. – Ты видела наших мужей?

Она бы не отказалась от бокала шампанского, потому что не любила коктейли. Но шампанское не подадут до обеда, когда начнут произносить тосты.

– Я думаю, они в библиотеке, обсуждают дела. Ты ведь знаешь, как это бывает, когда в город наезжает Маркус Эпплби.

Сэм, Кен и Маркус будут говорить о приисках и процентах, позволивших им всем разбогатеть, и о других вещах, умноживших их доходы и сделавших их богатыми по-настоящему.

Энджи и Молли подошли к каменной балюстраде, чтобы посмотреть на партию в крокет. Из больших мраморных ваз, купленных в прошлом году Энджи и Сэмом в Греции, струился запах весенних цветов.

– Ты представляла двадцать лет назад, что мы все будем жить в больших домах с кучей прислуги?

Она улыбнулась Молли, теперь носившей короткие юбки и пристрастившейся к розовым сигаретам, которые она вставляла в длинный мундштук. Коротко подстриженные волосы Молли, теперь уже совсем серебряные, как ни удивительно, вполне соответствовали нынешней моде. Энджи пока еще не подстригла свои, но обдумывала такой вариант.

– Ты иногда вспоминаешь о давних днях в Уиллоу-Крик?

– Чаще, чем хотела бы. Это были времена трудные, но славные.

Они говорили о прошлом со спокойной теплотой, напоминали друг другу о звуках и запахах тех давно минувших летних вечеров на Карр-стрит. Они вспоминали алмазы, рассыпанные на старой клеенке, маленьких девочек, сновавших между сушившимися на веревке простынями, отдаленные звуки взрывов динамита в холмах. Они вспоминали пенни, которые Энджи откладывала в стеклянные банки над плитой, и о том, как пили из щербатых чашек кофе, подслащенный надеждой. Они вспоминали, как рвалось в небо пламя во время пожара.

– Бабушка, я хочу есть.

Энджи опустила глаза на только начинающего ходить малыша с серыми глазами и льняными волосами. Младшего сына Люси. Опустившись на колени, она расправила на ребенке крошечный шелковый галстучек.

– Мы скоро будем есть, а пока, может быть, бабушка Молли угостит тебя рогаликом с сыром.

– Мне жалко расстаться с этим рогаликом, – сказала Молли таким тоном, будто боролась с собой. – Но раз уж это ты просишь…

Энджи всегда чувствовала, когда в комнату должен был войти Сэм. Сердце ее наполнялось восторгом, будто какая-то утраченная важная ее часть вернулась на свое место. Обернувшись к террасе, она увидела его стоящим под аркой и улыбающимся ей.

Его виски теперь были посеребрены временем, но она подумала, что с сединой он выглядит элегантнее. Она ему к лицу. В отличие от костюма-тройки. Она больше любила те редкие дни, когда он надевал джинсы и фланелевую рубашку и пояс с инструментами и отправлялся на стройку «Холланд констракшн инкорпорейтед» поработать со своими ребятами, помочь расширить Денвер и построить высокие и просторные дома. Он называл это «приложить руку».

Когда Сэм оказался за ее спиной и обнял ее за талию, она отклонилась назад и оперлась о его грудь, с радостью ощущая его сильное тело.

– Которую годовщину мы сегодня празднуем? Двадцатую или тридцатую? – спросил он, щекоча губами ее ухо.

– Двадцатую. Если не считать первых десяти лет.

Они стояли рядом, легонько покачиваясь и глядя на террасу, где Дейзи сидела в компании нескольких молодых матерей. Будто почувствовав их взгляд, она повернула свою золотистую головку и устроила младенца поудобнее. Потом, высвободив руку, послала им воздушный поцелуй. Позже, когда начнутся танцы, Энджи будетлюбоваться ею и Ричардом и смотреть, как они кружатся по бальной зале, и на глаза ей навернутся слезы. И на мгновение в ушах у нее зазвучат голоса: «Поскакушка, хромоножка, потанцуй со мной немножко! Хромоножка, хромоножка!»

– Мама, мы будем сегодня есть? Майлз скулит, а бабушка Молли затыкает Чарлзу рот закусками. За обедом он ничего не будет есть.

Раскрасневшаяся от игры в крокет, Люси бросилась на стул и прижала ко лбу платок. Она первой из подруг решилась подстричься, и ежегодно в соответствии с модой ее юбка становилась все короче. Если бы этого не случилось, Энджи втайне была бы разочарована.

Внезапно Люси широко улыбнулась им:

– Позор, что вы обнимаетесь и поглаживаете друг друга каждый раз, когда оказываетесь рядом и смотрите друг на друга бараньими глазами.

Энджи рассмеялась:

– Бараньими глазами?

– Конечно, и это продолжается, сколько я вас помню. – Она вскочила и бросилась их целовать.

– Если мы собираемся обедать, мама, я поведу своих мальчишек мыть руки.

– Они красивые, правда? – пробормотала Энджи, глядя на Люси, приостановившуюся, чтобы что-то сказать Дейзи. – Они красивые, наши дочери.

Сэм, не выпуская Энджи из объятий, повернул ее к себе лицом.

– Но не такие красивые, как их мать.

Двадцать лет эта мятежная прядь волос выбивалась у нее из прически, и все двадцать лет Сэм заправлял ее ей за ухо.

– Знаешь, о чем я думаю? – спросил Сэм, бросая на нее любовный взгляд.

Поднявшись на цыпочки, она поцеловала его в уголок рта. Это был ее юбилей. Поэтому Энджи считала необходимым устроить небольшой спектакль. К тому же ее муж был так красив. Синеглазый, загорелый и такой же стройный и мускулистый, как в тот день, когда она вышла за него замуж.

– Я знаю, о чем ты думаешь, и ответ будет – нет. По крайней мере пока нет.

Улыбаясь, он оттеснил ее в нишу и крепко прижался к ней всем телом.

– Скажи Паркеру, чтобы повременил с обедом еще минут тридцать. Или скажи всем этим людям, чтобы шли домой, а мы отправимся в постель и отпразднуем нашу годовщину должным образом.

Смеясь, Энджи приложила палец к его губам.

– Мы отпразднуем ее должным образом, как и всегда. Но позже, мистер Холланд.

И, искушая Сэма, она звучно поцеловала его и крепко прижалась к нему.

– А теперь поговорим о разводе.

Каждый год в день своей годовщины он предлагал ей заменить ее простое обручальное колечко кольцом с бриллиантами, и каждый год она отказывалась. И каждый год в годовщину своей свадьбы они говорили о разводе. В его глазах заплясали смешинки.

– Ладно. Вот мое окончательное предложение. Я согласен выдать тебе миллион долларов, отдать дом и слуг, новый автомобиль и Винни.

– Винни? – Она отшатнулась с шутливым ужасом. – Мне придется забрать Винни? А я надеялась, что Винни останется у тебя.

– Нет, она твоя. И на этом условии я настаиваю.

– О, ладно, ладно, мне жаль, но придется основательно подумать и поторговаться. Боюсь, нам придется повременить с разводом до следующего года.

То, как он прижимал ее к себе, прикосновения его теплых рук к ее телу вызвали у нее сомнения: а что, если отложить обед еще на тридцать минут?

– В следующем году вдень нашего юбилея мы поговорим о том, чтобы отложить развод до тех пор, пока не вырастут наши внуки. Развод в семье – дурной пример для детей.

– Ты то же самое говорила, когда наши девочки были маленькими. Но возможно, в твоих словах есть смысл. Мы должны служить примером для наших внуков. Но конечно, только пока они не вырастут. А тогда уж мы вплотную приступим к бракоразводному процессу.

Смеясь, они прижимались друг к другу так сильно, что Энджи ощущала, как бурно бьется его сердце возле ее груди.

– Я люблю тебя, Сэм. – Он заключил ее лицо в ладони и заглянул ей в глаза.

– Я все в тебе люблю, моя прекрасная Анджелина Бер-толи Холланд. – На его губах зазмеилась усмешка. – Кроме твоего итальянского темперамента и манеры есть яйца.

Не размыкая рук и глядя в глаза друг другу, они повели своих гостей в дом. Вместе, как всегда.