"Фантастика 2024-143". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Земляной Андрей Борисович - Страница 531

Исэ Лиора училась в мастерской внимающих и поющих, но уже очень скоро стало понятно, что её истинное призвание – бесконечно терпеливые вздохи и взгляды, полные кроткой укоризны.

А ещё – поучения.

– Не так, – мягко поправила меня она, когда я села на подушку, чтобы приступить к трапезе. – Ноги нужно сложить по одну сторону, вместе. Под себя их подворачивают дикари и разбойники.

– Не так, – раздался вздох, когда я взяла в руки чашку. – Держи тремя пальцами, тёмной стороной к себе. С той стороны, где светлая полоса, пьют те, с кем ты желаешь разделить напиток.

– Не так, – укоризненно обронила она, когда я потянулась к щипчикам, заменяющим здесь столовые приборы. – Посередине только дети берут, положи пальцы на выемки. И, кстати, печёные овощи едят более плоскими щипцами.

У Лиоры был изумительный способ учить других: сперва она позволяла совершить ошибку, а затем поправляла с выражением вселенского терпения в глазах. Я уже думала, что исчерпала свой лимит раздражения и злости, но передо мной стремительно открывались новые горизонты.

Ох, Нэсс, как же мне тебя здесь не хватает…

Впрочем, надо отдать склочной блондинке должное: инструкции у неё получались краткими и понятными, а в особо сложных случаях сопровождались мысленным образом-пояснением. Лиора быстро поделила продукты на три категории: безусловно безопасные, экзотические и потенциально вредные. В первую категорию входило то, что ели даже местные младенцы и что раньше уже было опробовано на других странниках между мирами. Сюда относилось вываренное и перетёртое в паштет мясо птицы, лепёшки из толстых волокнистых листьев, что-то типа стейка из морского животного с говорящим названием «фуубе» и два вида сырых фруктов.

– Лучше всё же посоветоваться с кем-то из ложи созидающих совершенство, – добавила Лиора, придвинув ко мне несколько полных чашек. – Пусть кто-то осмотрит тебя и скажет, какая еда безвредная.

Что ж, логично. Всё-таки я гостья из другого мира. Даже у нас в соседней стране аборигены могут наслаждаться деликатесами, совершенно несъедобными для приезжих. Взять хотя бы огненно-острое рагу Шерерских островов с креветками.

К экзотическим Лиора отнесла все продукты первой категории, но приготовленные с использованием специй и соусов. Например, густой тёмно-красный суп из кислого фрукта кижу с мясом фуубе и какими-то местными стручками я попробовала на свой страх и риск – и только потому, что стручки на вид были точь-в-точь как наш перец.

В потенциально вредные она записала почти все морепродукты, начиная с живности и заканчивая водорослями, мясо некоторых наземных зверей, а также грибы и значительную часть овощей и фруктов. Из напитков мне позволили попробовать только горячую воду, подкислённую и подкрашенную соком кижу, и бодрящий отвар из коры дерева – того самого, из листьев которого делали лепёшки.

– Шерга, – пояснила Лиора, предлагая мне чашу с тёмной, пряно пахнущей жидкостью, немного похожей на крепкий чай с убойной дозой корицы и имбиря. – Пригуби, у нас его все пьют. Вроде бы никому плохо не было.

Сердцебиение от этой шерги почти тут же участилось. Я собралась с силами и задействовала биокинез. Выяснилось, что в коре содержится вещество, похожее по воздействию на танин и кофеин, однако более сильное. Лиора осушила несколько чаш без видимых последствий, только глаза у неё заблестели сильнее; вероятно, местные привыкли к большим дозам этого «энергетика».

Мне же пришлось ограничиться парой глотков.

Самым вкусным оказался суп-пюре, на втором месте – паштет; жаль, что его не принято было намазывать на лепёшки. Жёлтый фрукт с непроизносимым названием невыносимо горчил, а красный кижу слишком напоминал лимоны – такого много не съешь, так что растительной пищи не хватало.

– Ты сказала, что нужно посоветоваться с кем-то из сотворяющих совершенство…

– Не так. Созидающих совершенство, Трикси.

– Созидающих, – послушно повторила я, сдержав очередного шраха, рвущегося с кончика языка. Мир другой, а раздражающая блондинка почти такая же, подумать только. – Ты знаешь человека по имени Кагечи Ро? Он подойдёт?

Её взгляд ощутимо похолодел.

– У него достаточно опыта и сил. Однако он печально известен своими… экспериментами.

– Экспериментами?

– Именно, – склонила голову к плечу Лиора. Светлые глаза неприятно потемнели. – И подопытных он обычно не спрашивает, желают ли они пожертвовать собой во благо его искусства.

Занятная информация. И, кстати, он сам упоминал, что сколько-то там раз сшивал по кускам рыжего…

– Тейт – один из его подопытных?

– Айе, – откликнулась Лиора немного удивлённо, с толикой одобрения. Я запнулась: незнакомое слово, к тому же непереводимое. Судя по размытому образу, это было междометие, бессмысленное само по себе, но способное выражать целый спектр эмоций. – Надо же, сообразила. Да, Танеси Тейт изменён настолько, что в нём больше от айра, чем от человека. Кожа, мышцы, кости и часть внутренних органов – и это лишь часть модификаций.

Вот так заявление. Интересно, а только ли он?..

– Гм, а другие изменённые есть? – осторожно поинтересовалась я и, не удержавшись, взглянула на потолок – в ту сторону, где этажом выше находилась смотровая площадка мастера Лагона.

Лиора усмехнулась, и нос у неё ещё больше заострился. Да это вылитая Лоран! Только запаха «Медового экстаза» не хватает и серёжек в тон глазам.

– Есть, – негромко ответила она и указала пальцем вверх.

Оу. Красноречиво. Впрочем, следовало догадаться, что щупальца с чешуёй имеют противоестественное происхождение.

– А это всё здесь… обыденно? – спросила я, понизив голос, хотя псионик высшего уровня наверняка мог услышать нас за несколько километров, было бы желание.

– Не совсем, – задумчиво сказала Лиора. – Но очень, очень давно подобное было нормой.

– Когда?

– На заре Лагона.

Весёлые новости. Выходит, мастер Оро-Ич – ровесник окрестных холмов. Если не старше – холмы и долины-то, похоже, местные маги трансформируют регулярно, просто для того, чтобы держать себя в тонусе.

– Спасибо, очень познавательно, – искренне поблагодарила я Лиору, отставляя стакан с двумя «носиками», в котором раньше находился суп. Она подозрительно свела брови:

– Больше ничего не хочешь спросить?

– О чём? – непонимающе моргнула я.

Нет, конечно, мне многое было интересно. Например, что за вид воздействия применял мастер Лагона – ведь не инкуб же он на самом деле? Или насчёт любовниц Тейта… Но последнее уточнять рискованно. Во-первых, я могу поставить рыжего в неловкое положение, если он не афиширует количество связей. Мастер не в счёт, не удивлюсь, если он в курсе вообще всего, что происходит здесь. Во-вторых, такая тема запросто может оказаться табу. Не хотелось бы прослыть дикаркой, и так хватает неправильно подвёрнутых ног и сложностей со столовыми приборами. В-третьих… Рыжий, конечно, на обманщика не похож, но влюблённые женщины любого мира, готова спорить, мастерицы самообмана. Если пресловутые восемнадцать любовниц не подозревают о существовании друг друга, или каждая считает себя особенной, а правда вдруг выплывет наружу – дело может закончиться катастрофой. И для самого Тейта, и, учитывая его темперамент и буйство силы, для всех, кто окажется рядом.

Но Лиора, предлагая задать вопрос, явно намекала на что-то другое, вполне конкретное… И, похоже, предполагала, что я в курсе. Может, изобразить непонимание, чтобы вытянуть побольше сведений?

Мы с ней обменивались невинно-выжидающими взглядами. И, спасибо дорогой Лоран за годы тренировок, моя визави не выдержала первой.

– Может, ты хочешь спросить о том, что тебя очень беспокоит? – предположила она, так тщательно скрывая мысли, что появилось даже подозрение: щиты-то стоят не от меня. – Может, у тебя возникли какие-то необычные желания?

Я следила за ней очень внимательно и – о, счастье! – была вознаграждена. За словами промелькнул образ сияющих жёлтых глаз мастера Лагона. Значит, «необычные желания» и «беспокойство» должны быть, по мнению Лиоры, связаны с ним.