"Фантастика 2024-144" Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Султанов Дмитрий Игоревич - Страница 378

Поначалу такое отношение Фрею только забавляло, но скоро стало надоедать. Да так, что сама того не замечая, она вдруг стала ловить себя на мыслях о Глухом Громе.

Сердито фыркнув, девушка бросила на землю вязанку хвороста, машинально потерев спину. С этим копчением печь дрова просто пожирала, как гусеница беззащитную травинку. За дверью послышались голоса.

— Лёгок на помине, — зло буркнула она, уверенная, что сейчас во двор вновь заявится надоедливый кавалер.

И не ошиблась. Девушка с удивлением заметила перекинутый через плечо лук, копьё.

— Как ты и предлагала, мы с Глухим Громом решили поучить тебя добывать настоящего зверя, — веско, но с ехидной усмешкой проговорил заморец.

— Значит, в дальний поход охотники без тебя пойдут? — вскинула брови Фрея.

— Если невеста просит погулять с ней по лесу, как я могу ей в этом отказать? — вернул усмешку аратач.

Она отвернулась, с раздражением заметив, как мужчины обменялись понимающими улыбками.

— Собирайся, — с явно наигранной суровостью продолжил Отшельник. — Мы выходим завтра, но сначала принеси нам мяса.

Расположившись возле костра, охотники завели неспешный разговор. А ей пришлось варить похлёбку и жарить лепёшки из желудёвой муки, ещё раз сбегать к ручью за водой. И только потом заняться непосредственно сборами.

Как и все аратачи, Глухой Гром не стал ночевать в каменном вигваме, невзирая на погоду, предпочёл лечь у костра. Он попытался завязать с девушкой разговор, но та отказалась.

— Завтра рано вставать и далеко идти. Нужно выспаться.

К её удивлению молодой человек согласно кивнул, расстелив на холодной земле меховое одеяло.

Вот только, очевидно из-за обилия впечатлений, Фрее не спалось. Перспектива прогулки в обществе Глухого Грома не очень-то вдохновляла. Небось, опять станет хвастаться и руки распускать? Да и вообще, какая может быть охота в такой холод и слякоть? Кого добудешь в голом, лишённом листьев, лесу? Хотя, вождь с приятелями перед праздником вон какую гору мяса притащили. Так неужто она не сможет подстрелить хоть какую-нибудь зверюшку?

Интересно, сколько времени придётся провести на лоне дикой природы? У неё же через неделю "запретные дни". Вот весело будет, если это безобразие начнётся в лесу! Придётся на всякий случай прихватить пару заячьих шкурок. Благо, этого добра хватает, даже после того, как она обшила ими рубаху изнутри, сделав что-то вроде подкладки.

Как полагается, поднялись ни свет, ни заря. Завтракать не стали. Подперев дверь палкой, Отшельник что-то пробормотал себе под нос, и маленький отряд направился к горной гряде, в которой пряталась священная пещера Детей Рыси.

За ночь хорошо подморозило, так что ноги не проваливались в раскисшую почву. Зато прихваченные морозом листья отчаянно шуршали при каждом шагу. Хотя девушка изо всех сил старалась ступать бесшумно. Шагавший позади Отшельник только фыркал и тихо шептал, что медведь в ягоднике и то тише ходит.

Фрея знала, что аратачи перепугали в округе всю дичь, но не думала, будто идти к месту охоты придётся весь день, останавливаясь лишь на короткие привалы. Причём они только шли. Девушка несколько раз замечала на то и дело попадавшихся пятнах снега следы лосей и оленей. Вот только мужчины, не обращая на них внимания, упрямо пёрли вперёд, словно за горами их ждёт уже забитая и выпотрошенная добыча.

Безропотно шагая между Глухим Громом и Отшельником, Фрея помалкивала, не задавая никаких вопросов. Вокруг становилось всё меньше деревьев и больше скал. После полудня старик приказал собирать попадавшийся дорогой хворост.

Для чего, стало понятно уже в сумерках, когда они поднялись на перевал.

— Заночуем здесь, — решил молодой охотник, указав на площадку между двух высоких камней. — А утром начнём спуск.

Девушка оглядела расстилавшуюся внизу узкую, вытянутую долину, гораздо больше чем та, в которой располагалась священная пещера Детей Рыси. Кроме того, там повсюду лежал снег.

Ночью поднялся ветер, холодные порывы которого раздували костёр, подхватывая пламя и взметая тучи ярко-оранжевых искр. Завернувшись в одеяло, Фрея сидела, прислонившись к скале, уже начиная ощущать просачивавшийся к телу холод. "Старая жадина", — ворчала она про себя, вспоминая, как Отшельник выделил ей на зимнюю одежду только половину оленьей шкуры. Девушка тогда долго прикидывала и так, и этак. Хватало или на короткую курточку, вроде тех, что оставляют открытым пупок, либо на длинный, прикрывавший поясницу жилет. Его она и выбрала, никак не рассчитывая, что придётся ночевать в лесу, да ещё на пронизывающем ветру.

Внезапно похрапывавший возле заморца Глухой Гром пошевелился. Фрея затаила дыхание.

— Замёрзла? — участливо спросил аратач, поднимаясь.

— Нет, — буркнула она, плотнее закутываясь в одёжки.

Молодой охотник поднял с земли своё одеяло и набросил на плечи девушке.

— Вот ещё! — фыркнула Фрея, пытаясь сбросить нагретый теплом молодого человека мех.

— Сиди! — негромко, но повелительно рявкнул Глухой Гром, с силой удержав её руки. — Твоя одежда совсем не подходит для охоты зимой! Отшельник — глупец, что не дал тебе настоящей, меховой куртки!

Почувствовав, что девушка больше не сопротивляется, аратач добавил:

— И я не подумал. Прости.

— А как же ты? — спросила Фрея, согреваясь под доброй тяжестью двух меховых одеял.

— Я мужчина, — с обычной своей гордостью ответил Глухой Гром, присаживаясь к костру. — Это я должен переносить холод и жар, голод и жажду, чтобы хозяйка моего вигвама и её дети ели досыта.

После таких слов девушке сразу захотелось сбросить одеяло. Вот только под ним оказалось так тепло и уютно, что она решила вначале согреться, а уж потом вернуть его самовлюблённому аратачу, но сама не заметила, как заснула.

А когда проснулась, Глухой Гром, как ни в чём не бывало, сидел у чуть теплящегося костра, склонив голову на бок и тихо посапывая.

Под локтем Фреи хрустнули камни. Молодой охотник, вздрогнув, открыл глаза и, улыбнувшись, спросил:

— Выспалась?

Выражение его сонного лица оказалось таким непривычно добрым, что она не могла не вернуть ему улыбку.

— Да, и всё благодаря тебе.

Аратач легко, одним движением оказался на ногах.

— Вставай, Отшельник!

Старик открыл глаза.

— Поднимайся, не то отморозишь себе всё, что ещё осталось.

Бросив взгляд на молодых людей, заморец довольно зажмурился и потянулся.

Бодренько спустившись в долину, охотники, первым делом, взялись строить шалаш. Не получив вразумительного ответа на вопрос: "Почему это нельзя было сделать вчера?" — девушка заподозрила очередные козни заморца.

Вполне возможно, тот специально морозил её на перевале, чтобы Глухой Гром мог продемонстрировать свою доброту и заботу?

Фрее не хотелось думать о них так плохо. Но, вспоминая разговор о шкурах за её согласие, ложь о том, что охотники разрешат пройти посвящение и множество других обманов, она и сейчас не исключала подобное коварство. "Ну, мы ещё посмотрим, кто кого облапошит!" — зло усмехнулась девушка, вываливая перед стариком охапку еловых веток, которые тот старательно расстилал внутри шалаша.

Почти полдня провозившись с постройкой немудрящего жилища, они, наконец-то, отправились за добычей, предварительно с помощью верёвок подняв на дерево корзины, дабы уберечь припасы от любопытной и прожорливой лесной мелюзги.

— В эти места охотники Детей Рыси заглядывают редко, — вполголоса пояснил Отшельник. — На юге и севере зверя больше. Но, думаю, на нас троих — хватит.

Очень скоро они отыскали подтверждение своим словам.

— Олени, — негромко сказал Глухой Гром. — Три самки и вожак.

— Ветер дует от нас, — озабоченно заметил старик.

"Какой ещё ветер? — молча пожала плечами Фрея, окинув взглядом застывшие, словно замершие деревья, на которых не двигалась ни одна самая тонкая веточка. — Он весь на перевале остался".