"Фантастика 2024-144" Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Султанов Дмитрий Игоревич - Страница 518

Заметив прилично одетую незнакомку в сопровождении служанки и рабыни, продавцы принялись наперебой расхваливать свой товар, не обращая внимания на стражника. Оказалось, что кроме жертвенных даров здесь по-тихому из-под полы можно прикупить чудодейственные зелья, магические амулеты и даже узнать будущее. Но стеснённая в средствах путешественница купила только живого голубя со связанными крыльями и лапками.

Передав птичку Риате, Ника, поправив накидку, с некоторым волнением стала подниматься по лестнице к большим, гостеприимно распахнутым дверям, ярко сверкавшим начищенными медными бляшками.

Внутри царил приятный полумрак и витал густой аромат, чем-то напоминающий запах ванили, только более резкий. Пробивавшийся в окно солнечный свет падал на аляповато раскрашенную каменную статую мужчины с лебедиными крыльями за спиной и витым рогом в руке. Лицо скульптуры показалось девушке сделанным нарочито грубо. Хотя, возможно, виной всему дым от жертвенника, искажавший его черты. Присмотревшись, девушка разглядела несколько человек. Две женщины в длинных накидках стояли на коленях, положив ладони на постамент, да какой-то молодой мужчина в мятом хитоне что-то бормотал себе под нос, полуприкрыв глаза.

Путешественница попыталась отыскать взглядом жреца или кого-нибудь в этом роде. По словам Наставника, их легко можно узнать по длинным белым одеяниям. Внезапно из тёмного угла к ней шагнул кривоногий старик в коротком, застиранном хитоне и с деревянной табличкой на груди.

— Госпожа желает о чём-то попросить бога? — с поклоном поинтересовался он, ужасно шепелявя.

— Я хочу принести благодарственную жертву, — ответила Ника, гадая, не зазорно ли будет аристократке разговаривать с чужими рабами? Не будет ли в этом урона её родовой чести?

— О! — уважительно протянул старик. — Тогда я схожу за жрецом.

И он торопливо засеменил куда-то вглубь храма, смешно приволакивая правую ногу.

«Ну уж этого точно ни с кем не спутаешь», — усмехнулась про себя девушка. Она уже освоилась и сейчас чувствовала себя актрисой, исполнявшей глупую роль в плохонькой костюмной комедии.

Высокий, благообразного вида мужчина с окладистой, аккуратно подстриженной бородой в ниспадающем до пола белом балахоне удивлённо смотрел на неё цепкими внимательными глазками.

— Кто вы, госпожа? Я знаю всех в Фарнии, но вас не видел ни разу.

— И не могли видеть, — путешественница почтительно поклонилась служителю Яроба. — Я только что прибыла в ваш замечательный город.

— И сразу же решили посетить храм? — вскинул брови мужчина. — Похвально видеть такое благочестие в столь юном возрасте. Я Кратрий — жрец этого храма.

— Меня зовут Ника Юлиса Террина, — представилась девушка. — Я пришла поблагодарить повелителя бурь и хозяина ветров за спасение наших жизней. К сожалению…

Она грустно вздохнула.

— Сейчас я не могу выказать свои чувства в полной мере. Поэтому ограничусь этой птицей.

Девушка, не глядя, протянула руку, в которую Риата тут же вложила тревожно заворковавшего голубя. Приятно-слащавая физиономия жреца поскучнела, но голос оставался таким же благожелательным.

— Богам угодна любая жертва. Лишь бы её приносили с чистым сердцем и почтением.

— В этом можете не сомневаться, господин Кратрий, — совершенно искренне заявила собеседница. — Мне есть за что благодарить Яроба. А это вам на украшение храма.

Ника протянула пару медных монеток. Жрец принял пожертвование, невнятно бормоча благодарности. Дальше всё прошло быстро и изящно. Взяв лежащий на алтаре тесак, священнослужитель привычным движением отсёк голову птичке, вылил кровь на угли, от чего те зашипели, и в воздух поднялось облачко чадного дыма.

Тушку принял раб. Жрец, воздев руки к крылатой статуе, запел хвалебный гимн гонителю туч крылатому Яробу. При этом Нике показалось, что поёт он как-то уж очень быстро, торопливо проглатывая окончания слов.

«Наверное, спешит куда-нибудь», — с иронией подумала она, и тепло попрощавшись с Кратрием, покинула храм.

Стражник ожидал их на площади, что-то обсуждая с торговцами.

— Теперь, храбрый воин, — обратилась к нему девушка. — Проводи меня к кузнецу.

— Хотите что-то купить или заказать? — набравшись храбрости, спросил тот.

— У меня к нему дело, — неопределённо ответила Ника, решив, что настоящая аристократка вряд ли будет отчитываться о своих желаниях перед каким-то стражником.

— Ну, понятно, — стушевавшись, протянул тот, отводя глаза.

Путешественнице даже стало немного стыдно за своё стервозное поведение. Однако, следовало соответствовать выбранному образу. «Назвалась груздем — полезай в кузов», — кстати вспомнилась услышанная где-то пословица.

Они вновь углубились в узкие улочки Фарнии. Закончились двухэтажные дома, лавки, где торговали хлебом, тканями, ещё какими-то вещами, и вновь потянулись глухие заборы с мощными дверями. Едва расслышав сквозь гомон толпы звонкие удары, девушка усмехнулась, сочувствуя соседям кузнеца. Всё-таки венсы поступили мудро, выселив своего металлиста на окраину. Хотя куда ему деваться в этой крошечной загородке?

Потянуло дымом, показался широкий проём ворот с гостеприимно распахнутыми створками. Здесь путешественница едва не столкнулась с двумя юношами в хитонах с простенькими пряжками на одном плече.

Красуясь атлетическими торсами, парни восхищённо рассматривали короткий блестящий меч, не замечая ничего вокруг. Опасаясь сверкающего лезвия, которым молодые люди размахивали во все стороны, Ника отпрянула, прижавшись к пыльной стене и гневно вскричала:

— Осторожнее!

— Глаза разуй! Куда прёшь! — запоздало загремел за её спиной голос стражника.

Юноши замерли, с удивлением рассматривая путешественницу и её свиту.

— Оружие — не игрушка, — проворчала та.

Машинально девушка попыталась отряхнуть платье, но юркая рабыня опередила её, избавив начинающую аристократку от конфуза.

— Хочешь мечом помахать — иди за стены! — рычал Гартун, протискиваясь вперёд. — В городе его надо в ножнах держать и не вынимать без дела.

— Простите, госпожа, — церемонно поклонился тот, что постарше, с мягкими вьющимися волосами и блудливыми глазами разбивателя девчачьих сердец. — Мы не думали встретить в таком месте внучку имперского сенатора.

Он вновь поклонился, чуть разведя в сторону сильные, мускулистые руки.

«Как есть деревня, — фыркнула про себя Ника. — В одном конце чихнёшь, в другом — здоровья пожелают».

Видимо, юноши ожидали удивления или расспросов. Однако девушка равнодушно прошла мимо, а обескураженные парни, вцепившись в хитон стражника, засыпали его вопросами.

Все кузницы примерно одинаковы. Корзины с углём под навесом, поленница дров, горн, массивная гранитная наковальня и стук молотков. Но здесь имелось что-то вроде прилавка с разложенными скобяными изделиями, а одетый в кожаный фартук хозяин оказался сухим и жилистым. Да и редкая поросль на обожжённом подбородке не шла ни в какое сравнение с бородищей Ланьси.

— Госпожа? — вскинул седые брови кузнец, увидев странную посетительницу. — Чего-то нужно?

— Да, мастер, — благожелательно улыбнулась Ника. — Нет ли у тебя таблички, что вешают на шею рабам?

— Найдётся, госпожа, — он указал грязной рукой на прилавок, возле которого откуда-то материализовался пацан лет десяти с вымазанным сажей носом. — Железную, медную или, быть может, серебряную?

— Бронзовую, — сразу же определилась с выбором заказчица.

— Сынок, — окликнул мальчишку хозяин. — Покажи госпоже, что у нас есть.

Тот сейчас же принёс три зеленоватых металлических квадрата с ушками для шнурка.

— Этот, — девушка указала на средний, размером чуть меньше половины тетрадного листа.

Мастер кивнул.

— Теперь, — она движением руки позвала Риату. — Сними с неё ошейник.

Бесцеремонно поворачивая голову рабыни, кузнец читал, чуть шевеля губами. И тут Ника внезапно почувствовала, как ослабели ноги, по спине пробежал холодок, а на лбу и под носом выступили капельки холодного пота.