"Фантастика 2024-144" Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Султанов Дмитрий Игоревич - Страница 575

Видимо, перспектива очередной перепродажи напугала невольницу, потому что рано утром Нику разбудил её вкрадчивый голос:

— Пора вставать, госпожа Юлиса.

«Почему она здесь?» — молнией сверкнувшая мысль вырвала девушку из сна.

— Что с Орри?

— Варвар спит, госпожа, — быстро затараторила женщина. — А я принесла вам воду для умывания.

Сев на кровати, путешественница со вкусом потянулась.

— Госпожа Картен уже проснулась?

— Все встали, госпожа Юлиса, только маленький господин ещё спит, — полушёпотом ответила рабыня, помогая хозяйке выбраться из ночной рубашки. — Господин Картен поднялся ещё до рассвета и всех разбудил.

«Напоролся вчера до поросячьего визга, — раздражённо думала Ника, вытираясь жёстким, льняным полотенцем. — Вот и шатается ни свет ни заря».

Внешний вид хозяина дома вполне соответствовал душевному состоянию. Землистое, опухшее лицо, набрякшие под покрасневшими глазами мешки и крепко вцепившаяся в кубок волосатая рука.

Под его тяжёлым, давящим взглядом, гостья вслед за Уртексом брызнула капельку вина на пол в честь домашних богов. Вообще-то, это полагалось делать возле горящего очага, но если тот располагался слишком далеко, практичные канакернцы совершали крошечное возлияние прямо на пол.

«Неужели, опять будет приставать?» — с мрачным раздражением думала девушка, чувствуя, как каша комом встаёт в горле. Ей вдруг стало нестерпимо противно находиться в этом доме.

Едва дождавшись, как госпожа Картен выпроводит супруга из дома, путешественница подошла к ней, чтобы узнать количество и адреса проживавших в городе лекарей.

— Вы собираетесь идти прямо сейчас? — удивилась женщина.

— А чего мне ещё ждать? — вопросом на вопрос ответила собеседница.

— У меня нет людей, чтобы приглядывать за вашим варваром, госпожа Юлиса, — сурово нахмурилась хозяйка дома. — А он, как мне сказали, даже встать не в состоянии.

— За ним ухаживает моя невольница, госпожа Картен, — напомнила гостья. — Или вы хотите поручить ей какую-то другую работу?

— Нет, — слегка смутилась Тервия. — Но знатная девушка не может ходить по городу в одиночку. Это опасно и неприлично.

«Вот батман! — едва не взвыла Ника. — Вчера не дала с Орри поговорить, сегодня из дома не выпускает А завтра запрёт в комнате и в уборную под конвоем водить будет? Ну уж, дудки! Это консул — мужик здоровый, а с ней я справлюсь».

— Не надо так обо мне беспокоиться, госпожа Картен, — голос гостьи сочился ядом, как перезрелый помидор слизью. — Я же не ваша дочь.

Собеседница побледнела, губы сжались в тонкую злую линию, крылья носа затрепетали, а в глазах вспыхнули опасные огоньки.

— Какое вам дело до того, что обо мне будут говорить люди? — не отводя взгляда, продолжала путешественница. — Через месяц они забудут, кто я.

— Мужу не понравится, если вы одна будете шляться по городу, — процедила сквозь зубы Тервия.

— У него что, нет других забот? — усмехнулась девушка. — Как за мной следить?

— Можешь идти куда угодно, — отвернулась женщина. — Но я ничего не хочу знать об этом.

— И не надо, — пожала плечами Ника. — Только подскажите, где можно найти лекарей, способных приготовить дорогое снадобье.

Видя, что собеседница продолжает колебаться, она добавила:

— Если что, скажете, что я ушла сама, а Терет выпустил меня без вашего разрешения. Самое простое и безопасное — свалить всё на рабов.

Гордо вскинув подбородок, Тервия прошла мимо, едва не толкнув собеседницу плечом. Обернувшись, та проводила её взглядом, полным нескрываемого злорадства. «Это тебе за вчерашнее, старая стерва!» — мстительно подумала девушка и поспешила переодеваться.

У неё никак не получалось в одиночку закрепить кинжал за спиной. Пришлось идти за Риатой. Заодно перебросилась парой слов с Орри. На первый взгляд его состояние почти не изменилось. Гант всё так же лежал под одеялом с закрытыми глазами, но рабыня уверяла, что жар спал, и он обязательно поправится.

— Отвар, что велел делать лекарь, просто волшебный, госпожа, — ворковала невольница, связывая узкие ленты у неё на спине. — Варвар как выпьет, так и потеть начинает, словно в бане, и потом сразу спит.

Набросив накидку, девушка посмотрелась в зеркало. Морщась, осторожно потрогала кончиками пальцев замазанные синяки, раздражённо подумав: «Вот батман! Когда теперь пройдут эти пятна? И чего Картен так взбесился, когда я сказала о горце?»

Ну, вроде всё в порядке. Ни кинжал на пояснице, ни следы чужих рук на шее сразу в глаза не бросаются. Вспомнив, что так и не выспросила о лекарях Канакерна, она тяжело вздохнула. Обращаться к Тервии категорически не хотелось. Но не приставать же с вопросами к прохожим?

Хозяйку дома она отыскала в саду, где рабы зачем-то обкапывали цветочный куст. Пройдя с гостьей в мужской зал, госпожа Картен сухо и деловито рассказала, что в городе четверо лекарей, примерно описав, где их искать.

— Есть ещё лавка Мритина на базаре, — продолжала супруга консула. — Он лекарь не важный, но зельями всякими торгует. Обязательно спроси у него.

Поблагодарив собеседницу, Ника вышла за ворота. За спиной громче обычного лязгнул замок. Очевидно, старый Терет продемонстрировал единственным доступным ему способом своё негативное отношение к гостье хозяев.

Оглядевшись и перебросив край накидки через плечо, она заметила двух подростков. Присев на корточки, пацаны играли в какую-то игру. Проходя мимо, путешественница обратила внимание на россыпь разноцветных камешков и три затёртые медные монетки. У паренька постарше на тонкой шее чернел кожаный шнурок.

«Даже у рабов жизнь разной бывает, — с философской грустью подумала девушка. — Кому-то присесть за день не дадут, а кто-то по городу шляется, на денежки играет».

— Стой! — раздался за спиной полный негодования крик. — Стой, мошенник! Лагир позорный!

Ника оглянулась.

Невольник, только что сидевший возле разложенных камешков, мчался в противоположный конец улицы, удирая во все лопатки от потрясавшего кулаками партнёра по игре.

«Не иначе, местный шулер или напёрсточник какой-нибудь, — усмехнулась она про себя. — Интересно, он сам по себе работает, или это хозяева отправили его денежку зарабатывать?»

Насколько путешественница успела изучить канакернцев, вполне возможны оба варианта. Увидев полотняный навес над гостеприимно распахнутой дверью, девушка на миг задумалась. Если Тервия точно объяснила, а она правильно поняла, именно здесь принимает страждущих исцеления лекарь Тус Райм.

Свет в тёмное, низкое помещение проходил только через вход. У стены стояла короткая скамейка, на которой восседал необычайно тучный мужчина, то и дело вытиравший лицо полой хитона. Напротив располагался низенький прилавок, за которым откровенно скучал молодой человек, лет двадцати с пышной курчавой шевелюрой и редкими, потешными пучками волос вместо усов и бородки.

— Господин Тус Райм? — неуверенно проговорила Ника, не зная к кому обращаться.

— Господина нет, госпожа, — отозвался юноша, и только тут она заметила у него на груди рабскую табличку.

— Я сам жду этого бездельника, — пожаловался толстяк неожиданно тонким, жалобным голосом.

— Я же вам говорил, что мой хозяин у госпожи Талии Никркин, вздохнул невольник. — У неё головные колики.

— Твой хозяин — обманщик и плут, как все лекари! — заявил мужчина, с трудом поднимаясь на тумбообразные ноги. — Всё, иду к Пол Таку.

— Постойте, господин Власт Ригон! — вскричал парнишка. — Я тоже умею массаж живота!

Но толстяк только досадливо мотнул головой.

— Ну возьмите тогда Ярость Аксера! — закричал раб, перегнувшись через прилавок и умоляюще протягивая руки. — Ваш запор как рукой снимет! Клянусь Пелксом!

«Креативное название для слабительного», — мысленно хмыкнула девушка, узнав имя бога войны радланского и либрийского пантеонов.

— А вам что нужно, госпожа? — спросил невольник-продавец, всё ещё глядя на дверь, в которой скрылся толстяк.