"Фантастика 2024-144" Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Султанов Дмитрий Игоревич - Страница 578

— Да, госпожа, — вздохнула невольница, выжимая тряпку. — Теперь за ним невеста приглядывает.

Оставив Риату домывать пол, девушка прошла в свою комнату. В голове вновь зашевелилась неприятная мыслишка, что делать, когда она выяснит имя заказчика снотворного? Почти наверняка это окажется либо сам Ноор Учаг, либо его доверенный человек. Ника усмехнулась. Для начала просветим в этом вопросе Тервию, а там видно будет.

Приняв столь мудрое решение, ей почему-то захотелось взглянуть на себя в зеркало, чтобы узнать, не сошла ли краска с синяков. Но в это время раздался требовательный стук в ворота, а вслед за ним грозный рык хозяина дома.

— Иду, иду, господин, — отвечал ему дребезжащий от страха голос Терета.

«У него что, засов заело?» — усмехнулась девушка.

Резко брякнула калитка, распахнутая мощной рукой морехода.

— Юлиса здесь? — рявкнул он на привратника.

Вскочив на ноги, путешественница бросилась к окну.

— Кто? Ах да, госпожа Юлиса дома, господин. Она в своей комнате!

Последние слова раб почти прокричал старческим дискантом, видимо, уже в спину удалявшемуся хозяину, который быстро шлёпал подошвами сандалий по каменным плитам двора. Даже не разглядев его, Ника догадалась, что консул не просто чем-то озабочен, а прямо-таки взбешён и именно из-за неё.

Как всегда случалось в подобных случаях, сознание сработало удивительно чётко, вставив все части головоломки на свои места и прояснив причину столь странного поведения Матры Фарк. Очевидно, по городу всё же поползли слухи о добровольном бегстве Вестакии из дома, и этот дебил решил, что распустила их именно она!

Внезапно горло сжал судорожный спазм, словно в шею вновь впились злые сильные пальцы, в глазах потемнело, а в ушах громом звучало: «Я тебя просто убью!»

Шаги Картена барабанным боем грохотали по деревянным ступеням лестницы, когда усилием воли девушка вырвала себя из ступора.

Бросившись к кровати, она выхватила из-под подушки кинжал и нервным рывком отбросила в сторону ножны. Ника с пугающей ясностью понимала, что убийство консула безнаказанно не пройдёт. Однако, охватившее её яростное отчаяние вновь заглушило инстинкт самосохранения. Слишком часто в последнее время путешественница видела смерть и слишком хорошо понимала ничтожность своей жизни в глазах Картена и его соотечественников.

— Юлиса! — звенящим голосом заорал мореход, вваливаясь на второй этаж. — Где ты, болтливое отродье лягушки? Я вырву твой поганый язык!

Странно, но почему-то именно эти нешуточные угрозы помогли девушке окончательно прийти в себя. Сознание словно разделилось на две части. В одной продолжало яростно клокотать самоубийственное бешенство, но другая успокоилась, обретая удивительную ясность.

Схватив табурет, она положила его поперёк дверного проёма, а сама, отступив, чуть согнула ноги в коленях, держа клинок на уровне бедра.

Консул кабаном ворвался в комнату, едва не сорвав со стены циновку, и тут же налетел на заботливо приготовленное препятствие. Запутавшись, Картен, не сумев сохранить равновесие, больно ударился коленом об пол. А когда попытался вскочить, увидел застывшее у горла острие кинжала.

— Что бы ни случилось, ты не тронешь меня даже пальцем! — прошипела Ника, с трудом удерживаясь от того, чтобы пропороть буйно заросшую волосами шею.

Очевидно, внешний вид девушки подтверждал всю серьёзность её намерений, потому что мореход, невольно подавшись назад, прорычал, уже на полтона ниже:

— Ты наболтала всем, что Вестакия сбежала? Я же велел тебе помалкивать!

— Кто что тебе сказал? — окрысилась путешественница.

— Не важно! — оскалился Картен. — Ты распустила грязные сплетни о моей…

— Врёшь! — оборвала его собеседница. — Я только сегодня утром первый раз вышла из дома! Не веришь? Спроси жену!

Она криво усмехнулась.

— Кто тебе сказал?

Видимо, поражённый столь наглым поведением гостьи, мореход попытался вскочить, одновременно перехватывая её руку.

— Убью!!! — взвизгнула Ника, и острый кончик кинжала пропорол кожу на подбородке.

Пот заливал глаза, сердце колотилось так, словно собиралось разорвать рёбра, подобно инопланетному монстру из фильма «Чужой».

— Стратег Ред Стаут, — просипел Картен, разводя руки в стороны.

— Неужели так и сказал? — губы собеседницы кривились. — Твоя дочь сбежала с любовником?

— Нет, — процедил сквозь зубы Картен, буравя её ненавидящим взором. — Намекнул, но так ясно…

— Мерк, Мерк! — во всё горло кричала Тервия, поднимаясь по лестнице.

— И ты тут же решил, что я во всём виновата? — презрительно фыркнула девушка, отступая к кровати и сторожа каждое его движение. — А то, что у людей есть своя голова на плечах, ты не подумал?

Отбросив в сторону циновку, супруга консула быстро оглядела комнату.

— Мерк, кровь!

— Пустяки! — разъярённо отмахнулся супруг. — Царапина.

Путешественница быстро спрятала руку с кинжалом за спину. Мужчина резко встал, но тут же зашипел, потирая ушибленное колено.

— Ну, спроси свою жену, Картен? — предложила девушка. — Если мне не веришь.

— О чём она говорит? — спросила Тервия. — Что произошло? Почему ты так кричал? Тебе больно? Ты упал?

— Юлиса ходила вчера куда-нибудь?!

— Нет, — с секундной заминкой ответила женщина, бросив злой взгляд на гостью. Хозяйке дома приходилось молчать о беседе Ники с Пол Таком, иначе супруг мог поинтересоваться, почему она не рассказала ему об этом вчера вечером или сегодня утром.

— Ну я же говорила! — пожала плечами девушка, незаметно пряча клинок между матрасом и спинкой кровати. — А вы сразу набросились на меня, хотя я тут совершенно ни при чём! Клянусь всем, что для меня дорого, я никому не сказала ни слова о Вестакии! И тем более, о Ноор Учаге. Оно мне надо?

— Сын вождя атавков тут ни при чём! — резко прикрикнул консул. — И хватит об этом!

— Как скажете, господин Картен, — пожала плечами Ника. — Я-то замолчу, а вот как вы всему городу рты позакрываете?

— В самом деле, Мерк, — робко пробормотала Тервия. — Ты же так и не сказал, зачем приходил это варвар?

— А-а-а!!! — махнул рукой консул. — Его прислал один человек, просить отсрочку долга.

— Кто? — встрепенулась женщина, и в голосе её сталью зазвенела ревность.

— Не важно! — огрызнулся мореход.

Взгляды супругов схлестнулись, выбивая искры, и жена послушно опустила глаза.

— Что на обед? — смягчился Картен, ковыляя к двери.

— Суп из моллюсков, — поспешно ответила Тервия, пытаясь подставить ему плечо.

Но консул резко отпихнул её руку, раздражённо бросив:

— Я же сказал пустяки!

Не обращая внимания на разыгранную перед ней семейную сцену, гостья машинально поставила табурет и плюхнулась на него в полном недоумении. Почему-то она сразу поверила мореходу. Как нельзя кстати вспомнилось его поведение в день визита Ноор Учага. Картен вёл себя так, словно ничего не случилось, спокойно игнорируя странное, почти вызывающее поведение дочери. Он даже не пытался устроить ей скандал! Тогда Ника посчитала это спокойствие следствием крепких нервов, недюжинных актёрских способностей и умения притворяться. Но после того, как консул чуть не лишился кучи крупных сапфиров, едва не задушив свою гостью за не вовремя сказанное слово, та апатичная реакция на сватовство к дочери какого-то варвара кажется более чем странной. Ноор Учаг не просто ляпнул что-то невпопад, а поставил под угрозу дружбу консула Мерка Картена с консулом Тренцом Фарком!

Ясно, что с этим горцем всё же связана какая-то тёмная история. Причём такая, в которую Картен не собирается посвящать даже свою верную супругу. Вот только эта тайна не имеет никакого отношения к исчезновению Вестакии.

Но как быть с её горькими слезами, глупыми вопросами, с тем странным движением рук варвара и его виноватой улыбкой? Неужели Нике это только померещилось, и она приняла желаемое за действительное? Девушка с силой потёрла лоб. Вроде бы стройная теория бегства дочери Картена с сыном вождя варваров разваливалась на глазах.