"Фантастика 2024-144" Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Султанов Дмитрий Игоревич - Страница 780

Возможно, ещё и поэтому она так плохо выспалась, задремав только под утро. Тем не менее нервы у неё оказались настолько взвинчены, что девушка мгновенно проснулась от лёгкого шороха, прозвучавшего совсем рядом, и тут же встретилась глазами с резко отпрянувшей Кирсой.

— Я только хотела узнать, проснулись вы или нет, госпожа, — потупила взор проститутка.

— А чего тебе от меня надо? — нахмурилась Ника, сгибая в коленях прикрытые плащом ноги и нашаривая прикреплённый к голени клинок.

Почувствовав нешуточную угрозу в её голосе, сокамерница явно растерялась.

— Так утро уже, госпожа, — пришла к ней на помощь подруга. — Сегодня же суд.

— И что? — продолжая "давить" Кирсу взглядом, спросила девушка, зацепив пальцем колечко на конце рукоятки кинжала. — Из-за такой мелочи надо меня будить?

— Простите, госпожа, — криво усмехнулась представительница древнейшей профессии, отступая от лежанки. — Нечаянно получилось.

Убедившись, что соседка по камере больше не пытается приблизиться на опасное расстояние, Ника спустила ноги на грязный пол, мельком подумав, что у неё, кажется, начинает развиваться паранойя или мания преследования.

Из соседних камер тоже стал доноситься шум. Тюрьма просыпалась. За время дриниар количество арестантов заметно выросло. Вчера днём привели какого-то бедолагу, попытавшегося стащить на рынке кошелёк у зазевавшегося прохожего. Добрые жители Этригии как следует отдубасили незадачливого воришку и передали его в руки правосудия.

Брезгливо стряхнув с плаща катышки крысиного помёта, видимо, какая-то мерзкая тварь сидела на нём, пока узница спала, девушка вспомнила о подвешенном к стропилам узелке. Уж если ей не суждено сюда вернуться, то незачем оставлять здесь продукты.

Выбрав себе лепёшку поподжаристее и насыпав сверху горку изюма, она протянула остатки сокамерницам. Те не заставили себя упрашивать, с жадностью набросившись на остатки сушёного винограда и последнюю лепёшку.

Не обращая на них внимание, Ника вновь забралась с ногами на лежанку, где стала лениво, без аппетита пережёвывать скудный завтрак, показавшийся ей совершенно безвкусным.

Чем закончится суд? Как выступит Олкад, и насколько его речь повлияет на решение магистрата Проба Фаба Лисы и преторов? Всё ли сделал адвокат, чтобы спасти её от казни или каторги?

Ужасно выматывала неопределённость. Однако больше всего душевных страданий причиняло нарастающее чувство бессилия. Девушка отчётливо понимала, что сейчас от неё самой почти ничего не зависит. Из обладавшего хоть какой-то свободой воли игрока она вновь превратилась в игрушку великого множества обстоятельств, или того странного существа, которое явилось ей ещё в Некуиме. Неприятное воспоминание заставило путешественницу нервно передёрнуть плечами.

Проникавший сквозь узкие окна дневной свет решительно разогнал ночной сумрак, заставив клочки того прятаться по углам.

Лязгнула входная дверь, донёсся озабоченный голос эдила Аква.

— Заходите быстрее!

— Гляди, Рояш, с утра новеньких привели! — рассмеялся кто-то из узников.

— Заткнись, тупая скотина! — рявкнул смотритель тюрьмы. — Если не хочешь ещё до суда плетей отведать!

Облегчённо вздохнув, Ника почти бегом бросилась к решётке, но увидев за ней Олкада, невольно отпрянула, удивлённо вскинув брови.

На щеке и ухе алели многочисленные царапины, словно молодого человека вдумчиво возили рожей по камням. А левую скулу украшал небольшой, но симпатичный синяк, явно добавлявший брутальности в облик адвоката.

— Что с вами, господин Ротан? — как-то само-собой вырвалось у узницы.

— Всё в порядке, госпожа Юлиса, — пренебрежительно и даже несколько высокомерно махнул рукой Олкад, отводя в сторону глаза с покрасневшими белками.

Тут девушка обратила внимание на набрякшие под ними мешки, которые раньше она у своего защитника не замечала.

Почти прижавшись лицом к брусьям решётки, писец сделал ей знак приблизиться.

— Сто шестьдесят пять империалов, госпожа Юлиса, — еле слышно выдохнул он. — Прямо сейчас, не то будет поздно.

— Подождите немного, — только и успела прошептать арестантка, перед тем как к двери подошли эдил Акв и не посмевшая обогнать такого важного человека Риата с корзиной за плечами и амфорой в руке.

Едва не оттолкнув на секунду замешкавшегося адвоката, хмурый смотритель тюрьмы вставил ключ в прорезь замка.

— Заходи, — скомандовал он рабыне, но решительно пресёк попытку молодого человека войти вслед за ней. — Там без вас справятся.

Писец с тревогой посмотрел на узницу. В глазах его мелькнула тень паники. Арестантка ободряюще улыбнулась.

— Быстрее намывайтесь, — проворчал эдил. — Некогда мне тут с вами торчать.

— Я вас не задержу, господин Акв, — заверила Ника.

Под недоуменно-выжидательными взглядами сокамерниц она помогла невольнице снять корзину и достала оттуда свёрнутый кусок полотна.

— Помогите мне, — обратилась девушка к всё ещё пребывавшим в ступоре проституткам.

— А что делать, госпожа Юлиса? — растерянно спросила Вилпа.

— Подержите за концы, — попросила Ника.

— Это ещё зачем? — мгновенно насторожился эдил. — Что, я голых баб не видел?

— Тогда зачем вам ещё и на меня смотреть? — вымученно улыбнулась арестантка, предусмотревшая в своих планах подобное развитие событий.

— В самом деле, господин Акв, — вступил в разговор адвокат. — Стоит ли смущать девушку?

Собеседник презрительно фыркнул.

— Ноной и Артедой прошу вас позволить мне хотя бы до суда остаться свободным человеком, — голос узницы дрогнул, губы скривились, глаза заблестели. — И сохранить последние остатки чести…

Эдил заколебался.

— Ну куда я отсюда денусь? — умоляюще проговорила Ника, отчаянно выжимая слёзы и обводя рукой серые, мрачные стены.

Кажется, на этот раз у неё получилось. Видимо, сказался приобретённый за долгое путешествие опыт лицедейства и некоторые природные актёрские способности. Во всяком случае, смотритель тюрьмы, отвернувшись, досадливо махнул рукой.

Окрылённая первой пусть и совсем крошечной победой, арестантка, переведя дух, тут же развила кипучую деятельность.

Поставив сокамерниц лицом к решётке, она заставила их растянуть полотно так, чтобы сверху оставалась видна только её голова, а нижний край не доставал до пола всего сантиметров пять.

Действуя по заранее разработанному плану, Риата подхватила подол платья госпожи, одновременно вытаскивая из закреплённых на голени ножен кинжал.

Нашарив под материей завязки набитого деньгами пояса, невольница, повозившись, ловко разрезала узлы и стащила его вместе с одеждой, лишь пару раз оцарапав кожу хозяйки.

Если бы хмуро наблюдавший за ней эдил что-то заметил или хотя бы заподозрил наличие тайника, Ника наверняка осталась бы без денег. Даже присутствие адвоката не спасло бы её золото от конфискации. Да и проститутки, увидев пояс, могли сообразить, что рядом с ними всё это время находились большие деньги. И кто знает, какая блажь могла прийти в их дурные головы? Обиделись бы на то, что сокамерница их одурачила, и подняли бы шум. Просто так, из вредности.

Поэтому неудивительно, что взведённая, наподобие туго перекрученной пружины, девушка, оставшись обнажённой, абсолютно не ощущала царившего в камере холода.

Приняв от рабыни смоченную тёплой водой тряпицу, она торопливо протёрла себе лицо, шею, грудь, живот и вдруг буквально шкурой почувствовала пронзительный, буравящий взгляд Кирсы.

"Чего это с ней?" — настороженно удивилась Ника. Нижнее бельё, дабы ещё сильнее не смущать окружающих, она уже сняла ночью и теперь недоумевала: что же вызвало столь пристальное внимание проститутки? Неужели Кирса так бурно реагирует на пустые ножны на ноге? Но сокамерница смотрела куда-то выше.

"Одни педики кругом! — презрительно фыркнула про себя девушка. — Да лесбиянки. Ну ты смотри, как таращится?! Того и гляди слюни до полу пустит… Вот батман!"