"Фантастика 2024-144" Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Султанов Дмитрий Игоревич - Страница 818

"Не знаю, зачем она туда попёрлась, — хмыкнула про себя путешественница. — Только вряд ли это имеет какое-то отношение ко мне. Но всё равно, утром надо будет глянуть, не пропало ли чего на кухне? Или не прибавилось?"

Холод донимал всё сильнее. Она уже собиралась вернуться, рассудив, что здоровье в любом случае дороже, как из тени святилища выбежала Дора, прижимая к груди знакомый мешок. Не заметив у неё в руках свечи, девушка тем не менее поспешила к предусмотрительно оставленной открытой двери на кухню, но в последний момент передумала возвращаться в спальню, решив дождаться появления жрицы.

Однако, выскочив из-за угла, та, оглядываясь по сторонам с явным испугом, пробежала мимо, направляясь то ли в сад, то ли к расположенной в той стороне кладовой. На секунду остановившись, женщина перехватила мешок за горловину, и наблюдательница смогла убедиться, что внутри по-прежнему лежит что-то тяжёлое и угловатое.

Чувствуя нарастающую тяжесть в мочевом пузыре, Ника, стараясь не шуметь, торопливо пробралась в свою комнату.

— Кто тут? — недовольно проворчала Приста Фабия, когда умиротворённая девушка забиралась на лежанку.

— Это я — Юлиса. По нужде ходила. Спи.

— Ну и нечего топать, как стадо быков, — буркнула соседка, с головой закутываясь в одеяло.

Разумеется, служанка святилища никому не рассказала о ночной прогулке Доры. У служительниц Рибилы свои тайны, у неё свои. Пусть так и останется.

К тому же занятые подготовкой важной церемонии жрицы, так загрузили работой помощниц, служанку и рабынь, что на разговоры совершенно не оставалось времени. Ника даже не смогла переброситься парой слов с Риатой, чтобы узнать мнение многоопытной невольницы о загадочном происшествии.

Маммее внезапно взбрело в голову устроить на кухне генеральную уборку, причём без прекращения основной деятельности. А её "младшая сестра" радовалась как ребёнок, отыскав где-нибудь в углу забытую паутинку или пыль на одной из верхних полок. Тогда стряпухе и её помощнице приходилось бросать все текущие дела и срочно ликвидировать огрехи.

Подобные мероприятия проводились и в кладовых, и в комнатах, и в храме, где верховная жрица задействовала даже помощниц из числа дочерей этригийских богатеев.

Специально вызванные вне графика городские рабы привезли тележку с большой вонючей бочкой, в которую рабыни до вечера вычерпывали содержание выгребной ямы.

Знаменательный день начался с того, что Врана свернула двум курочкам шеи и принялась с Риатой их ощипывать, тщательно складывая перья в выданный Дорой мешок.

Лишённая почётного права участвовать в утренней церемонии, служанка святилища направлялась в "лабораторию" Клио, где рассчитывала немного отдохнуть, поскольку только вчера помогала Патрии Мессе наводить там чистоту, и новая уборка вряд ли понадобится.

Однако, бдительная "сестра хранительница добра" не дала ей побездельничать, направив на кухню, где хмурая стряпуха велела почистить лук, чеснок и растереть в ступке сухие душистые травы.

На резонное замечание, что завтрак вроде как готов, а до обеда ещё далеко, Аполия Тарма с апломбом заявила:

— Для настоящего анимади баранину надо хотя бы полдня подержать в маринаде.

И глянув на растерянно хлопавшую глазами собеседницу, снисходительно пояснила:

— Часть жертвенного мяса пойдёт на праздничный стол.

— Так овечку сейчас зарежут? — спросила Ника, разламывая на дольки головку чеснока.

— Да, — подтвердила стряпуха, разглаживая случайную складку на парадном платье. — Верховная жрица проведёт жертвоприношение у дверей храма, чтобы его могли увидеть с площади как можно больше людей. Потом будет гадание на печени. Я слышала, Маммея пригласила Доната Кенсия Ротса — самого лучшего предсказателя в Этригии.

Вернулась Аполия Тарма нескоро и выглядела явно растеряно. Путешественнице показалось, что девушке как будто не терпится что-то рассказать, однако её сдерживает присутствие заявившейся вместе с ней Дорой.

Оказалось, жрица никому не собирается доверять приготовление маринада. Она лично залила в большую миску немного воды, добавила вина, уксус, соль, мелко нарезанный чеснок, а под конец велела Нике очистить другую луковицу, так как в приготовленной ей что-то не понравилось. Уложив мясо, Дора в последний раз попробовала маринад, довольно улыбнулась, прикрывая миску тяжёлой деревянной крышкой.

Едва жрица вышла, стряпуха, схватив свою помощницу за руку, шёпотом выпалила:

— Храм ждут большие потрясения!

— С чего ты взяла? — удивилась девушка.

— Донат Кесий сказал, едва увидев печень жертвенной овцы! — объяснила Аполия Тарма, опасливо косясь на запертую дверь. — Госпожа Маммея так растерялась. И я очень боюсь, Юлиса.

"А вот Дора выглядит на диво спокойной, — подумала Ника. — Не верит гадателю или знает, что потрясения ей лично ничем не угрожают? Странно".

— Ты меня совсем не слушаешь! — прервала её размышления раздосадованная повариха.

— Что ты, Тарма! — энергично запротестовала собеседница. — Мне очень интересно!

— Сначала всё шло очень хорошо, — затараторила удовлетворённая стряпуха. — Сколько людей пришло! И мужчины, и женщины. Я там видела на одной такую синенькую накидку. По краю полосой жёлто-зелёный узор, а в центре круглая вышивка, похожая на розу. Так красиво.

Ника демонстративно-тяжело вздохнула.

Аполия Тарма обиженно надулась, но желание поделиться новостью оказалось слишком велико, поэтому уже через минуту она вновь заговорила:

— Хвала богам, госпожа Маммея ловко перерезала горло овце и даже почти не запачкалась в крови. Ты же знаешь, какое это хорошее предзнаменование?

Не имевшая о том никакого понятия, слушательница важно кивнула.

— Тут ещё стая голубей села на фронтон, — продолжила рассказчица. — Мы все так обрадовались…

Наставник говорил, что радлане верят, будто именно эти птицы уносят чистые души в рай, однако Ника не поняла, почему их появление вызвало у собеседницы подобную реакцию.

— Когда овца перестала дёргаться, госпожа Маммея пригласила Доната Кенсия провести гадание, — в голосе Аполии Тармы послышались драматические ноты. — Его ученик вырезал печень и преподнёс учителю на серебряном блюде… Я сразу поняла, что что-то не так!

— Почему? — заинтересовалась путешественница.

— Он так странно на неё смотрел, — многозначительно прошептала повариха. — Так хмурился. На площади так тихо стало. Господин Кенсий вроде бы и негромко сказал, а все услышали, что храм Рибилы ждут большие потрясения. Люди так и охнули!

Качая головой, попаданка думала: "Неужели этот жулик действительно что-то разглядел в овечьих потрохах, или его попросили так сказать?"

Приглядываясь к обитателям святилища, она сделала вывод, что наиболее озабоченными выглядят Маммея и Клио. Дора тоже пыталась изображать беспокойство, и временами у неё это даже получалось. Но всё же чаще всего она казалась совершенно уверенной в себе.

И это сильно настораживало служанку храма богини Луны.

Видимо, из-за беспечности, свойственной молодым, помощницы жриц как-то быстро забыли о тревожном предсказании знаменитого гадателя. А, может, не вспоминали, чтобы лишний раз не расстраиваться?

Уже раскатывая тесто для лепёшек к обеду, Аполия Тарма болтала без умолку, то делясь способами приготовления курицы с тыквой, то со смехом вспоминая, как Приста Фабия объелась незрелого винограда и, чтобы не обгадиться, бежала с вечерней церемонии.

За столом, с хрустом разгрызая редко попадавшиеся среди варёных бобов куриные косточки, Патрия Месса с таинственным видом сообщила, что магистраты разрешили каким-то бродячим артистам устроить представление на площади перед храмом Рибилы.

— Можно будет посмотреть! — радостно захлопала в ладоши Прокла Комения. — Вот бы показали "Перевёрнутую чашу" Днима Виктаса, и смешно, и грустно, и про любовь.

— Уж лучше "Остров желаний", — скромно потупила глазки Патрия Месса. — Там в конце так красиво поют…