"Фантастика 2024-144" Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Султанов Дмитрий Игоревич - Страница 868

"Хотела бы я видеть рожу тётки, когда ей передадут эти слова", — усмехнулась про себя Ника, делая шаг по уходящей в воду лестнице.

"Да, это не какая-то гостиница", — с удовлетворением подумала она, откидываясь на чуть скошенную стенку бассейна, и чувствуя, как в измученном усталостью теле расслабляются натруженные мышцы, а глаза сами закрываются в блаженной истоме.

— С каким запахом мыло желаете, госпожа? — вкрадчиво поинтересовалась невольница Септисов.

— А какие есть? — вопросом на вопрос ответила девушка.

— Лаванда, ромашка, тмин, роза, — медленно перечислила собеседница. — Имеется даросское. У него пряный морской аромат.

— Давай лаванду, — не дослушав, решила Ника.

Когда банщицы закончили промывать ей волосы и стали растирать плечи мокрыми губками, в комнату без стука вошла хозяйка дома.

Разомлевшая гостья, моментально насторожившись, проговорила с самой обворожительной улыбкой, которую только смогла изобразить.

— У вас прекрасная ванная, госпожа Септиса. Мне ещё ни разу не приходилось встречать подобного великолепия! А какая кругом чистота!

Несмотря на внешнюю суровость, супруге регистора Трениума лесть явно пришлась по вкусу, хотя она и постаралась не показывать этого.

— Что вы могли видеть, госпожа Ника, живя среди дикарей? — то ли с презрением, то ли с жалостью проворчала собеседница. — Они, наверное, всю жизнь не моются и воняют хуже козлов!

У Ники чесался язык рассказать, как аратачи летом купаются в ручьях и озёрах, а зимой ходят в пещеру с тёплым целебным источником, но она благоразумно промолчала, не желая с первого дня ссориться с властной тёткой.

— Я приготовила платье, более подходящее для девушки знатного рода, чем эти обноски, — та бросила полупрезрительный взгляд на аккуратно сложенную на лавке одежду племянницы.

Рабыня, с преувеличенным усердием растиравшая спину Ники, вздрогнула, а по лицу стоявшей спиной к двери Риаты промелькнула еле заметная тень злорадной усмешки.

— Это подарок государыни, госпожа Септиса, — покачала головой девушка.

Хозяйка дома встрепенулась, вытаращив глаза на собеседницу.

— Какой государыни? Думай, что говоришь! С такими вещами не шутят. Или ты настолько обезумела от радости, что твоим разумом уже овладела Исми?!

— Неподалёку от Наполя наш фургон опрокинулся, — чётко произнося каждое слово, заговорила Ника, стараясь не обращать внимание на невольницу, водившей губкой по её животу. — По воле богов в это время по дороге двигался поезд императрицы, возвращавшейся в Радл из Галайской долины. Её величество пожелала со мной встретиться, а потом пригласила на ужин, который прошёл на вилле господина Лепта Маврия Куста. Сомневаетесь в моих словах, спросите господина Минуца.

Она раздражённо отстранила чересчур усердную рабыню.

— Довольно!

Супруга регистора Трениума глянула через плечо, и одна из сопровождавших её невольниц скрылась за дверью.

"Проверяет, — усмехнулась девушка, неспешно выходя из воды к уже приготовившей полотенце Риате и буквально кожей ощущая, как скользит по телу напряжённо-оценивающий взгляд новоявленной тётки. — Ну, полюбуйся. Конечно, не Венера Милосская, но есть на что посмотреть. Только бы ещё ноги побрить. Ладно, это как-нибудь в другой раз."

Проигнорировав протянутую местной рабыней набедренную повязку, Ника взяла у своей чистые трусики, вызвавшие неподдельный интерес Пласды, на какое-то время превративший её из суровой хозяйки дома в любопытную женщину.

— Что это? — спросила она, глядя, как гостья завязывает верёвочку, заменявшую ей резинку.

Племянница объяснила и даже приказала Риате быстро принести из комнаты ещё одни, дабы госпожа Септиса сама смогла оценить удобство данного предмета дамского туалета.

— Шить их легко, а ходить гораздо удобнее, чем в набедренной повязке.

— Неужели дикари такие носят? — с сомнением в голосе спросила собеседница.

— Нет, конечно, — рассмеялась племянница, влезая в подаренное тёткой платье, которое, как и следовало ожидать, оказалось ей немного коротковато. — Сама придумала. Приходилось много ходить, вот я и сшила себе такую штуку.

Пока дамы беседовали об особенностях различных фасонов нижнего белья, Риата споро завязала на хозяйке пояс и обула сандалии.

Вернулась уходившая куда-то невольница и что-то прошептала на ухо госпоже. Та пристально посмотрела на гостью и вышла из комнаты. Ника последовала за ней.

"Совсем стемнело, — хмыкнула она про себя, глядя на рассыпанные по небу звёзды и с трудом сдерживая зевоту. — Где же это дядюшка шляется так долго?"

— Госпожа Септиса, — окликнула девушка шагавшую впереди хозяйку дома.

— Да, госпожа Ника? — обернулась та.

— Госпожа Торина Септиса сказала, что вы нашли мне жениха?

— Да, — сухо повторила тётка.

— Кто он? — спросила племянница, останавливаясь у двери своей комнаты.

— Постум Аварий Денсим, — коротко бросила собеседница, всем видом демонстрируя нежелание беседовать на данную тему, и торопливо перевела разговор. — Скоро придёт господин Септис, а у вас волосы растрёпанные. Неужели вы собираетесь предстать перед родным дядей в таком виде?

— Сейчас Риата что-нибудь сделает, — отмахнулась девушка, открывая дверь.

— Нет, так не пойдёт! — решительно запротестовала хозяйка дома. — Если среди варваров или в дороге вы могли себе позволить выглядеть кое-как, то здесь в столице следует следить за собой и не забывать, кто ваши родственники!

"Вот батман!" — мысленно фыркнула Ника, с трудом выдавив более-менее вежливое:

— Я никогда об этом не забывала, госпожа Септиса.

Видимо, почувствовав в её словах раздражение, тётушка снисходительно заметила:

— Ваша рабыня просто не знает, какие причёски теперь делают в Радле.

— Госпожа Септиса! — взмолилась племянница. — Уже поздно, скоро спать… Я очень устала. Давайте хотя бы сегодня обойдёмся чем-нибудь попроще!

Сжав губы в тонкую нить, супруга регистора Трениума окинула её презрительным взглядом, и нехотя кивнув, развернулась, собираясь уйти.

Но собеседница попыталась остановить её новым вопросом:

— А кто такой Постум Аварий Денсим?

— Главный смотритель имперских дорог, — не задерживаясь, бросила через плечо Пласда.

Войдя в комнату, Ника опустилась на табурет и грустно посмотрела в стоявшее на столике тусклое серебряное зеркало.

— Что с причёской делать, госпожа? — робко поинтересовалась Риата, беря в руки изогнутый костяной гребень.

— Косы заплети и всё, — равнодушно отозвалась погружённая в свои мысли хозяйка.

Судя по всему, её будущий жених тётке явно не нравится. Это можно легко понять по тому, как она о нём говорит. А вот бабуля, кажется, наоборот, в восторге от Постума Авария. Если жена регистора Трениума приняла Нику с подчёркнутой холодностью, то его мать, напротив, всячески демонстрирует свои родственные чувства. Отсюда напрашивается вывод, что потенциальный кандидат в мужья не так уж плох. Вот только попаданка категорически не хотела связывать себя узами брака с тем, кого в глаза не видела.

До её слуха донёсся какой-то шум.

— Быстрее! — резко приказала она рабыне. — Кажется, Итур Септис пришёл, а я ещё не готова!

— Сейчас, добрая госпожа! — взмолилась Риата, торопливо заправляя непослушную прядь. — Если только вот так.

Её хозяйка еда успела накинуть на плечи покрывало, когда в дверь громко постучали, и послышался незнакомый голос:

— Госпожа Ника!

Кивнув невольнице, девушка встала, чувствуя, как начинают мелко дрожать колени. Только сейчас она со всей отчётливостью поняла, что странствие окончилось, и начинается новый, возможно, гораздо более трудный этап её жизни.

В гостеприимно распахнутую дверь вошёл мужчина среднего роста, среднего телосложения с круглым, абсолютно не запоминающимся лицом, в белом плаще поверх такой же белой туники с рукавами и украшенной вышивкой воротом. На правой руке тускло поблёскивал украшенный красными камнями золотой браслет, толщиной раза в два больше, чем у сотника Тарквица.