Королева Теней. Пенталогия (СИ) - Арнаутова Дана "Твиллайт" - Страница 361

‑ Леди? ‑ беспомощно переспросил пожилой маг. ‑ В одну палату с юношами? Дункан, мальчик мой, вам не кажется, что это уже… слишком?

‑ Они путешествовали втроем несколько недель, – напомнил грандсиньор Дункан. ‑ Еще несколько дней ничего не изменят в сложившемся положении. Во имя Странника, магистр Бреннан, я тоже не в восторге, но сейчас мы должны позаботиться о здоровье всех троих. Заверяю вас как разумник, если подобное будет повторяться каждую ночь, выздоровление лорда Аластора затянется на неопределенный срок.

‑ Милосердная Сестра… – вздохнул Бреннан и сочувственно поглядел на Айлин. ‑ Вы слышали, дитя мое? В этом случае даже я не имею права приказывать вам. Ваши заслуги столь велики, что никто не может потребовать от вас…

‑ Окончательно уничтожить мою репутацию? ‑ подсказала Айлин удивительно спокойным голосом. ‑ Магистр Бреннан, вы полагаете, от нее еще что‑то осталось?

Она бросила в сторону разумника быстрый взгляд, и Лучано прикусил язык, сообразив, что не все здесь, возможно, знают о том, что связывает этих двоих. Айлин же продолжала:

‑ Согласитесь, магистр, очень глупо было бы рисковать здоровьем Аластора, то есть лорда Вальдерона, ради условностей этикета. Если кто‑то не поймет, почему я на это согласилась…

‑ То я сам с радостью это объясню любому! ‑ воинственно закончил целитель, и разумник молча кивнул.

‑ Тогда я пойду и соберу свои вещи, – с удивительным достоинством и простотой сказала Айлин. ‑ Вы ведь попросите кого‑нибудь перенести сюда еще одну кровать? Незачем ждать до утра, вдруг это… повторится? Аластору нужно выспаться, чтобы восстановить силы.

‑ Благослови вас Милосердная Сестра! ‑ от души пожелал Бреннан. ‑ Кровать сейчас будет! И ширма! Конечно, мы поставим ширму, чтобы… Идите, дитя мое!

Айлин подхватила покрывало, в которое куталась, чтобы оно не мешало ей идти, и на миг Лучано показалось, что на девичьих плечах не тонкая шерсть больничного одеяла, а королевская мантия. Так не двигаются те, кто боится чужого осуждения и смешков ‑ неважно, за спиной или в лицо. Юная магесса вышла из палаты, безупречно спокойная, почти величественная, и все трое мужчин, включая Лучано, посмотрели ей вслед очень долгим взглядом.

‑ Пойду распоряжусь! ‑ спохватился целитель, когда шаги Айлин затихли в коридоре. ‑ Ну и ночь… Дункан, мальчик мой, простите ради Сестры! Вы не побудете здесь еще несколько минут? А я пришлю дежурного…

‑ Разумеется, магистр, – отозвался разумник. ‑ Я подожду, сколько понадобится.

Он дождался, когда пожилой маг выкатится в коридор с удивительным для его возраста и сложения проворством, а потом внимательно посмотрел в глаза Лучано, присевшему на край постели Аластора и уронил:

‑ Благодарю за помощь, сударь…

‑ Фарелли! ‑ торопливо отозвался Лучано, с ужасом понимая, что сердце куда‑то ухнуло при одном звуке этого голоса, обращенного на этот раз именно к нему. ‑ Лучано Фортунато Фарелли, к вашим услугам.

‑ Итлиец… – задумчиво сказал грандсиньор, и Лучано молча склонил голову, а потом зачем‑то подтвердил:

‑ Из Вероккьи. И… позвольте выразить вам свою вечную и неизменную благодарность, грандсиньор Дункан.

‑ Роверстан, – с легкой улыбкой, едва мелькнувшей в уголках губ, поправил его разумник. ‑ Магистр Роверстан, тоже к вашим услугам. Дунканом меня называют только очень старые друзья.

‑ Мои извинения, синьор, – поклонился Лучано. ‑ Не хотел показаться неучтивым!

«Дункан Роверстан? ‑ изумился он про себя. ‑ Дорвенантец? С таким лицом? И с привычкой ругаться по‑арлезийски? Да у него южная кровь бросается в глаза сильнее, чем у меня! Скорее я сойду за дорвенантского дворянина, чем этот синьор! Впрочем… полукровка, может? Или приемный?»

Разумник между тем благодушно махнул рукой, показывая, что принял извинения и вовсе не в обиде. Он внимательно поглядел на Аластора, который уже безмятежно и ровно дышал, и очень любезно осведомился у Лучано:

‑ Полагаю, мы еще услышим, какие обстоятельства привели вас в отряд… лорда Аластора? И на тот холм…

‑ О, ничего особенного, грандсиньор! ‑ отозвался Лучано, лихорадочно соображая.

Снова назваться просто наемником? Глупо! Дело вышло такое громкое, что все его участники поневоле прославятся и окажутся под прицелом сотен внимательных взглядов… Маску скромного приказчика уже не сохранить, но… можно попробовать утаить работу на гильдию. Даже нужно, учитывая, кто его нанял! С другой стороны, а что ему скрывать? Второе задание ‑ да, но первым можно только гордиться! И если его правильно подать, никто не станет копать глубже. А ее величество… Что ж, она ему не приказывала хранить тайну ценой собственной жизни.

‑ Понимаете… – осторожно начал он, испытывая очень неприятное ощущение, что собеседник видит его насквозь. ‑ Есть одна особа, очень заинтересованная в благополучии синьора Вальдерона…

‑ Синьора? ‑ переспросил разумник. ‑ Именно его? Не синьорины?

‑ Боюсь, что благополучие синьорины ее совершенно не беспокоит, – извиняющимся тоном подтвердил Лучано. ‑ Но она пожелала, чтобы юный благородный синьор вернулся в Дорвенант живым и как можно более невредимым. А для этого наняла меня и велела присоединиться к их отряду.

‑ То есть у вас был приказ от этой особы охранять лорда Вальдерона? ‑ уточнил магистр Роверстан.

‑ Охранять и всемерно способствовать, – склонил голову Лучано не столько в знак согласия, сколько желая избежать пронзительного взгляда черных непроницаемых глаз.

Чутье кричало, что сейчас он ходит по канату, натянутому над пропастью. Если великолепный и восхитительный грандсиньор узнает, что Лучано должен был убить его невесту, то… Убьет. Ни тени сомнения!

‑ Должно быть, вы очень хорошо выполняли свой долг, – задумчиво сказал магистр. ‑ Если согласились на неизвестный вам магический ритуал, чтобы спасти юного лорда.

‑ Ритуал? Ах да…

Лучано о нем помнил, разумеется. Синьорина что‑то такое говорила. Что‑то важное. Очень важное, кажется.

‑ Вы не помните? ‑ сочувственно спросил магистр, и его глаза странно блеснули. ‑ В таком состоянии, как тогда, это неудивительно. Тогда позвольте вам сказать, что вы согласились соединить себя магическими узами с лордом Вальдероном и леди Ревенгар.

«Только если получится, мы оба будем связаны с Алом. Я не знаю точно ‑ как! Это потом снимут… Наверное… – всплыл в памяти горячечный шепот Айлин. ‑ Там ключ на добровольности. Мне нужно… твое имя».

Что же он ей ответил?!

‑ Клянусь Претемнейшей, – повторил Лучано вслух то, что подсказала цепкая память Шипа, даже в том помрачении запечатлевшая каждое слово. ‑ Позволяю синьорине Айлин все, что ей угодно…

‑ Именно так, – кивнул Роверстан. ‑ Это было очень великодушно с вашей стороны. И весьма неосторожно.

Лучано посмотрел на него, впервые медленно осознавая, что сделал. Айлин каким‑то образом их связала?! Всех троих? Тогда это помогло Альсу выжить, а сегодня… Альс, умирая от страха в кошмаре, позвал их обоих?! И Лучано, и Айлин кинулись к нему, словно их дернули за невидимый поводок!

‑ Но как же это… – с трудом шевельнул он губами. ‑Да, я согласился, но… Это снимается?!

Роверстан пожал плечами. А потом посмотрел на Лучано и с явным сочувствием добавил:

‑ Орден сделает все возможное.

«А иначе ваш будущий король будет связан с каким‑то подозрительным итлийцем‑простолюдином, – хотел съязвить Лучано, однако язык не повернулся. ‑ При этом Шипом, проклятым на смерть. И еще неизвестно, как это отразится на Аласторе в случае чего! Ее величество будет в бешенстве. Гильдия будет в бешенстве, когда все узнает. Мастер Ларци… ох, что он со мной сделает! Отказаться от предложения аккару, чтобы дать клятву девчонке‑магессе и принцу‑бастардо?! Еще и непонятно к чему обязывающую клятву!»

‑ Посмотрите на свою левую руку, – мягко сказал разумник, молча наблюдавший за ним. ‑ Выше локтя.

Лучано закатал просторный рукав рубашки, в которую его переодели, и… замер.