Королева Теней. Пенталогия (СИ) - Арнаутова Дана "Твиллайт" - Страница 464

‑ Ничего, милорд, – бесстрастно согласился Райнгартен, не поднимая взгляда от бумаг. ‑ Допустим, дело действительно в этом. Айлин Ревенгар ‑ сильный талантливый маг, обученный лично вами. Это многое объясняет. Не просветите ли вы нас тогда, как ей удалось покинуть Академию? Сущая мелочь, разумеется, о которой все забыли, но через ворота Ревенгар не проходила. Порталом воспользоваться не могла, сами понимаете, крыльев не имеет. А между тем, в городском особняке Вальдеронов она появилась весьма эффектно, вывалившись из зеркала во время семейного ужина!

«Его жена, – понял Грегор. ‑ Одна из урожденных девиц Вальдерон, которая наверняка была на том самом ужине, иначе откуда подробности? Зеркало?! Так ей… все‑таки удалось?! Но как?!»

Он вспомнил искореженное потемневшее зеркало у себя в кабинете. Оно не разбилось при ритуале, но рассыпалось позже, когда Грегор стоял перед ним и в негодовании вспоминал Айлин не слишком… приличными словами. А она, получается, все‑таки ушла Темными дорогами?! Безумная девчонка!

У него перехватило дыхание от запоздалого ужаса и восхищения. Какая сила воли и целеустремленность! А может быть, Претемнейшая просто пожалела юную талантливую магессу? В любом случае, это… невероятно! И опять же, куда клонит Этьен?!

‑ Зазеркалье принадлежит Претемнейшей Госпоже, –сказал он, думая, что стоит, пожалуй, тщательно следить за словами. ‑ Ничего удивительного, что она решила оказать милость той, кого наделила даром. Этьен, вы же не будете спорить, что боги иногда отвечают на молитвы. Особенно в таком важном деле, как спасение Дорвенанта!

‑ Спорить с Избранным? ‑ одними губами улыбнулся Райнгартен, упорно не встречаясь с ним взглядом. ‑ Нет, конечно. Но позвольте напомнить, дорогой Грегор, что зеркальная магия принадлежит не одной только Госпоже. Вы как некромант несколько… упускаете из виду, что с древнейших времен зеркала повиновались также Великому Безликому и Барготу…

‑ К чему это уточнение? ‑ спросил Грегор. ‑ Желтой искры у Ревенгар точно нет, какой она еще могла воспользоваться магией, кроме как фиолетовой?

Он вдруг увидел, что лица остальных магистров неуловимо помрачнели. Только Волански с прежним равнодушием катал свои бусины, и этот звук начал изрядно Грегора раздражать.

‑ Действительно, трудно заподозрить эту юную леди во владении магией Безликого, – с непроницаемым выражением лица согласился Райнгартен. ‑ А вот остальные признаки весьма настораживают. Все они по отдельности наверняка могут быть объяснены, но вместе… Еще немного, милорд Архимаг! ‑ предупреждающе поднял он руку. ‑ Беспримерное искусство владения магией зеркал ‑ это раз. Выдающееся мастерство применения аркана ключа ‑ это два. Напомню, аркана, измененного самим лордом Бастельеро! Под собственную силу и параметры, но уж никак под адептку половинного срока обучения, девицу восемнадцати лет! Но она даже не задумалась, сможет ли применить этот аркан, когда предлагала принцу свои услуги. Весьма… странная уверенность!

‑ На что вы намекаете, Этьен?! ‑ не выдержал Грегор. ‑ Говорите уж прямо!

‑ Я? Намекаю? ‑ Стихийник приподнял рыжеватые брови, и его тонкое высокомерное лицо вдруг показалось Грегору откровенно уродливым. ‑ Помилуйте, милорд, я лишь предоставляю вам материал для выводов. Вот здесь, – хлопнул он ладонью по стопке бумаг с гербовым орлом, – отчет службы безопасности, из которого следует, что юная леди не раз отличилась по пути. Она практически в одиночку упокоила кадавра. Милорд Бастельеро, кому из адептов вашего факультета это по плечу?

‑ Аранвену, я полагаю, – нехотя признал Грегор. ‑ И, возможно…

Он покосился на Эддерли‑старшего, но тот покачал головой и сам, предупреждая слова Грегора, пробормотал:

‑ Ну уж не Саймону, это точно. Хотя Дарра… пожалуй, да.

‑ Аранвену! ‑ подхватил Райнгартен. ‑ Сильнейшему выпускнику полного курса, бесспорному предводителю ваших, милорд, личных учеников. Заметим, даже собственному сыну, который отстает от юного Дарры совсем чуть‑чуть, милорд Эддерли отказывает в такой возможности. А вот наша резвая девица ‑ она справилась! Милорд Бастельеро, мое восхищение, вы воспитываете поистине уникальных адептов!

‑ Этьен! ‑ резко прервал его Грегор, и Райнгартен поморщился, потирая виски.

‑ Прошу прощения, – извинился он с застывшей полуулыбкой. ‑ Но когда вы в полной мере меня поймете… Итак, добавим кадавра к тому, с чем пришлось столкнуться адептке Ревенгар. Сущий пустяк, верно? Это их даже не замедлило. Уничтожили, сожгли тело и двинулись дальше. Кстати, днем ранее юная леди упокоила деревню, начисто вырезанную демонами. По прикидкам службы безопасности, нашедшей останки в одном из домов, там было семь‑восемь десятков тел. Я не специалист, но, может быть, милорды Эддерли и Бастельеро скажут, могла ли восемнадцатилетняя девица отпустить разом почти сотню неприкаянных душ?

‑ Бред! ‑ бросил Грегор, у которого наконец начала складываться картина, которую упорно рисовал Райнгартен, и эта картина ему крайне не понравилась. ‑ С чего вы взяли, что они все были неприкаянными? Семьдесят‑восемьдесят?!

‑ Не считая малолетних детей, – подтвердил Райнгартен. ‑ Их тела огонь уничтожил так, что сами понимаете… Не посчитать. Но это же крестьяне, у них по многу отпрысков, так что не меньше сотни.

‑ Бред, – повторил Грегор. ‑ Конечно, она не могла. Значит, там было не так уж много неупокоенных душ.

‑ А вот некроманты из службы безопасности с вами не согласны, милорд, – бесстрастно отозвался стихийник. ‑ Они прочитали остаточные эманации и ручаются, что если бы не леди Ревенгар, мы сейчас разбирались бы с целой деревней умертвий. Они, знаете ли, восхищены ее потенциалом так, что… изрядно перепуганы.

‑ Службе безопасности следует попить успокоительного, – тихо и очень напряженно сказал Эддерли, до этого момента молчавший, если не считать краткую фразу о Саймоне. ‑ С каких пор умелое и добросовестное исполнение святых обязанностей некроманта стало проступком, требующим внимания наших «орлов»? А уж после того как мы все, милорды, пропустили у себя под носом заговор Денвера и Морхальта, не нам кивать на адептов. Да, Ревенгар проявила выдающийся талант и силу. Что в этом удивительного? Она золотой крови, в конце концов. И я рад, что в моей гильдии подрастает столь достойная смена. Вы полагаете иначе?

‑ Я полагаю, что Айлин Ревенгар не та, за кого себя выдает, – отчеканил Райнгартен, и Грегор ясно увидел, как на висках стихийника заблестели капли пота. ‑ Я полагаю, милорды, что все эти странности могут быть объяснены лишь одним. Заговор имел куда более глубокие корни, чем нам представляется. Неужели вы думаете, что Господин лжи и коварства мог иметь всего лишь один план, да еще такой примитивный. Милорды! ‑ возвысил он голос, в котором прозвучала отчетливая нотка страха. ‑ Уверены ли вы, что с Барготова Холма к нам вернулась Айлин Ревенгар, а не тот, кто был… по другую сторону Разлома?

Краем сознания Грегор отметил, что Райнгартен опасается назвать Баргота по имени и даже по одному из титулов, словно… всерьез боится привлечь внимание Падшего. И это больше всех остальных слов показало, насколько стихийник серьезен. Но он с ума сошел! Айлин ‑ воплощение Баргота? Этого просто не может быть, потому что… не может! Этьен решительно обезумел, если выдвигает настолько нелепые обвинения! Это всем должно быть очевидно!

Грегор обвел взглядом магистров, ища подтверждения своим мыслям. Бреннан и Ладецки выглядели потрясенными. Девериан сидел с непроницаемым лицом, алхимик Валлендорф заметно побледнел… Роверстан в упор глядел на Райнгартена, словно закаменев, и только Волански безмятежно продолжал передвигать бусины.

‑ Это серьезные обвинения, милорд Райнгартен, – тяжело и медленно проговорил Эддерли. ‑ Вы имеете в виду, что под личиной адептки Ревенгар в мир пришел… пришел…

И замолчал, тоже не произнося его имя, хотя только сегодня утром ‑ Грегор сам слышал! ‑ изощренно поминал Баргота, ругая десятикурсников, упустивших лабораторное умертвие.