Королева Теней. Пенталогия (СИ) - Арнаутова Дана "Твиллайт" - Страница 478

Взгляд Айлин метнулся к тетке, и госпожа Арментрот не обманула ожиданий Грегора, сдержанно отозвавшись:

‑ Я не обижусь, милая. И лорд Бастельеро совершенно прав. Те украшения потеряются со свадебным платьем.

‑ Но…

Айлин закусила губу и опустила взгляд, а потом тяжело вздохнула и тихо сказала:

‑ Хорошо…

‑ Я уверен, они пойдут к вашим дивным глазам, – негромко сказал Грегор и выругал себя болваном за то, что приехал без букета.

Драгоценности ‑ это прекрасно, но его невеста так нежна и чувствительна… Еще один знак внимания был бы кстати! Что ж, он исправится…

Откинув крышку шкатулки, он подвинул ее к Айлин, жадно следя за выражением лица девушки. Вот она посмотрела внутрь, туда, где изумрудно‑золотые сполохи играли на черном бархате… и…

‑ Они прекрасны, милорд, – сказала Айлин и подняла на Грегора взгляд, в котором он не увидел восторга, только вежливую благодарность. Словно почувствовав его разочарование, снова посмотрела на украшения и осторожно потрогала их пальцем, добавив совсем по‑детски: – Такие красивые!

‑ Примерьте их, дорогая! ‑ попросил Грегор. ‑ А лучше, позвольте мне! Уверен, ваша почтенная тетушка не осудит эту маленькую вольность…

Госпожа Арментрот едва заметно поджала губы, но промолчала, и Грегор встал, подошел к Айлин и немного склонился над ней, едва дыша от сладкой нежности и благоговения, уже потянулся к шкатулке, но Айлин вздрогнула и умоляюще попросила:

‑ Нет, милорд, не надо! Я… хочу, чтобы вы увидели их потом! Сразу с платьем!

В ее голосе слышалось волнение, которое сразу успокоило Грегора. Ну конечно, она рада! Просто стыдится его прикосновений, да и со свадебным платьем этот гарнитур будет смотреться совсем иначе, Айлин совершенно права. А какой девушке не хочется поразить жениха в самое сердце своей красотой? Конечно же, она примерит его потом, когда он уедет… Просто не сможет удержаться! И получит еще одно доказательство его любви, когда увидит на себе эту прелесть… А пока можно и даже нужно уважать ее стыдливость, чтобы… чтобы загладить прошлую вину, все верно!

‑ Как скажете, любовь моя, ‑ тихо сказал Грегор, убирая руки. ‑ Ваши желания для меня закон.

Под бдительным взором госпожи Арментрот он легонько накрыл руку Айлин своей ладонью, пользуясь правами жениха, и снова поднес ее к губам. Пальцы девушки показались ему слишком холодными. Как же она волнуется!

Замерев, Айлин позволила ему поцеловать ее руку, и Грегор, чтобы не смущать невесту еще больше, почтительно отступил, но возвращаться на свое место не стал.

‑ Я пришлю к вам моего дворецкого сегодня же, – сказал он госпоже Арментрот. ‑ Обсудите с ним подготовку свадьбы. Полагаю, недели достаточно?

‑ Учитывая обстоятельства, вполне, – уронила та, и Грегор прикусил изнутри губу, со стыдом признав, что у холодной сдержанности этой дамы определенно есть причины.

Если она знает о положении Айлин… Тогда это более чем понятно.

‑ Я буду счастлив стать мужем вашей племянницы, – сказал он, не зная, как можно извиниться за то, что сделал. ‑ И посвящу свою жизнь ее счастью и благополучию.

‑ Очень на это надеюсь, милорд, – бесстрастно отозвалась госпожа Арментрот.

Отвечая на прощальный поклон Грегора, Айлин и ее тетка встали и сделали реверанс. Лиловое и голубое платья зашуршали, стелясь по навощенному паркету, светлые и рыжие косы разом качнулись…

‑ До встречи, миледи, – выдохнул Грегор, глядя на невесту так жадно, словно видел ее в первый раз и любуясь каждой черточкой лица и фигуры. ‑ Я буду ждать ее, как лучшего дня в своей жизни.

‑ До встречи, милорд, – ответила Айлин, не поднимая взгляда. ‑ Благодарю за подарок и визит…

«Она меня любит! ‑ повторял себе самому Грегор, покидая особняк. ‑ И она чудо скромности, благонравия и нежности! Все остальное лишь юная игривость, искренние порывы души… Как она смотрела на эти драгоценности, которые обрадовали бы королеву! Так, словно это простые стекляшки, которые ничего не стоят! Ей был приятен подарок, но не его стоимость! Разве это не изумительно?! Истинная леди, чистая в каждом слове и поступке, каждом порыве души… Всеблагая Мать, как же мне повезло! Как немыслимо и невозможно мне повезло найти женщину, которую можно не просто любить, но и восхищаться ею по достоинству, без малейших сомнений доверять ей свою честь и в ответ хранить ее любовь и доверие. О, Айлин, как мы будем счастливы теперь, когда больше ничто не стоит между нами!»

Возвращаясь домой, в особняк Бастельеро, Грегор предвкушал, как объявит слугам, что у них вскоре появится хозяйка, и велит немедленно начать приготовления.

Айлин заслужила достойную свадьбу, несмотря на траур в Дорвенне. Конечно, при дворе это могут не одобрить, в период глубокого траура по королевской семье никакие праздники проводить нельзя, но король сам только что женился по крайней необходимости и должен понять, что свадьба защитит репутацию Айлин от слухов.

Неделя! Всего неделя ‑ и Грегор станет счастливейшим человеком на свете. Глядя в окно кареты на улицы Дорвенны, умытые недавним дождем и словно повеселевшие, он вспомнил тот самый разговор, когда король уговаривал его жениться, а Грегор обещал сделать это, как только найдет достойную леди.

«Видишь, Кольм, – виновато вздохнул про себя Грегор. ‑ Я все‑таки нашел ее и дождался своего счастья. Прости, что не понял тебя тогда… Ты выполнил свой долг перед страной, хоть это и разбило тебе сердце. Я же могу оправдаться только тем, что никогда не предавал нашу дружбу, хоть и любил твою жену. Как оказалось, исполненного долга слишком мало для счастья. Прости и покойся в мире, а я постараюсь быть счастлив за нас обоих. Если бы ты видел ее и знал, ты бы меня понял… Во всяком случае, тот твой приказ о женитьбе я теперь исполню с радостью!»

Он напомнил себе, что следует известить Аранвена о проклятии, лежащем на Фарелле, этого требует долг подданного. Кстати, любопытно, кто теперь станет королевским некромантом? Согласно традиции и здравому смыслу это должен быть умелый мастер проклятий, потому что главная задача королевского некроманта ‑ защищать от них королевскую семью и прочий двор по возможности. Мэтр Истерлинг был сверстником еще дедушки Стефана, неудивительно, что при известии о смерти короля и принцев у старика не выдержало сердце. Никто не обвинил бы его в плохом исполнении своих обязанностей, но такое пятно на профессиональной чести…

А теперь место королевского защитника вакантно. Был бы Саймон старше и серьезнее! Дарра прекрасно подошел бы, но он собирается преподавать и помогать Ангусу на службе, совместить целых три важнейших дела не получится даже у него.

Грегор перебрал в уме остальных Воронов. Гринхилл безумно увлечен исследованиями нечисти, из него вырастет прекрасный кладбищенский мастер. Возможно, он со временем заменит погибшего Ирвинга в Академии. Галлахер и Кэдоган, которых прозвали «два Оуэна», вообще не собираются идти на службу или заниматься частной практикой. Аранвен как‑то обронил, что эти двое после окончания учебы решили отправиться во Фрагану изучать живопись. Некроманты ‑ живопись!

Он с привычной усталой неприязнью вспомнил собственного отца, который заперся в самом большом и благоустроенном поместье Бастельеро и тоже что‑то рисует. Правда, еще делами поместья занимается, хоть какое‑то достойное занятие. И, к счастью, никогда не лезет в дела Грегора, как должное приняв решение деда, что назначил наследника в обход единственного сына.

Думать об отце было неприятно, и Грегор вернулся к остальным Воронам, быстро перебрав их в памяти. Драммонд ‑ отличный проклятийник с великолепным потенциалом. Со временем перерастет покойного Денвера. Но вот его Грегор не порекомендовал бы ни в преподаватели, ни, тем более, в придворные некроманты. Что‑то удивительно неприятное порой проглядывало в этом тихом юнце, верным пажом таскавшемся за Даррой. Кажется, молодой Аранвен оказывал ему покровительство, но близко не подпускал, снисходительно принимая преклонение мальчишки.