Сова - Аркади Алина - Страница 5

– Смело, – и, как правило, наши клиенты основные данные скрывают, либо заменяют иными, и в случае слива, отыскать можно с трудом. – И сразу второй вопрос: не от случайного же прохожего она узнала об Организации? Нас не найдёшь в поисковике или рекламных буклетах. Её должны были направить, а лучше замолвить словечко.

– И замолвили. – Оскал Фелера не сулит ничего хорошего.

– Кто?

– Не поверишь – менты.

Возвращаюсь к фото однофамилицы, внимательно осматривая, а затем детально изучаю данные, не находя тёмных пятен и несостыковок. И вопрос главы мне ясен, как и непонимание обращения к нам.

– Кто-то ответил на заявку?

– Нет, конечно, – фыркнув, поднимается, прохаживаясь вдоль бесконечного стола. – Недавние события ещё не забылись. – И сейчас он говорит об устранённом Перевозчике, но зная Фелера, смотрит далеко вперёд. – Не прошло и месяца, как на твоём месте сидел Амат, а напротив Меркулов. И участь последнего нам известна, а также тех, кто использовал Организацию для ведения собственного «бизнеса». Я заинтересован в том, чтобы работать спокойно, и кандидатура Вертилова, вылезшего непонятно откуда, меня не радовала. Но Амат решил все вопросы, автоматически сделав хозяином земли Кротова. Меня он устраивает: адекватный, основательный, считающийся с правилами и чётко соблюдающий договорённости. Да, теперь Кротов обязан часть отдавать Парето, но требование обосновано, потому как именно его люди сделали всю грязную работу, позволив стать хозяином.

– Какое отношение к этому имеет Сычёва?

– Как думаешь, может она быть подсадной уткой?

– Если только слишком откровенной. – Фелер смотрит вопросительно. – Если кто-то стремится «рассмотреть» Организацию изнутри, то хорошая девочка Юля без тёмных пятен и сложностей с законом вызывает очень много вопросов. Добавить сюда навязчивые запросы и получается автоматический отказ.

– А если так задумано? – Возвращается в кресло, и я отмечаю, что градус напряжения снижается. – Не подумать на того, на кого невозможно не подумать.

– К чему вы ведёте? – И я ведь понимаю, что данный разговор ведёт к уже сделанным выводам.

– Я хочу, чтобы ты её проверил. Лично. Как живёт, чем дышит и с какой целью стремится в Чехию.

– И как вы предлагаете мне это узнать? Спросить?

– А почему нет? Возможно, подобного она ожидает меньше всего. Вопрос – ответ. Посмотришь на живую реакцию, на основании чего сделаешь выводы.

И Фелер знает, что подобный момент самый эффективный, особенно в отношении женщин.

– Не проще просто отправить в чёрный список? – И я не горю желанием выяснять подробности жизни какой-то женщины, показавшейся Фелеру подозрительной.

– Проще, но я не хочу жить с мыслью, что под меня копают. Что-то назревает, – постукивает пальцами по столу, уставившись в несуществующую точку. – Кожей чувствую.

Интуиция главу не подводит, а после инцидентов с дочерьми, он стал прощупывать окружение более основательно, улавливая изменения и предугадывая реакции.

– Понял.

Споры бессмысленны, если глава определил порядок действий. Поэтому забираю планшет и, отправившись в кабинет, просматриваю повторно фото и данные. Нахожу профиль в социальной сети, отметив, что на всех публикациях Юлия одна или с дочкой. Девочка похожа на неё: овальное лицо, выразительный взгляд, тёмные, вьющиеся волосы. И ничего – ни старших родственников, ни мужа, пусть и бывшего. Редкие фото ресторана с названием «Антик», который является местом её работы.

Взглянув на часы, отмечаю, что пропустил ужин, поэтому решаю отправиться в заведение, где трудится Юлия. Не знаю, работает ли она сегодня, но осмотреть место стоит. И уже через двадцать минут останавливаюсь на парковке, отметив, что заведение вполне приличное, судя по припаркованным автомобилям.

Занимаю стол у окна, выбрав два блюда и кофе. И пока жду заказ, осматриваюсь, наблюдая за посетителями. Почти все столы заняты, что свидетельствует о хорошей наполняемости, но затем вспоминаю, что сегодня пятница и становится понятным засилье парочек. Неспешно поглощаю еду, отмечая, что готовят здесь довольно вкусно, и если это работа Юлии, она заслужила похвалу. А затем реагирую на движение и вижу её, направляющуюся к соседнему от меня столу. Пара благодарит повара за прекрасный ужин, в ответ получая скромное «спасибо» и милую улыбку. Юлия приветлива, жесты плавные, язык тела говорит о спокойствии, беседует с гостями, рассказывая о блюдах. Довольна привлекательна при детальной оценке: тонкая, но не лишённая форм, фигура, стройные ноги, завораживающая грациозность в движениях.

Вероятно, слишком откровенно её изучаю, потому как она озирается в попытке найти того, кто ею заинтересовался. Перемещаю внимание на бармена, довольно эмоционально беседующего с гостем, а затем провожаю взглядом Юлию, когда она покидает зал.

На первый взгляд обычная женщина, а на второй… Фелер прав: стоит узнать, по какой причине она решила обратиться в Организацию. Ресторан работает до десяти, но сидеть за столиком ещё два часа, значит, привлечь ненужное внимание, поэтому, расплатившись, направляюсь в машину и решаю «проводить» Юлию домой.

Совершаю несколько звонков и обсуждаю насущные моменты, когда из дверей выходит Сычёва и направляется к моей машине. Останавливается рядом, что-то долго ищет в сумке, а затем всплёскивает руками и набирает чей-то номер. И я понимаю, куда она звонила, когда перед ней останавливается такси. Следую за машиной, понимая, что направляется женщина домой. Значит, указанный адрес верен.

Машина паркуется, и через минуту из неё выходит Юлия, направляясь к арке. И у меня есть пару секунд на размышления: понаблюдать ещё, или же прямо сейчас выяснить мотивы, заставившие её обратиться в Организацию.

– Юлия, добрый вечер. – Поравнявшись с девушкой и опустив стекло, обращаю на себя внимание. – Вы можете мне уделить немного времени? – Застыла, не сводя с меня взгляда и не смея пошевелиться. Кажется, она даже не моргает, не понимая, как реагировать, поэтому решаю пояснить: – Вы оставили заявку в системе Перевозчиков.

И как только слышит последнее слово, отмирает и, не раздумывая, оказывается на переднем сиденье.

– Вы возьмёте мой заказ, да? – Часто дышит, сминая ручки сумки. – Я две недели ждала. Я только… – смотрит на свои руки. – У меня вещи собраны. Я готова. Прямо сейчас поедем? Только предупрежу директора ресторана, что завтра не выйду на смену. Просто думала, что вы позвоните, чтобы оговорить дату и время, а вы сразу приехали. А я не ожидала. Или так положено? Подождёте пять минут? Я только вещи возьму.

Собирается покинуть машину, открыв дверь, а я едва успеваю среагировать, чтобы задержать её. Дезориентирован эмоциональной реакцией на моё появление и её стремлением отправиться в путь уже сегодня.

– Стоп, Юлия. – Перегибаюсь через неё, закрыв дверь. – Я хочу уточнить некоторые моменты. Ваш запрос вызвал ряд вопросов. Вы готовы ответить и прояснить несколько нюансов?

– Да, – повернувшись ко мне, смотрит прямо, не отводя взгляда. – Спрашивайте.

– Цель поездки в Чехию?

– Забрать дочь.

– Она у родственников, друзей, родителей?

– Нет, – мнётся, – моего ребёнка похитили три с половиной месяца назад. Обращение в полицию, а также поиски частного детектива результатов не дали. Нас таких десять. Точнее, девять. Родителей, лишившихся детей. Две недели назад меня вызывали в полицию и показали это. – Достаёт из сумки сложенный лист, вручая мне и предлагая изучить. – Детей похищали с целью продажи богатым семейным парам, желающим обзавестись ребёнком без документальных сложностей. Организовала это группа людей. Сейчас… – несколько минут роется в сумке и вынимает небольшой блокнот, чтобы прочитать, – Меркулов, Вертилов и Бегемот.

Моё лицо вытягивается после упоминания знакомых фамилий. И если Меркулова убрали раньше всех, то Вертилов и Бегемот были в игре до конца. Моменты с похищением и продажей детей прояснил Амат, когда встречался с Фелером после определения «хозяина» земли, и случайно Юля об этом узнать не могла.