Бог войны (сборник) (СИ) - Вебер Дэвид Марк - Страница 171

– Никто и не спорит, – вмешался пожилой рыцарь. – Но вы же понимаете, как важно знать наверняка…

– Постой, Фестиан! – нетерпеливо перебил рыцаря Матиан, и тот сжал зубы. Сэр Фестиан Рэтсон командовал конной разведкой. Он был в два раза старше Матиана и повидал больше сражений, чем Матиан дал званых обедов. И, в отличие от не нюхавшего пороха юнца, который правил Гланхарроу, одной из провинций барона Теллиана, Фестиан знал, чем отличаются кланы градани. Он был абсолютно уверен, что сидящий перед ним градани не больше Конокрад, чем он сам, с каким бы акцентом он не выговаривал слова.

Матиан не отрывал от рыцаря взгляда, пока не удостоверился, что Фестиан больше не станет перебивать, а потом повернулся к градани:

– Так что ты говорил?

– Я говорил, что на этой неделе Бахнак пойдет на Чернажа, – ответил градани. – Он поведет туда все свое войско, потому что тот, кто выиграет эту войну, будет править объединенными кланами градани.

Сэра Фестиана тревожил странный блеск в глазах шпиона, но Матиан, кажется, не замечал его. Может быть, из-за огня, пылавшего в его собственных глазах.

– Полагаю, доказательств ты не принес? – Губернатор заставил себя задать этот вопрос. Градани разразился смехом:

– Ну конечно! Я всегда ношу с собой копии секретных документов Бахнака, чтобы было что дать почитать его стражникам, если меня схватят!

Щеки Матиана пошли красными пятнами, но он лишь кивнул. Он снова одарил градани долгим взглядом, потом махнул рукой, указывая на дверь.

– Мой управляющий заплатит тебе, – коротко произнес он и отвернулся к камину, где пылал огонь.

Градани насмешливо улыбнулся, отвесил издевательский поклон сэру Фестиану и ушел. В комнате повисла тишина. Матиан отошел от камина и взглянул на Халадана.

– Что ты думаешь по этому поводу? – спросил он.

– То же, что и ты, – отозвался Халадан. – Не исключено, что это наша последняя возможность.

Глубокий баритон Халадана звучал даже с еще большим пафосом, чем обычно, и Фестиан мысленно поморщился. Он не сомневался в ответе Халадана. Молодой рыцарь был двоюродным братом Матиана, но в кармане у него едва ли нашлась бы пара кормаков. Внешне он был привлекательнее своего богатого кузена и гораздо крепче сложен, но если бы Матиан объявил, что завтра солнце взойдет на западе, Халадан тот час начал бы кричать то же самое, только еще громче. Потому-то и трудно было найти для Гланхарроу менее подходящего маршала и старшего командующего – а именно на эти посты назначил Халадана Матиан.

– Ты прав. Прав… наверное, – пробормотал Матиан. Он поскреб правой рукой подбородок, и рубиновая печатка губернаторов Гланхарроу кроваво блеснула в свете свечей. – Но в таком случае необходимо действовать быстро, – продолжил он задумчиво.

– Милорд, – начал Фестиан, – прежде чем мы что-нибудь предпримем, было бы разумным…

– Я думаю, Фестиан! – оборвал его Матиан. Пожилой рыцарь снова сжал зубы, уже не в первый раз сожалея, что сэр Гардиан так глупо позволил убить себя. Никто не упрекнул бы Гардиана в излишней рассудительности, но он хотя бы прислушивался к советам, когда их высказывали достаточно громко!

– Сколько народу мы сможем собрать? – спросил Матиан спустя миг. Он снова обращался к Халадану.

– Точно не знаю, – ответил его кузен. Он почесал кончик носа. – Полагаю, это зависит от состояния дорог. Их так развезло, особенно, – он быстро взглянул на Матиана, – к северу от Гланхарроу.

– И то правда, – буркнул Матиан. – Нужно выяснить, к кому из вассалов мы сможем отправить гонцов.

– Думаю… – протянул Халадан, но Фестиан перебил его.

– Простите меня, милорд, – произнес он твердо, – но следует ли понимать, что вы собираетесь выступить против градани, основываясь только на сведениях шпиона?

– А почему бы и нет? – поинтересовался Матиан, поворачиваясь к рыцарю.

«Потому что мы живем в мире с ними вот уже пять лет, а ты собираешься все испортить, кретин! – подумал Фестиан. – Потому что, на твое счастье, ты никогда не участвовал в настоящей войне с градани, а те, кто участвовал, вовсе не жаждут повторения! » Но разумеется, он не сказал этого вслух.

– Милорд, вы губернатор Гланхарроу, – произнес он вместо этого, – и я служу вам, как служил вашему отцу. Но вы собираетесь совершить серьезный поступок. Вам следует посоветоваться хотя бы с сэром Келтисом. И сообщить барону Теллиану.

– Разумеется, я сообщу барону Теллиану! – резко ответил Матиан. – Но, как ты сам сказал, я губернатор Гланхарроу. Значит, у меня есть право в отсутствие прямых указаний барона Теллиана в особых случаях самому отдавать приказы, разве не так?

Он сверкнул на Фестиана глазами, ожидая ответа, и пожилой рыцарь вздохнул.

– Так, все так, милорд, – ответил он. «Только „особый случай“ означает, что кто-то напал на тебя без предупреждения, идиот. Но право ты, конечно, имеешь… и я вынужден повиноваться».

– Отлично! – фыркнул Матиан, потом продолжил уже мягче: – Но насчет сэра Келтиса ты прав. Пожалуйста, отправь к нему гонца с просьбой присоединиться к нам как можно скорее.

Он махнул рукой, и Фестиан поднялся, подавляя очередной приступ гнева. Он не в том звании, чтобы бегать по поручениям. Ясно, что губернатор просто хочет отослать его – чтобы он не смущал своим присутствием двух умников, Матиана с Халаданом. Но отказаться от поручения Фестиан не мог, поэтому он коротко поклонился и ушел.

Пока он спускался по лестнице, все, кто встречался ему на пути, поспешно отступали в сторону, бросив хотя бы один взгляд на его лицо. Но сейчас рыцарю было на это плевать – сейчас, когда два юных кретина готовы привести страну на край гибели. Матиан всю жизнь слишком сильно любил баллады и не занимался настоящей историей. Его голова была забита куртуазными дуэлями и прочей чепухой, но он умудрился забыть, что дед нынешнего князя Харграма со своими Конокрадами захватил замок Гланхарроу и сровнял его с землей. Хорошо, что Матиан хотя бы согласился сначала поговорить с Келтисом. Фестиан постарался сосредоточиться на этой мысли, потому что это был единственный положительный момент за весь вечер.

Сэр Келтис Копьеносец был троюродным братом барона Теллиана. Третий сын в семье, он не получил по наследству земель, но его великолепное владение оружием и навыки стратега принесли ему известность. Он пятнадцать лет командовал кавалерией Сотойи, входящей в состав Королевско-Имперской Армии, и вернулся домой богачом. Когда барон Теллиан «предложил» Матиану поставить Келтиса во главе земель Глубоководья, у губернатора не оказалось особого выбора. Надо сказать, что он сильно выиграл от этой сделки.

Глубоководье было не самой большой областью Гланхарроу, к тому же пришедшей в упадок при предыдущем управляющем. Однако, благодаря заботам сэра Келтиса, она снова стала преуспевающей и начала приносить доходы, набивавшие сундуки Матиана. Немногие правители вроде Матиана могли похвастаться такими мудрыми и талантливыми вассалами, как сэр Келтис. Фестиан даже подозревал, что Теллиан нарочно затеял это назначение, чтобы за Матианом кто-то приглядывал. И еще Фестиан был уверен, что за внешней любезностью обращения Матиана с Келтисом скрывается неприязнь. В общем, в этом не было ничего удивительного. Матиан, сравнительно юный и неискушенный в военных делах, должен был чувствовать себя неловко под взглядом подчиненного, который был испытанным ветераном. Но этим дело не исчерпывалось. Было кое-что поважнее, кое-что более значимое, чем даже родственные связи Келтиса с бароном Теллианом. Ведь Келтис был еще и всадником ветра… а Матиан им не был.

Фестиану было известно, как это терзает молодого человека. Боги ведают, он всегда мечтал стать всадником, но скакуны сами выбирали своих хозяев, и никакая сила в мире не могла заставить их принять всадника против воли. Матиан знал это не хуже других, но все равно завидовал вассалу за его счастливую судьбу.

По крайней мере, он согласился призвать Келтиса. Несмотря на свое предубеждение против Копьеносца, он понимал, как ценны мнения и советы Келтиса. Фестиан мысленно молился всем богам, которые могли его услышать, чтобы у Матиана достало ума выслушать Келтиса.