Бог войны (сборник) (СИ) - Вебер Дэвид Марк - Страница 637

Ничего.

Он взглянул вверх, осматривая навес из тонких ветвей над тропой, хотя ивы вряд ли представляли собой насест для нападающих сверху.

Ничего.

Он проехал сотню ярдов, наклоняясь, чтобы тщательно разглядеть тени. Все еще ничего! Воодушевленный тем, что выжил, он повернулся обратно к вершине утеса, чтобы доложить.

Роспер наблюдал, как его разведчик снова появился в заросшей ивами расщелине, размахивая руками, передавая сообщение, и приглушенно выругался. Его первое суждение было правильным; цели не планировали контратаковать, иначе они никогда бы не прошли мимо этого места. Теперь его чрезмерная осторожность стоила еще одного часа угасающего света без уважительной причины, и новое разочарование скрутило его желудок, как кислота. Он помахал ответным сообщением, затем жестом велел остальным садиться, кисло усмехнувшись их облегченным выражениям.

Лейрднос внимательно наблюдал за руками Роспера, читая приказ двигаться дальше еще на триста ярдов, чтобы быть вдвойне уверенным, и послушно развернул своего коня, довольный тем, что все еще дышит.

К несчастью для Лейрдноса, любой, кто мог спрятаться на Равнине Ветров, находил достаточно места для укрытия в лесу. Когда убийца проходил мимо сугроба зимних ивовых листьев, небрежно наваленных поверх убитой морозом ветки, сзади появилась длинная рука. Прежде чем он рухнул на землю, нож-крюк открыл второй рот поперек его горла.

Кенходэн выскользнул из очередных зарослей бесшумно, как кошка, и двинулся к краю утеса, стараясь спрятаться, когда натягивал лук. Он услышал шаркающий звук, когда Базел оттащил тело в сторону, а затем сталь прошептала, когда градани вытащил свой двуручный меч и тихо заговорил.

- Когда я возьму лидера - тогда начнешь с последнего.

Кенходэн кивнул и наложил стрелу на тетиву, наклонившись вперед, чтобы заглянуть сквозь завесу из ивовых ветвей.

Оставшиеся убийцы двинулись вверх по тропе, и он ясно слышал их голоса, тихие и далекие сквозь шелест ивы, когда они обсуждали трудности охоты. Он вдохнул влажный запах листьев, земли и свежего ветерка, благодарный за те перемены, которые произошли внутри него. Берсеркер в его душе был укрощен. Он был подобен мечу - заостренному, лишенному всего, кроме цели.

Копыта глухо стучали, пока убийцы неуклонно продвигались вверх, а Кенходэн изучал лидера. Губы мужчины были плотно сжаты, его раскрасневшееся лицо сердито. То, как он сжимал рукоять, свидетельствовало о его рвении, точно так же, как его поникшие люди и пошатывающиеся лошади показывали, как безжалостно он их гнал.

Кенходэн поднял свой лук. Он слышал ржание их лошадей, позвякивание уздечек, скрип сбруи. Он увидел пятна пота на их черной коже с прожилками соли и взглянул на Базела.

Лошадь Роспера перевалилась через край и остановилась.

Убийца нетерпеливо подгонял его, но конь колебался. Слишком поздно профессиональная настороженность взяла верх над гневом Роспера, и он вгляделся вперед, полуслепой, когда заходящее солнце резануло его по глазам. Там стояла другая лошадь, свесив голову, а рядом с ней что-то лежало.

Профессия Роспера научила его распознавать тело. Он начал выкрикивать предупреждение - и Базел вырисовался из тени, как образ смерти.

Свет пробивался сквозь ивы, отражаясь на огромном мече, который горел красным в лучах заката, сверкая на золотой вышивке зеленого сюртука. Уши градани встали на место, губы обнажили крепкие зубы, и ледяной ужас обжег позвоночник Роспера, даже когда его собственный меч вылетел из ножен.

- Приветствую тебя, брат-пес, - проскрежетал Базел. - Передай мои наилучшие пожелания Шарне!

Обычно у всадника есть преимущество перед пешим врагом. Он выше в воздухе, у него есть преимущества в рычагах давления и позиции. Он может использовать силу своей лошади против своего противника, пока тот осыпает его ударами.

Обычно.

Но теоретические преимущества Роспера были бессмысленны. Рост Базела сводил на нет большинство из них; его сила сводила на нет все остальное. А выемка на тропе была слишком узкой, чтобы Роспер мог от него ускользнуть.

Убийца успел выкрикнуть одно предупреждение, а затем поющая сталь обрушилась на него. Он отчаянно блокировал первый свистящий удар, и его клинок зазвенел, как наковальня. Прозвучала тетива, и он понял, что Чернион был прав, предостерегая его от вспыльчивости.

Он хотел встретиться с Кровавой Рукой; ему не была выгодна эта встреча.

Стрела Кенходэна пронзила солнечный свет, как шершень, пораженный смертоносной красотой. Оперение заскулило, когда она вошла в горло убийцы, а брат-пес издал один булькающий звук ужаса и рухнул на дно ущелья.

Руки Кенходэна ни разу не дрогнули. Он наложил на тетиву еще одну стрелу.

Роспер проигрывал. Хуже того, он знал это. Одного прикосновения его отравленной стали было бы достаточно, чтобы убить любого человека, но Базел был градани. Этого было недостаточно, чтобы сделать его невосприимчивым к смертельному токсину, но он, казалось, не беспокоился о такой возможности. Он взмахнул клинком, как мастер фехтования, и отчаянно выставленный меч Роспера зазвенел, когда ему удалось удержать его от своего тела дюжину раз, всегда на толщину ресницы. Пот струился по его лицу, а челюсти сжались, когда он понял, что градани играет с ним. Базел не пытался убить его - не совсем. Вместо этого он держал его в игре, чтобы преградить путь, пока этот смертоносный лучник убивал его людей одного за другим.

Затем клинок градани описал плоскую восьмерку, обломив меч Роспера в трех дюймах от рукояти. Раздробленная сталь со свистом отлетела в сторону, пролетев над мокрой губой с последней вспышкой отраженного заката, и Базел Бахнаксон по-волчьи улыбнулся своему врагу.

- Прощай, Чернион, - сказал он, и его меч описал дугу наотмашь. Голова убийцы слетела с плеч, и Базел, наблюдая, как труп сваливается с седла, нахмурился. Он ожидал большего мастерства владения мечом от лучшего убийцы Норфрессы.

Рядом с ним снова пропел лук Кенходэна, и в ответ раздался крик. Затем наступила тишина, и Базел поднял глаза, когда лучник вышел из тени.

- Шесть, - сказал он категорично. - Все мертвы.

- Хорошо. - Базел подошел к краю и посмотрел вниз. На дне оврага у подножия склона лежали шесть тел, каждое из которых было смертельно ранено одной стрелой. - Отличная работа, - сказал он профессионально.

- Что дальше? - Кенходэн натянул лук, и его голос был очень спокоен.

- Я думаю, нам лучше забрать твои стрелы - и их лошадей. Не то чтобы они нам были нужны, но оставлять их - чистое убийство, и они не виноваты в том, что оказались здесь.

- Верно, ни у одной лошади нет такого плохого вкуса, чтобы добровольно нести убийцу, - сказал Кенходэн, его голос вернулся к норме.

- Кроме как на виселицу, - мрачно согласился Базел. - Разве что на виселицу.

- Крэйхана улети вместе с их душами! Шарна хлещи их скорпионами! - Вулфра выплевывала проклятия, злобно закрывая свой грамерхейн. - Черт бы побрал этих некомпетентных, неуклюжих!..

Она прогнала эту мысль, и ее ноздри раздулись, когда она глубоко вдохнула. Она потеряла только стоимость их найма, напомнила она себе, - высокую, но не безосновательную. Она даже не предупредила Венсита, потому что ее предыдущие атаки уже сделали это, подумала она и кисло улыбнулась с горьким юмором.

Из этого вышло одно хорошее: убийцы потеряли слишком много людей, чтобы Чернион мог сдаться, независимо от того, платили Гильдии или нет. Не то чтобы у Вулфры даже возникало искушение отказаться; клиенты не обманывали братьев-псов.

Нет, она заплатит... и скажет Черниону, что считает контракт закрытым. Если Чернион - или Совет Гильдии - хотели продолжать, это было их делом.