Параллельный вираж. Следствие ведёт Рязанцева - Касаткина Елена - Страница 22

— Мы сами не знаем, на что порой способны, — Лена допила кофе и выбросила стаканчик в урну. — Однако он очень приставуч к женщинам.

— О, это да. Женщин он действительно любит, но поверьте мне, все его ухаживания ограничиваются вечерними танцульками. За глаза мы зовём его наш танцор диско. Конечно, сейчас он раздосадован.

— Почему?

— Так танцев нет уж сколько дней. И когда теперь будут, неизвестно. То гибель этой женщины, вроде как траур трёхдневный, а теперь ещё и наш диджей заболел.

Телефон в кармане Лены завибрировал, и это был хороший повод закончить разговор.

— Извините, — Лена достала телефон и отошла к окну фойе.

— Рязанцева! — гаркнул в ухо скрипучий голос Волкова. — Дрыхнешь ещё?

— И тебе доброе утро, Игорь. Если ты надеялся меня разбудить, то тебе не повезло.

— Да, надеялся, хотел сделать тебе приятное, — загоготал в трубку Волков.

— Чего звонишь? Неужто фотографии раздобыл или за деньги свои волнуешься, спать не можешь?

— Ну и зараза ты, Рязанцева! Любишь людей мучить, садистка. А я ведь к тебе с хорошими новостями.

— Хорошие — это если ты скажешь, что фотки уже у тебя.

— Лучше!

— Что лучше?

— Готовь поляну, Рязанцева. Сегодня мы придём к тебе в гости.

— Кто это мы?

— Я и Лисицын! Собственной персоной тебе фотки принесёт, можно сказать, на блюдечке с золотой каёмочкой.

— Игорь! — Лена захлебнулась от переизбытка чувств.

— Только деньги мне сразу на входе отдашь, поняла?

— Да я тебя расцелую, Волков! Ты ж моя радость!

— Это лишнее, — серьёзно прогнусавил судмедэксперт. — Не надо фамильярностей, только деньги.

— Но как? Как тебе удалось его уговорить?

— Ёптить, Рязанцева, ты ещё не поняла, что имеешь дело с профессионалом.

— Надеюсь, ты не применял незаконных методов.

— Незаконные — это у тебя, Рязанцева. Забрать деньги и не отдавать, а потом ещё шантажировать и принуждать к противоправным действиям — это всё на тебе, следачка. А у меня всё по-честному. Продул в шиш-беш — значит, отрабатывай.

— Ты что, на кон поставил?..

— А это уже тебя не касается. Тебе фотки нужны? Получишь. А что касается служебного… Так он всё равно увольняется. И не я тому причина, он сам так решил, до меня ещё. В него следачка влюбилась и терроризирует, ну, типа, как ты меня. А он кремень.

— Волков, а Волков?

— Чего ещё?

— Я тоже тебя люблю.

По его лицу словно проехал гусеничный трактор. Лоб, щёки, подбородок и даже нос выщерблены разнокалиберными «оспинками». Внимательный серый взгляд виновато выглядывал из-под густых тёмно-русых бровей, что никак не вязалось с низким грохочущим голосом.

— Мы посмотрели историю вызовов. Есть несколько странных моментов, — Лисицын расправил квадратной пятернёй распечатку звонков. — Первый звонок сделан 21-го апреля в 16.:39. В это время ещё светло. По одной попытке с каждого телефона. Следующая попытка в семь утра 22-го апреля. Сначала с одного телефона, чуть позже с другого. Но связи там нет, поэтому звонки остались без ответа. Потом 23-го апреля пытались позвонить несколько раз в течение дня с обоих гаджетов, а вот 24-го уже только с одного. 25-го, как видите, картина такая же, — тарахтел Лисицын, словно трактор проехался не только по его лицу, но и добрался до горла. — А вот 26-го кто-то пытался ввести пин-код на телефоне Лейсан Габитовой.

— Это что значит? — Лена оторвала взгляд от биллинга. — Что сама Лейсан на тот момент уже была мертва? А безуспешные попытки разблокировать телефон мог делать убийца.

— Или вторая девочка, если ещё была жива, — предположил Вадим.

— Ещё несколько попыток разблокировки зафиксированы уже 30 апреля. В полдень телефон отключили, и больше никакой активности не было.

— Ну, тут вывод напрашивается сам собой, — подал из кресла голос Волков. — Телефон явно прожил дольше своей хозяйки. Но наличие убийцы это не доказывает. И вполне укладывается в картину официального заключения.

— Ладно, — Лена отодвинула распечатку и взяла конверт. — Возможно, мы обнаружим эти доказательства здесь. Не хочешь поучаствовать?

— А мне зачем? Я своё дело сделал, деньги вот только пока не получил.

— Они в верхнем ящике тумбочки. Бери и можешь быть свободен.

Волков подскочил так, будто в кресле лопнула пружина. Вынув из ящика купюры, дважды пересчитал и, сложив пополам, запихнул в задний карман джинсов. Довольная улыбка растянулась под острым носом.

— Ладно, так и быть, помогу вам на общественных началах. — Вальяжной походкой Волков подошёл к столу, который окружили Лисицын, Рязанцева и Сергеев. — Вываливай. Поглядим на фото с того света.

Лена вытряхнула на стол толстую пачку снимков.

— Вы можете разложить их в том порядке, как они были сделаны, чтобы мы восстановили картину развития событий? — обратилась к Лисицыну.

— Так они пронумерованы. Там, на обратной стороне.

— Итак, что мы видим? — начала Лена, когда фотографии были разложены в хронологической последовательности. — На первых снимках прекрасная солнечная погода, девочки фотографируют друг друга, улыбаются.

— Да, отличные виды, — залюбовался Вадим.

— Слишком, — почесал нос Волков.

— Что ты хочешь сказать?

— Похоже на работу фильтров и фотошопа. — Волков втянул носом воздух, хрюкнул и громко чихнул, разбрызгивая вокруг себя облако слюны.

— Рот прикрывай, — Вадим поморщился, стирая тыльной стороной ладони попавшие на щёку брызги.

— Правда, — резюмировал Волков, не обращая внимания на замечание Сергеева. — Ни одна баба сейчас без фотошопа не обходится. Наверняка они эти снимки собирались в сеть выложить.

— Неважно. Даже пусть и фотошоп, видно же, что они на снимках улыбчивы и безмятежны. Позируют, лица искренне радостные, волосы распущены. А вот дальше, смотри, — Лена выдвинула следующие снимки. — Здесь они в густом лесу, и настроение на фото другое, в глазах, я бы сказала, настороженность.

— Такое впечатление создают полумрак и сомкнувшиеся над головой кроны деревьев. Не пойму, что за растение, — Волков приблизил фотографию к глазам. — Плющ, что ли, обвил. А выражение лица могли специально состроить, чтоб страху нагнать и выглядеть в глазах своих подписчиков рисковыми. У них сейчас это в тренде. Фото на грани фола, то на какую-нибудь высотку заберутся, то на краю обрыва засэлфятся.

— Вадим, поищи их аккаунты в соцсетях, надо посмотреть, что они там постили, и сравнить.

— Ага, — Сергеев кивнул и пошёл к тумбочке за планшетом.

— Если хотели порисоваться, то зачем сделали вот эти фото? — Лена протянула Волкову несколько снимков. — Они сделаны со спины. Здесь Лейсан входит в какую-то пещеру. Обрати внимание, она нагибается и при этом держит руки за спиной, будто они у неё связаны.

— Это не пещера, это заросшая лианами тропа, такие встречаются в наших местах, — уточнил Лисицын.

— Всё равно странный снимок. А вот тут она обернулась. Лицо! Странное выражение.

— Так всё то же. Постановочные фото для создания образа, — скривился Волков.

— Могу добавить, что 25 апреля в период с часу ночи и до четырёх утра было сделано порядка 90 снимков, некоторые с интервалом в одну секунду, другие с интервалом в 15 минут. Я все печатать не стал, — Лисицын вытянул три снимка. — Вот несколько, на остальных, в общем-то, тоже самое. Установить, где именно сделаны фотографии, не представляется возможным, все они смазаны, как видите.

— Да, местность какая-то невнятная, — Лена подошла к окну и повернула фото на свет. Из темноты чёрных зарослей на неё смотрели кричащие лица, в центре возле камня размытый силуэт скорчившегося трупа.

— Игорь, глянь, — подождала пока подошёл Волков. — Мне кажется, или это очертания каких-то ужасных тварей, вот здесь, в тени?

— Ага, чупакабра, — Волков разразился надорванным смехом.

— Мне удалось разобрать кое-что, — Лисицын виновато посмотрел на Лену. — В середине — это камень, над ним сломанная ветка и куски красного полиэтиленового пакета, то ли застрявшие, то ли привязанные к ветке дерева. Похожий пакет одной известной косметической фирмы нашли в комнате, где девушки останавливались. — Лисицын тоже подошёл к окну. — Вот на этом снимке можно разглядеть разбросанную по земле туалетную бумагу и маленькое зеркальце. Видите? — Лисицын провёл пальцем по фотографии.