"Фантастика 2024-120". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - "NikL" - Страница 542

— Хрена!..

— Чего случилось? — спросил Дунай, поднимая взгляд.

— Этого придурка, похоже, сожрут сейчас! — вскакивая, пояснил я ему. — Там какой-то хищник его свалил!

Глава 6. Определённо, странный мир

Дневник Листова И.А.

День тридцать четвёртый. От природы: хищник и неудачник

— Может, помочь?.. — спросил Дунай, глядя в ту сторону, куда ушёл Одиночка.

Причём с большим сомнением. Таким большим, что сразу было понятно: помогать он не хочет.

Нет, попал бы в беду любой из нас, и я бы не задумываясь кинулся на помощь. И Дунай бы кинулся. Но рисковать жизнью ради человека, которого мы достали, и он по собственной воле ушёл в одиночное плавание?.. Да ладно ещё своей!.. Я-то могу и рискнуть, но остальные ведь за мной побегут. И что, если их там заживо сожрут?

А вдалеке орал наш бывший товарищ, выбравший путь независимости и полной свободы. И всё-таки я не выдержал: встал в полный рост и достал копьё. Слушать крики человека, которого неподалёку с аппетитом кушают — то ещё испытание для психики. А я свою психику любил и ценил…

— Идиота, может, и не жалко… — немного слукавил я. — Но он столько добра набрал, что не хотелось бы терять!..

— Верно! — поддержал Пилигрим. — Вещи надо беречь.

— А чо, вам его совсем не жалко? — удивился Мелкий, тоже поднимаясь.

— Жалко! — возразил я. — Но себя и вас, если честно, мне жалко больше…

В итоге отгонять лютого зверя вышли всем отрядом. Хищник, «заохотивший» нашего товарища, который оказался нам «не товарищ», напоминал огромного льва.

Вот только тело у него было куда длиннее. Хвост покрывала плотная чешуя, а изо рта торчали сразу четыре огромных кривых клыка. Зверь шипел и рычал на нас, но сходу нападать на всю толпу не решился. Зато Одиночку вроде бы перестал жевать.

— Не лезем близко! Не лезем! — предупредил я, остановившись и нацелив на зверя копьё.

Рядом вставали, как вкопанные, остальные члены отряда. Никто не знал, что делать дальше, но только у одного из нас хватило решимости признать этот позорный факт.

— И чо делать?! — проорал Мелкий, подпрыгивая на месте то ли от страха, то ли от нетерпения.

— Орите все! — придумал Дунай. — Орите, кричите, машите оружием! Вот так! А-А-А-А-А-А!..

Он заорал страшным голосом. Ещё и без предупреждения, чуть не заставив нас опорожнить и без того напряжённые кишечники. А, кроме того, затопал и замахал над головой левой рукой, одновременно тыкая в сторону хищника правой — где держал копьё.

И мы даже подхватили его обезьянью тактику. Сбились плотной толпой и начали орать во всё горло. В надежде, что будем выглядеть как одно большое многоруко-ного-главое существо. Ещё и очень агрессивное.

Возможно, свою роль сыграли наши питомцы. И Хромая, и Шрам скалили зубы, злобно рявкая на льва-переростка и курсируя у него по флангам. А как только он оборачивался, питомцы тут же отскакивали на пару шагов — и начинали заново, но уже заходя с другой стороны.

Спустя пару минут хищник всё-таки не выдержал морального и «орального» давления. И ретировался, оставив недожёванную добычу. Судя по тому, как лев-переросток раздражённо подёргивал чешуйчатым хвостом, он был очень расстроен своим фиаско. Видимо, уже вовсю проклинал тот неудачный день, час и миг, когда решил быстренько перекусить «на ходу».

К сожалению, наш идиот-одиночка не дотянул до спасения — причём, совсем чуть-чуть. То ли из-за болевого шока, то ли из-за потери крови. Его одежду забирать было уже бесполезно: одна кровь и лоскуты. Хищник, зараза такая, начал с вкусных внутренностей в брюшине, попутно терзая когтями тело…

Собственно, даже прибеги мы сразу и успей сунуть Одиночке «лечилку» — ещё не факт, что сумели бы вытянуть. Порвал его хищник так, как бестии могли только в сладких снах видеть. Они так просто не умели.

А вот рюкзак с вещами и припасами, а также неплохое оружие мы прихватили. Одиночка потерял их почти в самом начале атаки. Видимо, скинул лямки, чтобы обороняться было удобнее. Вот только защититься так и не успел. Очень уж стремительный ему враг попался… Так всё и осталось поблизости нетронутым лежать.

Истерзанное тело погребать не стали. Зря только время потратим на похороны и изгваздаемся… Одиночка всегда был в стороне, и наша забота была ему, определённо, не нужна. Он умер так же нелепо, как прожил все эти дни. И в этом была и проблема, и какая-то грустная ирония. Ирония состояла в том, что умер он именно тогда, когда, наконец, решился уйти в одиночное плавание.

А проблема в том, сколько таких идиотов ещё осталось среди нас? Таких, которые вроде как в обществе, а вроде как сами по себе — и плевать на всех хотели? Пользы от них почти никакой, а вот вреда — обычно больше, чем хотелось бы. Даже сейчас, на пороге смерти, он заставил не чужих мне людей рисковать ради него своим здоровьем.

И всё-таки с места привала мы уходили подавленными. Пусть он не был нашим другом, но такая нелепая смерть не может не расстраивать. Никогда не знаешь, когда и кто сожрёт тебя в этом странном новом мире. А к такому почему-то сложно подготовиться.

Пожалуй, я пока был единственным в нашей группе, кто имел шансы на вторую попытку. И это надо было исправлять. Исправлять как можно скорее!..

Дневник Листова И.А.

День тридцать четвёртый. Лагерь в излучине реки

Шли мы весь остаток дня. Я безумно надеялся, что вечером мы увидим белые точки капсул на горизонте… Но час проходил за часом, а точки так и не появились. Солнце клонилось к закату, а значит, близилось время искать место для ночлега.

Беда была в том, что мы не привыкли ночевать в совсем уж дикой местности. Тем более, малой группой. Из всех нас разве что Пилигрим прошёл долгий одиночный путь. А остальные, если и путешествовали, то в количестве не менее трёх-четырёх десятков человек. Не то чтобы какому-нибудь крупному хищнику не было плевать на количество добычи, пусть и с острыми зубочистками в руках… Просто мы, люди, чувствовали себя куда уютнее в большой стае.

Эх, прав был СИПИН и роботы… Нам комфортно в коллективе примерно в сорок человек. Сразу появляется какая-то внутренняя уверенность, что если сегодня ночью кого-то и сожрут, то уж точно не тебя. Главное — на окраине лагеря не располагаться. Ну и не выглядеть слишком вкусным.

Так что, выбирая место ночёвки, мы себе все мозги сломали. Надо было придумать, как бы обезопасить будущий лагерь со всех сторон. И, к моей радости, когда солнце уже коснулось горизонта, подходящее местечко нашлось. Река здесь делала особо крутой виток, обтекая каменистую возвышенность. А, кроме того, почти весь этот полуостров покрывал какой-то цепкий кустарник. Причём особо неприхотливый: ему, видимо, плевать было, на чём расти — на земле или на камне.

Узкий перешеек отлично подходил для обороны от незваных гостей. А небольшая плоская площадка почти на самом берегу позволяла с комфортом разместиться на земле. К тому же, кустарник обеспечил бы нас топливом на всю ночь. Ну а те сухие побеги, которые мы трогать не стали — служили своеобразной сигнализацией. Равно как и опавшая листва, валявшаяся то там, то сям.

Даже наши питомцы, которые умели ходить практически бесшумно, не смогли не зашуршать, проходя эту полосу препятствий. А значит, и другие хищники не смогут беззвучно подобраться к нашим спящим тушкам.

В общем, место нам приглянулось, и мы решительно его заняли, не обращая внимания на возмущение пары местных змеечервей. Кроме них, на этом полуострове обосновалось и семейство из трёх мохнатых ящеров размером с собаку. Однако при виде толпы мужиков с копьями и двух бестий они всё-таки ретировались. Правда, смотрели на нас очень нехорошо, но мы решили гордо игнорировать эти недобрые прощальные взгляды.

Один костёр сложили в центре полянки, ещё четыре поперёк полуострова со стороны перешейка. А затем принялись устраиваться на отдых. Собственно, дел там было на полчаса: расстелить спальники и соорудить хлипкие подобия навесов — лишь бы не промокнуть, если ночью дождь пойдёт. Ну и подтащить валуны, чтобы было на чём посидеть.