"Фантастика 2024-120". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - "NikL" - Страница 576

И я, так и не став кидаться в спор, кивнул.

— В общем, забудьте пока про эту кожу… — подытожил Кукушкин, не встречая с нашей стороны возражений. — Пока!.. Вопрос с тем, что у нас кто-то промышляет воровством, снимать с повестки не стоит. Но ловить его надо осторожно!.. Знаете, у меня знакомая на Земле была, у которой жучки на кухне завелись. И это в наш продвинутый век!.. Жрали, сволочи, просто всё. Нервы ей истрепали: в тарелку заглянешь — там они. Овсянку заваришь — вот они, всплыли… Так она взялась их под корень извести. И между делом разгромила себе кухню….

— А жучков победила? — спросил я с интересом.

— Неа… Не смогла. Пришлось вызывать этих, которые химией насекомых травят. А сама вынуждена была на неделю съехать, вместе с котом!.. — усмехнулся мэр. — Давайте не будем ей уподобляться. Нам наша «кухня» ещё нужна. А вам я советую как можно быстрее укрепить ограду. Пусть будет нормальная стена, которую не так-то просто перелезть. И вход — только один и с воротами. Нечего там у вас чужим делать! Вы, конечно, людей не тираньте сильно… Пускать днём — пускайте. А вот по ночам — закрывайтесь.

Серьёзные вопросы в Алтарном, как я заметил, примерно так и решались. Вот тебе ничего нельзя — а вот тебе уже высочайшее разрешение. Да, это какое-то рефлексивное взаимодействие, и со стороны его можно критиковать хоть до посинения… Правда, весомой эта критика станет только тогда, когда ты уже смог лучше. И подтвердил, так сказать, практикой.

Мы не смогли. Сочинец не смог. Я не смог. Кострома не смогла. Наша группа ведь пока так и осталась средней — если по размерам считать. А я слышал, как люди рассказывали о гигантских группах в триста человек. И это, как мне кажется, был не предел. Где-то в предгорьях, по слухам, жило объединение из четырёх групп, каждая из которых распухла до четырёх сотен.

А сколько мы ещё не знали? Алтарное не спешило разведывать дальние окрестности. Оно пока жило на грани выживаемости, и любое потрясение могло его расколоть. И всё-таки Алтарное жило, а вот наша группа уже два раз прошла по грани… Так что методика Кукушкина явно имела свои преимущества.

Однако… Если ты ухватил удачу за хвост, то не стоит её выпускать из рук. Держись цепко, авось ещё подфартит!..

— Иваныч, а можно нам на рынке какой-нибудь навесик поставить? — спросил я.

Ну да… Кто сказал, что дополнительный фарт нельзя выбить из схваченной птицы удачи? Можно!.. Нужно!..

— Да поставьте… Только с торговли десятину в казну надо платить! — предупредил мэр.

— Само собой! — не стал спорить я.

— Ну тогда приходите и ставьте. Витя знает. Ольше я скажу. Торгуйте, чем хотите… — устало кивнул мэр, а когда я снова открыл рот, решив ещё пластика попросить, нахмурился и погрозил пальцем: — Вано, не наглей!

Я закрыл рот. Дают — бери, бьют — беги. Ещё немного, и мэр начнёт бить. Возможно, даже словами. А зачем мне это? Поэтому я быстро перевёл тему на то, что было интересно самому Кукушкину.

— Когда мне людей на полянку с ягодой привести? — поинтересовался я.

— Витя? — мэр, подняв бровь, посмотрел на силовика.

— Сегодня пойдём, — решил тот. — Мы же туда за день доберёмся?

— Доберёмся, — подтвердил я.

— Тогда через час будь готов к выходу, — кивнул тот.

На этом мы и расстались. Я пошёл готовиться к походу, радуясь, что больше не придётся, как вчера, скучать. А мэр, вздохнув, отправился заниматься делами. Будто этой ночью никакие злодеи не украли у одной из групп больше двадцати пяти квадратных метров кожи… Добытой с риском для жизни!.. Практически полностью выделанной!..

На какие только жертвы не пойдёшь ради спокойствия социума…

Дневник Листова И.А.

День сорок девятый. Снова в пути…

Само собой, никто Вано одного в поход не отпустил. Мамочка-Кострома ловко припрягла кучу народу, чтобы быстренько смотались за припасами для ремёсел. А заодно и проследили, дабы непутёвый лидер опять чего-нибудь не нализался. Вите и его боевитой группе она в этом плане почему-то не доверяла.

И снова в путь собрались Пилигрим, Чемодан, Мелкий, Трибэ, Аня — и ещё куча народа, который планировал возвращаться на плотах по течению реки. Само собой, с нами пошла и хромая самка. И, конечно же, Русый. Видимо, догадался, что в моём обществе ему скучать не придётся — и теперь накрепко прикипел.

Вышли мы знакомым путём. К вечеру уже были на месте старого лагеря, где нас ждали кострища, обложенные камнями, заготовленные охапки травы и листьев для кроватей, кучи дров — и даже какая-никакая мебель.

Выспавшись, утром я отправился с бойцами, присланными Витей, на поляну с ягодами. А остальные из нашей команды занялись заготовками.

— Серьёзно вы тут обосновались! — когда мы отошли от лагеря, оценил вслух Тихон, командир Витиных ребят.

— Да как-то… — говорить о том, что я-то тут ещё не обосновывался, не хотелось. Поэтому пришлось на ходу экспромт выдумывать. — Место удобное! Дерево есть, полезные растения тоже. Всё под рукой, и возвращаться по реке удобно.

— Тоже верно…

На подходе к поляне в нос шибанул запах разложения… Рогатая скотина, убитая мной и Русым, всё ещё лежала на месте. Не вся, конечно… Самое вкусное падальщики уже сожрали. Но даже так, я сумел оценить её размеры. И удивлённо присвистнул…

Здоровое тело было покрыто толстой, почти лысой кожей. При жизни оно, видимо, опиралось на слоноподобные ноги, украшенные когтями по периметру стопы. А на голове были длинные — нет, очень длинные! — рога.

Как я мог это чудище завалить — ума не приложу… И не очень-то помню. Мои воспоминания как раз обрывались на том, как я отламываю один из рогов. А всё остальное было милосердно смыто из памяти…

И теперь на поляне лежал труп несчастной твари, которая банально не оценила диспозицию и, в результате, столкнулась с человеческой жестокостью. Он как бы служил всем нам молчаливым напоминанием об опасности изменённого сознания. И рискованной любви к психотропным ягодкам…

— Это чего оно, такой матёрое, сдохло? — удивился Тихон. — И рог где-то обломало…

— Не выдержало конкуренции… — уклончиво пояснил я. — Вы, кстати, это учитывайте! Тут на эти ягоды желающих хватает…

На единственном роге, который остался на черепе, висел очень знакомый мешок. Тот самый, с образцами растений, которые я в этот злосчастный день насобирал в лесу. Оказывается, я его не потерял и не бросил. А хозяйственно повесил повыше, чтобы никто не добрался.

В этот раз я смотрел на место произрастания ягодок совсем иным взглядом…. В голове даже заворочалось воспоминание: чем-то оно меня ведь сразу напрягло… И теперь я быстро сообразил, чем именно.

Вокруг — лес! А тут ни одного дерева. Ни одного низкорослого кустика. Только эти ягоды. Вот где были мои мозги, когда я сюда пришёл и рискнул съесть эту гадость? Ну не бывает посреди леса совершенно пустого места! А тут даже мох не рос.

А значит, эта дрянь была единоличным властелином солнечного склона. Она как-то вытеснила отсюда всех конкурентов, претендующих на живительный ультрафиолет. И одно это должно было меня серьёзно напрячь… Но я вновь пропустил шёпот подсознания мимо ушей… Или мимо пустой головы.

И многочисленные следы зверей должны были насторожить! Видел же, как вороны на Земле всю землю вытаптывают рядом с пьяными ягодами. А значит, мог бы догадаться, что не надо лезть! Но всё равно полез… И ведь знал, что Русый вечно всякую дрянь в пасть тянет. Но зачем-то его послушался. И где были мои мозги?

Русого, кстати, пришлось держать, чтобы снова до поросячьего визга не нажрался. Я бы его вообще с собой не взял, но без его наводки искать поляну пришлось бы долго. Впрочем, питомца устроило и небольшое количество допинга…

В общем, я объяснял Тихону и остальным, что их тут ждёт — и какие ягоды можно собирать, а какие нет. А Русый носился кругами, пугал местных червей и перепончатокрылых, катался по земле, выл на весь лес — и всячески показывал своим дурным примером нам, людям, почему ягоды пробовать не нужно.