"Фантастика 2024-120". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - "NikL" - Страница 613

— Значит, убиваем дежурных… — кивнул я. — Если там наш язык окажется — его просто вырубаем. А потом что? Входим в лагерь и убиваем всех, кроме пленников? Кто-нибудь вообще знает, как это тихо делать?..

— Пасть рукой закрыть! И нож в сердце! — кровожадно ощерился Мелкий.

Вот только по его виду было понятно: не умеет он так. Расчётливо двинуть по затылку? Может, знает, практиковал…

А вот так — ножом, во сне, хладнокровно и тихо — не умеет. Может, видел где-то. Может, слышал. Мелкий храбрился для себя и окружающих, но ругаться на него было бесполезно. Привык в своей среде морально накачиваться, прежде чем «на дело» идти…

Трибэ просто кусал губу. Ему явно не нравилось то, что нам предстояло делать. С другой стороны, он тоже понимал: отдавать винтовку врагам — никак нельзя. И, наконец, его метущийся мозг выдал идею, как и чистым остаться, и злодеям помешать.

— А может, просто выкрасть винтовку, а? — с надеждой прошептал он.

— Не, братан, не выйдет! Отвечаю… — ответил Мелкий. — Та бабёнка вопли поднимет до небес, как увидит, что мы за винтовкой! Весь вечер из-за неё с мужиками гавкалась… А эта жадина, типа, не спит до сих пор. Вон, недавно ворочалась…

Мелкий был прав. Мы со своей позиции видели лагерь плохо. Но даже по тому немногому, что было заметно, удавалось сделать какие-то выводы. Правда, не самые важные… «Здоровяк» из южного полушария имел большой размер ноги, а ещё носил массивные ботинки с толстой подошвой. «Бабёнка», как называл её наш гопник, была светловолосой. А командир отряда в профиль отличался орлиным носом и окладистой бородой.

После предложения выкрасть винтовку тут же поступило новое. Выкрасть винтовку и «бабёнку».

А потом винтовку, «бабёнку» и её брата.

Последнее предложение попахивало оголтелым идиотизмом. О чём мы с Мелким дружно и заявили наивному Трибэ. Ладно, попытаться умыкнуть какую-то вещь! Но ещё и двух человек, один из которых валяется без сознания? И всё это под носом у дозорных?

Этих, как ни крути, пришлось бы убивать… А что, если остальных, спящих не трогать? Хотя нет… Я, конечно, тупил, но не настолько!.. Оставлять за спиной злых, обворованных и вооружённых врагов? Это же верный путь к самоубийству. Причём, особо изощрённому.

В итоге, Трибэ принял концепцию жестокого вырезания противника. Подействовал аргумент, что те, при случае, не пощадят ни его, ни его любимую Аню. А этот самый случай для людей, которые промышляют захватом рабов — лишь вопрос времени.

Когда последние сомнения отпали, наконец-то был сформирован план.

Как мы заметили, дозорные иногда переговаривались друг с другом. Правда, делали это так редко, что вполне можно было успеть их тихо устранить. Решено было дождаться смены, а затем выждать ещё минут тридцать, чтобы отдежурившие покрепче заснули. И уже потом выдвигаться к врагу.

Для маскировки каждый из нас обмазался пылью и землёй. Чтобы навести этот грязевой «макияж», мы по очереди отползали в сторону. Честно говоря, ночью по дикой природе ползать оказалось страшно. Неизвестно, что там, в темноте, тебя ждёт. К тому же, ночь не была тиха: она полнилась звуками, страшными далёкими криками и шорохом…

Дежурные в лагере сменились лишь часа через четыре. На наше счастье, на пост не заступили ни южанин, ни глава отряда. Видимо, из-за малой численности отряда всё дежурство делили на две части. И лишь между рядовыми членами. Это было нам на руку.

И я, и Мелкий, и Трибэ успели даже немного подремать. Правда, острого желания спать у нас не было. Успели отдохнуть накануне, в лагере. В общем, мы просто слегка покемарили, чтобы глаза не слипались, когда пойдём на дело.

К дежурным выдвинулись в «волчий час»… В то самое время, когда тьма перед рассветом наиболее густая, а сон — наиболее сладок. Дозорных распределили просто: самого дальнего брал на себя Мелкий. А мы с Трибэ должны были устранить по одному из ближайших.

Где каждый из них сидит, определили заранее. Как бы те ни пытались слиться с тенями от камней, мы точно знали, куда ползти. А вот, собственно, ползти было тяжело… Наверно, если бы я регулярно тренировался двигаться по-пластунски — выходило бы лучше. Но сходу стать бесшумным и ловким индейцем Большим Змеем не удалось. Поэтому полз я, скорее, как очень беременная черепаха.

Слишком многое приходилось учитывать… И задницу нельзя было отклячивать, и камни задевать руками-ногами… Иначе один звук — и всё! А воевать втроём против восьми опытных бойцов — плохая идея. Я-то, если что воскресну, а вот Мелкий и Трибэ — без запасной жизни.

Поэтому я проползал где-то метр, а затем тщательно ощупывал пальцами землю перед собой. И убирал все мелкие камушки и ветки, которые могли зашуршать или хрустнуть. После чего снова проползал где-то метр.

Одна луна скрылась за горизонтом, а вторая давала мало света. Было темно, хоть глаз выколи. К нужному сроку, когда луна опускалась ещё ниже, я всё-таки добрался до нужной позиции. Замер на земле, примерно за спиной у дозорного. В руках был зажат нож, и я мучительно пытался придумать, как им теперь бить. Слышал, что горло надо ещё уметь резать… Если просто полоснуть — будет много шума от жертвы. А вот в сердце удар был надёжнее. Вроде бы…

Конечно, я мог воспользоваться камнем, обмотанным тряпкой… Вот только боялся, что ударю слишком слабо, и дозорный успеет поднять тревогу.

И тут последовала очередная перекличка:

— Как сами?

— Нормально…

Мой дежурный ответил, но не сразу.

И не оттуда, где я ожидал его в темноте найти.

— Ага…

Он был в стороне! А ведь мы с Мелким и Трибэ договаривались начать с переклички дежурных… Значит, время пришло. Чего уж там, оно прямо-таки поджимало!..

Я чуть было не начал суетиться. Сначала дёрнулся в сторону голоса. А потом замер, прислушался… Совсем рядом во тьме раздались шаги и бормотание:

— Уже и не поссышь спокойно… Сука, да когда же светать-то начнёт?..

Я осторожно подтянул ноги к груди… Приготовился… И едва шаги зазвучали совсем рядом, восстал перед дозорным, как молчаливая тень возмездия.

Всю мою решимость, весь запал я вложил в один-единственный удар… Нож вошёл между рёбер слева и чуть под углом. Я шагнул к врагу, крепко обнимая его, чтобы удержать от падения, а заодно заткнуть рот плечом. Моим нежным объятиям мешала только рукоять моего же ножа…

Зато я, кажется, попал. Прямо в сердце. Во всяком случае, лицо дозорного застыло в посмертной маске удивления.

Тихо опустив его на землю, я услышал какую-то возню. Похоже, звуки шли со стороны того дежурного, к которому уползал Трибэ.

А потом прозвучал голос:

— Опа! У меня тут гость!

План висел на волоске, как и жизнь моего друга. Правда, адреналин ещё бурлил в моей крови. Поэтому подступившую было панику смыло, как волной. А я, стараясь подражать голосу убитого дежурного, глухо ответил:

— Ага… Дай гляну!

Не знаю, получилось ли у меня… Но я, не скрываясь, спокойным шагом двинулся к третьему дозорному. А тот даже особо не возражал. Он стоял спиной ко мне над телом Трибэ. И, услышав мои шаги, только спросил:

— Вась, может, разбудить командира?

— Ага, наверно… — отозвался я.

А потом резко зажал ему рот и полоснул ножом по горлу. Очень старался не зажмуривать глаза и резать глубоко, чтобы наверняка. Правда, враг тут же дёрнулся и попытался вырваться. Но кровь уже била толчками из горла. А вместе с ней тело дозорного покидали силы и жизнь.

Но пока они ещё были, он успел немало: дважды дать мне локтём по рёбрам, раза три лягнуться, всем весом повиснуть у меня на руках… Я стоически терпел. И только когда тело перестало трепыхаться, осторожно опустил его на землю и потянулся к Трибэ.

Друг был жив, но без чувств. Решив не жалеть «лечилки», я сразу вколол ему одну. Услышав рядом какой-то шорох, резко навёл винтовку на источник звука… Но, оказалось, это Мелкий, который сразу, хоть и шёпотом, подал голос:

— Как тут?..

— Снял дозорного, но Трибэ в отрубе… — шепнул я в ответ.