"Фантастика 2024-120". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - "NikL" - Страница 695

Единственное, чем нас порадовали новости — орда японцев оказалась весьма неповоротлива. Это была не армия, способная преодолеть до двадцати километров в день, а массовое переселение народа. И двадцать километров они проходили, в лучшем случае, за неделю. Не раньше, чем успевали выгрести все ресурсы в округе.

Да, впереди них, у подножия волны, двигались мелкие группы других народов, которые вынужденно снялись с насиженных мест — и теперь, обиженные и обездоленные, тоже были не прочь пограбить и понагибать. Но они Алтарному были не страшны. А те, кто приходил с миром, и вовсе пополняли ряды горожан.

По нашим прикидкам, орда японцев добралась бы до Алтарного ещё нескоро. А значит, надо было с умом распорядиться этим временем, которое нам предоставили.

Пока ещё этого никто не озвучил, но японцы должны были быть разбиты. А для этого требовалось много оружия и людей, которые могут возродиться.

На совете, который состоялся на день позже, чем планировалось, и где Кукушкин планировал выдвинуть предложение об экспедициях, я, наконец, столкнулся с представителями «кукушат»… А точнее, с «кукушатами» из радикального крыла. И эта встреча затмила для меня все остальные проблемы города.

Каюсь, я этих уродов недооценивал… Точнее, не оценивал в полной мере опасность, которая исходит от их сплочённой и жадной группы. Я-то думал, они просто пытаются всё подмять под себя. А оказалось, они считали, что всё и так должно под них ложиться…

Совет начался со скандала, который затеял Борода. Он выступил первым и спросил прямо, какого лешего ему пытаются составить конкуренцию в добыче рыбы? И нужны ли ещё городу услуги его группы, или им надо сосредоточиться на самообеспечении?

Слово за слово, и я понял, что с рынка Алтарного активно вытесняют не только нас с нашими инструментами… Ещё и Бороду с рыбаками, и Марину, чья группа занималась ткачеством, и даже группу «лесовиков», которая добывала древесину и хворост.

В общем, трудности были у многих, если не у всех. За время осады «кукушата» набрались ещё больше наглости и теперь захватывали рынок по всем фронтам. Но если раньше на совете их представлял, по сути, Ольша, то в этот раз мрачный Кукушкин представил нам некого Рябу — или Артёма Рябченко. Как успел шепнуть мне Витя, это был один из главных конкурентов Иваныча на лидерство в группе.

На все претензии других групп Рябченко ответил, что рынок в Алтарном свободный. И вообще, раз нас так легко выкинуть с этого рынка — значит, работаем мы плохо. Тут, правда, имелась маленькая проблема, на которую не преминул указать Борода: «кукушата», имея доступ к пластику, давно наловчились делать хорошие снасти, но никому их не продавали.

Эти обвинения были отвергнуты Рябченко с поистине королевским высокомерием. Он сообщил всем, что их группа, как основатели Алтарного, имеют привилегированное право на блага из Большого Алтаря. От таких слов прифигел даже Кукушкин, который играл желваками, но вслух не ругался.

Видимо, противостояние внутри «кукушат» начало входить в острую фазу… Поэтому я не присоединился к хору недовольных, а просто наблюдал за происходящим. Руководители групп скоро отступили, не выдержав долгого спора с Рябой. Не было у них ещё уверенности в своих силах, чтобы мериться ими с «кукушатами»…

Но раз скандал начался, то просто обязан был продолжиться! И как только Иваныч объявил об открытии месторождения железной руды и необходимости налаживать добычу, Рябченко тут же попытался наложить лапу на выгодное дело. Заявил, что «кукушата» и сами могут нанять добытчиков. Да и вообще, мол, металлургов надо перевести к ним из группы Семёна.

На бедного предводителя учёных смотреть было больно… Но я всё равно не стал лезть в спор, хотя тут даже Витя подключился, пытаясь объяснить Рябченко, что руда вообще находится не на территории города. И если уж разрабатывать важный ресурс, то всем вместе.

— Это ресурс Алтарного! — не выдержал Полкан.

— Мы и есть Алтарное! — тихо буркнул Рябченко.

Но я услышал… И многие другие услышали… Как-то уж очень тихо стало под навесом. Все снова замолчали, не зная, что и как цензурно ответить.

А я понял: настал мой звёздный час в политике! Ну или просто мне стало скучно, а я не люблю скучать… Валять дурака, даже словами — гораздо интереснее.

К тому же, я чувствовал, что за моей спиной — возмущение всего города. Поэтому верил, что найдётся немало тех, кто поддержит меня здесь и сейчас.

Но прежде чем я успел открыть рот, Иваныч предложил отложить вопрос с добычей и, таки, добрался до своих экспедиций. Стоило ему изложить суть вопроса, как я не стал ждать новой порции споров и честно возразил:

— Не! Хреновая идея, Иваныч!

— Почему? — уставился на меня мэр с видом «ну мы же договорились».

Правда, на меня это никак не подействовало:

— Я уже сходил в пару экспедиций… И чё-то мне не нравится результат! Короче, я — против. И сразу говорю: пас!

— О как! — удивлённо проговорил Кукушкин, глядя мне в глаза. — Объяснись!

Впрочем, в его взгляде читалось море веселья, а не обида или расстройство. Он, кажется, отлично понял, к чему я клоню.

— Я предлагаю увязать два вопроса: с экспедициями и с месторождением железной руды! — предложил я.

— А что! Идея! — согласился со мной Витя. — Мне кажется, они и вправду взаимосвязаны!

— Между ними нет связи!.. — недовольно рявкнул Рябченко со своего места.

— А я считаю, Иваныч, что кто девушку платит — тот её и танцует! — заявил я, оглядывая собравшихся. — Раз моя группа и группа Семёна открыли месторождение — нам и карты в руки.

— Не будет такого! — начал краснеть от возмущения Рябченко. — Мы сами разработаем месторождение!..

— Конечно, разработаете! — согласился я с улыбкой. — А как, простите, пойдёте к нему? Через перевал? Или напрямик вдоль реки?

— Тебя не касается! — буркнул тот, видимо, посчитав, что вопрос закрыт.

Наивный какой!..

— Наверно, всё-таки через перевал пойдёте… Длинным путём, — задумчиво проговорил я. — А мы, кстати, собираемся поставить факторию у озёр. Охотой заняться, ущелье сторожить…

— Хорошая мысль! — одобрил Иваныч. — Давно пора!

— И мы так подумали! Как раз у каньона удобное место! — согласился я.

— Ну тогда и мы напрямик будем ходить! — заявил Рябченко, но в этот раз настала моя очередь безапелляционных высказываний.

— Не будете! Вас там крокодиллы сожрут! — ответил я, а затем продолжил с тяжёлым вздохом: — И даже мы вас защитить не сможем…

— И через перевал вы ходить не будете! — неожиданно поддержал меня Борода. — Опасное место там, на перевале… Мы-то наловчились… А вот вам тяжко будет!

— Да я бы вообще на вашем месте из города не выходил! — включился в игру Витя. — Опасно там, за городом…

— А вы знаете! Я бы тоже производства из города вынес! — поспешно сказал Семён. — Особенно металлургические! Очень вредные! Да и моим товарищам полезно на свежем воздухе! Ценные мозги, понимаете, надо чаще проветривать…

— Так что… — прервал я этот парад суверенитетов. — …Надо бы всё-таки разработку месторождения городу поручить! У нашего мэра хороший опыт организации. И в экспедиции я готов ходить, только если город будет месторождения сообща разрабатывать. А не какая-то отдельная группа…

— И мы тоже! — согласился Семён. — А то ходишь, ищешь, работаешь… А тут приходят некоторые и присваивают результаты чужого труда.

— Так вот, да? — процедил Рябченко. — Ну что ж, раз хотите разрабатывать всем городом — то пожалуйста!..

На этом совете он больше ни слова не сказал. Сидел мрачный, насупившийся. Зло поглядывал на меня и, видимо, строил планы жестокой мести. Вот только отомстить ему мне было нечем! С рынка-то нас и без того почти выперли, оставив только продажу шкур и мяса. Но даже шкуры я больше не собирался пускать в свободную продажу…

Сразу после совета поймал Марину и договорился с ней об эксклюзивных поставках. Мы им все шкуры, которые нам самим не пригодятся, а они нам — скидку на свою продукцию и помощь в пошиве. Не то, чтобы нам сильно требовалась одежда: у нас девушки и сами кое-что умели. С другой стороны, мало ли что понадобится…