"Фантастика 2024-120". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - "NikL" - Страница 715

Места в капсуле почти не осталось. А поместиться мы должны были обязательно, иначе весь мой грандиозный план летел в помойку. Собственно, второй частью плана было уйти подальше от пещеры, а потом — ещё раз перенести к себе капсулу. И уже после этого, мне и Тане нужно было забиться внутрь. А Мелкому — добраться до Алтарного и вызвать капсулу обратно.

Триста баллов на все «покатушки». Но наш рачительный гопник весь извёлся, не желая их терять. Я бы с удовольствием вызвал свою капсулу, но она, к сожалению, была настолько приметной, что её временное отбытие вызовет немалый интерес. Особенно у тех, кому сейчас очень любопытны мои перемещения…

Дневник Листова И. А.

Сто семьдесят седьмой день. Пекло.

Если бы я не знал, что мы все проживаем где-то на уровне сороковой параллели — в жизни бы в это не поверил! Потому что такое пекло я даже на югах родной страны не могу припомнить… А за границей я и не бывал: визы получить было почти нереально, билет на самолёт стоил, как сам самолёт — и вообще международный туризм давным-давно на всей планете умер.

Солнце только показалось над горизонтом, но жарило так, что сразу становилось понятно: день будет жарким. И только облачка, показавшиеся вдали, намекали, что иногда тут всё-таки идут дожди. В общем, первые дни на этой планете, когда ранней весной было холодно и снежно, теперь казались какой-то невероятной фантастикой.

А тут ещё наша учёная начала жаловаться на погоду… А, кроме того, предлагала прямо на ходу менять план, чтобы не отходить от пещеры так далеко, как мы планировали. И плевать ей было и на мою, и на свою безопасность! Равно как и на капсулу Мелкого.

В общем…

Погода была прекрасная! Принцесса была ужасная!

И два трудовых человека вынуждены были терпеливо сносить капризы и той, и другой… Иногда — молча. Иногда — огрызаясь. Потому что душа требовала ответить.

— Ну невозможно же ходить по такой жаре, мальчики!..

— Ша! Она опять начала! — хмуро буркнул Мелкий.

Я был, откровенно говоря, с ним согласен. Конечно, я не отличался таким широким кругозором, как наш гопник, в чьи интересы входила тысяча тем: напитки, футбол, хоккей, бабы, грабёж дронов, халява, напитки, бабы, хоккей, халява, грабёж дронов, напитки… И, нет, темы не повторялись никогда! Каждая была уникальна. В общем, я в интеллектуальном плане как раз больше соответствовал Тане…

…Но даже меня её нытьё начинало утомлять! Однако понять девушку было можно. Краткий опрос показал, что ей и без того хреново после удара по голове. А, помимо этого, она же на свидание шла — значит, голодной. Да и запаса воды у неё не было, а в пещере её не успели ни накормить, ни напоить.

Короче, причины для недовольства у Тани имелись. И я даже готов был ей посочувствовать, если бы она просто молчала!..

— А у вас вода ещё осталась? — жалобно спросила Таня.

— Нет, ты всё выпила! — отрезал Мелкий.

— Жопа! — опустилась до нашего уровня эта, несомненно, образованная девушка.

Мы двигались в сторону Пущи, всё дальше и дальше забирая на запад. И я впервые обратил внимание на то, что всё вокруг медленно меняется. Всё меньше было зелёного, ярко-оранжевого и фиолетового, и всё больше преобладали грязно-жёлтые, бурые и серые цвета.

Я не был большим любителем природы на Земле, но тут даже городской житель заподозрит неладное. И либо вокруг нас начинается засуха… Либо лето стремительно двигалось к своему логическому концу. И пекло вокруг было не разгаром жары, а предвестником скорой осени.

Сто семьдесят семь дней!.. Сколько длится год на этой планете? По словам СИПИНа, он похож по продолжительности на земной. Предположим, что год длится от трёхсот до четырёхсот дней. Это вполне можно назвать «похожим на земной год». Даже в самом длинном варианте из предложенных — середина года не за горами.

Если год брать именно земной, то у нас уже должна была наступить осень. Но если смотреть на окружающую природу — всё-таки дело, скорее, к финалу лета. Эдакий конец июля, начало августа. А ведь мы ещё до сих пор не разработали календарь! А это ведь тоже достижение! Покруче, чем открытие всяких месторождений.

Мы даже сутки определяем примерно — то есть, на глазок. Впрочем, я точно знал: сутки здесь короче. И не потому, что как-то высчитал. Просто мои биологические часы подсказывали, что часа-двух в день мне явно не хватает. Наверное, найдутся те, кто посмеялся бы и сказал, что это слишком субъективное восприятие действительности…

Но мне хватит и такого. Рад буду ошибиться. Но если я прав, то вообще не удивлюсь. Тем более, уже все кому не лень заметили, что с определённого момента дни становились всё короче.

— Я тут умру… — трагическим голосом оповестила нас Таня.

И, предусмотрительно выбрав валун поровнее, картинно упала на него. Прямо как барышни прошлых веков на руки благородным господам.

В принципе, получилось красиво… Мы с Мелким, во всяком случае, обязаны были пустить слюну на красивые девичьи формы, распластавшиеся по валуну.

Но тут такое дело… Если уж собрался куда упасть на незнакомой планете — сначала стоит потыкать в это место палкой.

Валун резко дёрнулся. Молниеносно отрастил короткие членистые ножки, а затем выпростал из-под себя две конечности с клешнями — и резво повернулся к нам… В общем, к ногам и клешням прилагалось ещё отверстие в панцире. Как раз там, где у нормальных живых существ торчит голова.

А у этой неведомой зверушки торчала трубка. Заканчивалась она отверстием, по краям которого виднелись кривые манипуляторы. Видимо, чтобы удобнее было подпихивать добычу внутрь.

Таня завизжала, немедленно вернувшись в сидячее выражение. Однако на удивление быстро оценила диспозицию и замерла на месте, испуганно подтянув ноги к груди. Одна из клешней «валуна» тем временем медленно раскрылась и навелась на девушку. А я и Мелкий всё ещё пытались прийти в себя: внезапно как-то вышло… Давненько я не встречал движущихся камней и их дальних родственников.

Спас положение, как обычно, Русый. Пока мы шли, он где-то шарился по округе. А вот на визг явился незамедлительно.

При этом двигался он почему-то боком, поджимая переднюю лапу к груди и тоже повизгивая. Но никаких ран на нём видно не было. Похоже, он просто снова нашёл, чем упороться от скуки. И теперь существовал в воображаемой реальности, которая хоть и соприкасалась с нашей — но лишь частично…

От вида моего питомца все, прямо скажем, офигели. Даже «камень на ножках»: всё-таки не каждый день можно увидеть бестию, которая изображает из себя одновременно краба и кенгуру.

Правда, даже в таком малоадекватном состоянии Русый верно оценил свои шансы на победу. И резко изменил курс, собираясь проскакать боком мимо потенциального врага. А тот начал поворачиваться вслед бестии. Чем открыл мне и Мелкому бок, а заодно щель двух сегментов панциря — ну и торчащие из щели ноги.

Вот туда-то, в щель, Мелкий и умудрился всадить все шесть пуль из револьвера, прежде чем я успел снять с плеча винтовку. И какая-то из пуль, вероятно, зацепила какой-то важный нервный узел. Местный крабокамень затрясся, а потом резко подпрыгнул, сбрасывая со спины девушку.

Забив на винтовку, я кинулся ловить учёную: уж больно хорошо и высоко она полетела. И не факт, что не сломала бы шею, приземлившись. А ведь на этой шее — полезная голова. Хоть там, внутри, и одна ботаника, но и она нам на дикой планете очень пригодится!..

А Мелкий, не веря в свою удачу, принялся перезаряжать револьвер. В то время, как краб упал на спину, судорожно задёргав ногами и клешнями.

Таню я поймал… Не скажу, что красиво — как те самые благородные господа из прошлого. Зато эффективно: не дал ей долететь до земли. Мелкий как раз успел перезарядиться, Русый — скрыться в траве, а краб — издохнуть.

Однако даже в дохлом виде он вызывал у Тани лютый ужас. И как только я сгрузил её на землю, девушка сразу же взвизгнула и спряталась за мной.

— Что э-т-то? — дрожащим от ужаса голосом спросила она.