Старость не радость, или замуж не напасть (СИ) - Скай Даяна - Страница 65

— Ладно, только рта не раскрывай!

— А как же я есть буду, — округлила глаза Софка.

За столом Софка, подперев щеку, вяло ковыряла ложкой поставленную перед ней кашу. В тарелку она не смотрела, ее хитрые глазки были прикованы к нам с Кощеем. Она ловила каждое движение, каждый взгляд, каждое слово, и улыбалась, когда замечала что-то отдаленно похожее на романтику.

Я ела с аппетитом. Наконец-то я могла быть относительно спокойна. Богатыри были живы, они успели подойти к скале, на которой возвышался замок. Кощей обещал встретить их и перенести сюда после завтрака, заверив меня, что вреда ему они причинить не смогут. Останется только убедить их, что это Мирослава редкостная дрянь, а Кощей — душка. Потом придумаем план по спасению избушки и Гришки. Может, и Мирославу получится свергнуть.

Мои размышления прервало появление высокого бородатого мужика. Он спешно пошел к Кощею и что-то шепнул ему на ухо. Кощей переменился в лице и поднялся из-за стола. Я тоже подскочила, испуганно пискнув:

— Что случилось?

— Гости у нас. Нежданные. Ешь. Я разберусь.

Подавив порыв бежать за ним, я села на свое место.

Воспользовавшись моментом, что Кощей ушел, ко мне поспешила Аглая, лично прислуживавшая нам за столом.

— А чего это ты не сказала, что с господином нашим дружбу водишь? А я тебя, дура старая, заставляла полы драить да сковородки чистить! — затараторила она, подливая мне квас.

— Ты не старая, Аглая! — успокоила ее.

— Но дура ведь! А что будет, когда хозяин узнает, что я батрачить тебя заставляла?

— Меньше говорите об этом, он и не узнает.

Мне хотелось, как можно быстрее отделаться от женщины. Все думы сейчас были заняты тем, кто же явился к Кощею, потому сидела, как на иголках.

Издалека послышались мужские голоса, и вскоре в обеденный зал вломилась шумная толпа.

Вместе с Кощеем, сурово стояли Илья и Добрыня. Рядом довольно скалился какой-то бомжеватый мужик, весь заросший, всклокоченный в грязной рванине.

— Царевна нашлась, — пораженно ахнули богатыри, уставившись на Софку.

На меня они не обращали внимания, до тех пор пока я как ужаленная не подскочила из-за стола и не бросилась к ним.

Первым отмер странный мужик и бросился мне в ноги, целуя подол платья.

— Благодетельница! Предсказательница! Всё верно сказала! Всё сбылось! — возопил он.

Я стояла статуей и не знала, что делать с этим юродивым. Бросила растерянный взгляд на Кощея, но он лишь пожал плечами.

Между ног Ильи юркнул кот. С минуту он смотрел на меня, не мигая, а потом разразился тирадой:

— Мы ее оплакиваем всю дорогу, а она уже тут! Яблок молодильных нажралась и на харчах Кощеевских жирует! А мы в пустыне на солнце жарились, ни пивши, не евши, вырывать из лап Кощеевых ее думали, а она тут сидит в холодочке и в ус не дует!

— Яга? — в один голос воскликнули Добрыня и Илья. Юродивый даже прислушался, подол теребить перестал.

— Ага! — уперев руки в бока, ответила я.

Юродивый платье из рук выпустил, на ноги поднялся и, глядя в упор, произнес:

— Так вот, откуда тебе о моем прошлом ведомо было! Сама меня сожрала, мне же об этом и рассказала!

— Алеша? — пришла моя очередь удивляться. — Изменился-то как, — произнесла я, отступая назад. Мало ли, вдруг ему придет в голову поквитаться со мной.

— Изменишься тут. Я три года по пустыне ходил, товарищей искал!

— Сочувствую, — пробормотала я. — Точная дата прибытия твоих товарищей известна мне не была. Так что не виновата я.

— А то, что схарчила меня за милую душу, тоже не виновата? — Алеша угрожающе приближался.

— Алексей! — рявкнул Добрыня.

— Технически то была не совсем я, — я продолжала пятиться, пока не уперлась спиной в грудь Кощея. Как он умеет так быстро перемещаться?

На плечо легла твердая рука любимого.

— Она права, — тоном, не предполагающим возражений, сказал Кощей. — Можно считать, что Яда другой человек. И она не несет ответственности за прошлые поступки Яги. Более того, Яда несколько раз выручала меня.

Понятно, Кощей Бессмертный не может сказать, что я его спасала от смерти. Какой урон его репутации!

Однако даже этих слов было достаточно, чтобы вызвать уважение у богатырей. Алешка так вообще воззрился на меня с восхищением.

— Да, если бы не она, блуждать бы вам, братцы, у скал в поисках входа в замок целую вечность.

— И то верно, — согласился Илья.

Знали бы они, что мы с Кощеем их и так нашли бы, благодарности поубавилось бы. Особенно у Алешки, который скитался три года по пустыне. Поэтому я и не подумала их переубеждать.

— А мы накинулись на нее, как звери, — нахмурившись, сказал Добрыня. — Даже не удосужились спросить, как она. Видно, хорошо птицы ее потрепали. Живого места не осталось, даже шея вся синяя.

Я стыдливо прикрыла шею рукой. Сзади послышался сдавленный смешок Кощея.

— Спасибо за заботу, Добрыня. Я себя чувствую гораздо лучше. Здесь обо мне хорошо позаботились. Встать с постели не давали, — я незаметно ткнула Кощея локтем.

— Оно и правильно, — согласился Илья. — Ты скажи нам, как ты так изменилась? Похорошела. Выспалась, что ли?

— Молодильные я-я-яблоки, — протяжно заскулил кот.

— Никакие не яблоки! — возмутилась я. — Помолодела, потому что добрые дела делала. Сам же говорил про этот способ!

— Неужели сработало?! — Баюн аж на хвост присел. — Во-о-от, а ты мне не верила!

— Есть же на свете чудеса! — покачал головой Илья. — А ведь спасла ты нас, Яга, от птиц Могол, благодарны мы тебе по гроб жизни будем. Давай хоть обнимемся в знак того, что нет более меж нами разногласий, — он распахнул объятья и направился было ко мне, но Добрыня остановил его.

— Не все оценят твой жест, — положив ладонь на плечо друга, сказал он. Смотрел при этом поверх моей головы. Неужели Кощей как-то выразил недовольство?

Алешка тоже бросился ко мне, но, увидев вскинутую в повелительном жесте руку Кощея, остановился и попытался отшутиться:

— Не в том мы виде сейчас, чтоб обниматься. В баньке бы попариться, а вот потом...

— А вот мне обниматься можно, — пронзительно мяукнул Баюн, — я только что вылизывался.

С разбегу он вскарабкался по моему платью, оставляя жуткие зацепки, устроился на моем плече и замурлыкал.

— Ну раз уж мы все выяснили, предлагаю дорогим гостям попариться с дороги, а потом уж подумаем, что дальше делать.

Против такого решения никто не возражал.

Пока друзья парились в бане, на кухне царила неимоверная суета. Кощей распорядился угостить богатырей по высшему разряду. Крутилось мясо на вертеле, кипели соусы в кастрюльках, стучали ножи поварих, нарезающих овощи. Хотела я тоже чем-нибудь помочь, да меня прогнала Аглая. Сказала — негоже хозяйке руки марать. Интересно, что им такого сказал Кощей, что прислуга на меня теперь смотреть боялась?

От нечего делать я завалилась на оттоманку в гостиной и развлекалась беседой с Софкой. Царевну интересовало всё, что происходило со мной в Зазеркалье. Многое я ей рассказала, что-то утаила.

Больше всего ее восхитил полет на Буране и то, как я вытребовала от Алешки обещание найти богатырей. Девчонке было невдомек, что из-за меня человек три года в пустыне зазря проторчал.

Стол накрыли богатый, даже у меня слюнки потекли, стоило мне войти в обеденный зал. Богатыри уже сидели на лавках — с красными после бани лицами, в чистых нательных рубахах. Алешка успел побриться и подстричься и теперь выглядел молодцем хоть куда. Молоденькие служанки с интересом посматривали на него и мило краснели, когда он к ним обращался.

Мне было отведено место по правую руку от Кощея. Как только я подошла, он поднялся и отодвинул для меня стул. Интересно, где он научился хорошим манерам?

Я плавно, с лебединой грацией, присела на мягкое сидение, а Софка с грохотом плюхнулась рядом со мной и тут же стала выискивать глазами сладости.

Богатыри ели с достоинством, будто и не голодали в пустыне. Я же ни в чем себе не отказывала, накладывала в тарелку всё, до чего могли дотянуться руки. А до чего не могли, мне передавали по моей просьбе.