Амазонка (СИ) - Золотарева Елена - Страница 51

— Он заметит! Там вся система управления!

В том крошечном подвальном помещении? Оно больше похоже на гараж моего дедушки, до верху забитый старинным хламом, который тот собирался починить когда-нибудь. Ну была там пара невероятных штуковин непонятного предназначения, но не может ведь человек уследить за всем сразу!

— Эсми! Я знаю, о чем говорю! Он заметит нас, как только мы перешагнем порог.

— Что ты предлагаешь?

Адреналин, бурлящий в крови не оставлял шансов успокоиться. Меня так и распирало поскорее начать хоть что-то делать.

— Запрем его! — гениальная идея возникла сама собой, — там нет запасного выхода! — коморка находилась в конце узкого коридора, к тому же в самом низу лестницы. Если мы подопрем дверь снаружи, он самостоятельно не сможет выбраться.

— Может, попробуем уговорить его? Все же запирать человека в подвале как-то не гуманно.

— Не гуманно лишать меня выбора, что делать и как себя вести!

Я уверенно зашагала в сторону коморки, попутно вспоминая детали интерьера, которые помогли бы реализовать наш план. И выбор пал на кресла, стоящие у самого прохода. Их не нужно далеко тащить, иначе скрежет ножек по полу привлечет внимание Маркуса. Немного приподнять и толкнуть вниз. Просто нужно решиться.

— Ох, — виновато выдохнула Дария, — мне кажется, это слишком.

— У тебя есть другие предложения? Может, хочешь его отвлечь другим способом? — понимая, что я намекаю на романтические искорки, периодически возникавшие между ними, Дария смущенно скривилась, — или, может, у тебя есть какой-нибудь усыпляющий газ?

— Нет и нет! — она обреченно вздохнула, принимая мой план с креслом, и приготовилась помогать.

Вдвоем мы не без труда приподняли тяжелое кресло. Даже крякнули одновременно, но вовремя закрыли рты, чтобы Маркус не застукал нас раньше времени, и пыхтя, поднесли его к краю лестницы.

— Раз, два, три!

Громадина проскользила вниз около метра, цепляясь ножками за ступени, и накренившись, застряла в узком проходе.

— Кто там? Эсми? — взбудораженный крик Маркуса из-за закрытой двери не предвещал ничего хорошего, — Дария? Это вы?

Дверь приоткрылась, и я поняла, что у меня есть секунда, чтобы остановить этого человека. Ничего не соображая, я пнула ногой застрявшее кресло, и оно, грохоча, за секунду скатилось вниз, захлопывая приоткрытую дверь.

— Эсми! — крик Маркуса подстегнул меня, и я, взметнувшись наверх, зацепила еще одно, и с помощью Дарии оно отправилось вслед за первым.

— Он нас убьет…— холодно констатировала соучастница преступления.

— Прекрати, Эсми! Сейчас же! — он пытался вышибить дверь, запертый изнутри, но сваленная в кучу мебель плотно держала ее.

— Маркус, прости! Но я не могу сидеть здесь, пока меня и Императора беспочвенно обвиняют.

— Ты и правда женщина-воин! Эсми, не дури!— неожиданно грохот прекратился, что насторожило нас, но времени строить предположения не было. Нужно срочно бежать.

— Прости! — я искренне раскаивалась в своем поступке, но по-другому никак.

— Ты не сможешь улететь. Только что я заблокировал кропы! Ты не взлетишь!

Испуганные глаза Дарии отражали темноту, но блеск азарта придавал этой черноте огня.

— На самом верху нет защиты. Взлетим оттуда, — Дария рванула к выходу, не желая терять ни минуты.

— Откуда?

— С вершины скалы! Там был кроп, я видела, когда помогала готовить вашу помолвку.

— До нее добираться час! — на спине Дора, конечно, значительно быстрее, да и без физических перегрузок.

— Мы можем остаться и заняться разбором завалов, — Дария остановилась в дверях, ожидая ответа от меня – той, которая заварила эту кашу, а теперь ищет путь полегче.

От понимания, что я готова сдаться из-за какой-то мелочи, мне стало стыдно, но именно это придало сил двигаться дальше.

Хватило этого запала, правда ненадолго. К середине пути я с трудом переставляла ноги, задыхаясь от нехватки кислорода. Еще и ночной ветер так и норовил снести нас с узкой тропы.

— Что там говорят ученые, когда второе дыхание открывается? — я была готова умереть от усталости, мне даже говорить было трудно.

— Кажется, — хватая воздух прохрипела Дария, — мы и его уже использовали…

Взбираясь на вершину, мы прошли все стадии принятия неизбежного. И именно смирение помогло преодолеть нам последние метры этих ЧЕРТОВЫХ СТУПЕНЕЙ!

Подползая к кропу на дрожащих ногах, огненная боль в которых сменялась на онемение, я истерически смеялась, мысленно награждая себя медалью «За слабоумие и отвагу!» Вот уж действительно…

Внутри холодный кроп показался самым теплым местом на свете. Ледяные капли, наконец, не хлестали по лицу, порывистый ветер не пронизывал насквозь, и мышцы могли расслабиться, потому что больше не было необходимости цепляться за скользкую породу скалы, чтобы не сорваться вниз.

— Думаешь, Маркус уже сообщил о нашем побеге? — лежа на полу, раскинув руки в стороны, Дария повернула голову ко мне и засмеялась.

— Даже не думала об этом!

Мы были так увлечены покорением вершины, что о таком банальном препятствии даже не подумали. Серьезная ошибка.

— А вот я предполагаю, что к нам уже летит группа перехвата. Поэтому, если я хочу почувствовать себя настоящим пилотом, нам нужно поторопиться.

Бубня под нос ругательства, хватаясь за колени, поясницу и шею, опираясь на приборную панель, Дария рухнула в кресло, потянула на себя ремень безопасности с таким трудом, будто другой его конец оттягивал огромный лигр, и дрожащими пальцами нажала кнопку запуска системы.

65. Совсем чокнулась!

Свободой мы наслаждались недолго. Нас обнаружили спустя несколько минут после взлета. Сначала я услышала невнятное бормотание внутри моей головы, и не успев понять, что это Дор и Шанго пытаются вправить мне мозги по нашей особенной связи, как на мониторе высветились их взбешенные лица.

Они пристально смотрели в мои глаза, не произнося ни слова, а мне хотелось исчезнуть, осознавая, какую глупость сотворила. Впервые за долгое время я от одного только осуждающего взгляда почувствовала себя виноватой. Надо же, раньше, до встречи с ними, мой бунтарский дух такое противостояние только подстегнуло бы. Но теперь мне хотелось опустить голову и преданно смотреть, как собака смотрит в глаза хозяина, если нашкодит.

Нравлюсь ли я себе такой? Определенно да! Есть в этой слабости нечто особенное. Я никогда не боялась ответственности, легко принимала даже самые трудные и неоднозначные решения, но тогда я была одна. А сейчас, видимо, женское нутро все же рвется наружу. Мне хочется выдохнуть и…приготовить борщ.

Совсем чокнулась! Борщ!

Разочарованно покачав головой, Дор перевел взгляд на Дарию, и та, покраснев, виновато опустила голову.

— Ну ты-то куда?

— Это я ее заставила! — я вышла на передний план, загораживая собой девушку. Она хоть и не особенно препятствовала моим планам, но зачинщиком этого безобразия была все-таки я.

— С тобой мы потом поговорим! — рявкнули мужчины в один голос, и я невольно зажмурилась, втягивая шею, — Дария, сейчас ты передаешь управление борту 500-11, ясно?

— Ясно, — поджав губы, ответила она, и набрала команду.

Ее щеки стили пунцовыми, взгляд растерянным и загнанным, губы задрожали. Мне казалось, девушка вот-вот расплачется. И от этого мое чувство вины росло. Зря я втянула ее. Еще и Маркус, запертый в коморке. Как я ему в глаза смотреть буду? Поступила как идиотка.

Не смотря на мои предположения, до самого дома Императора мы летели порознь. Дор и Шанго не стали ни стыковаться с нами, ни забрали нас к себе. Летели немного опережая нас. И сделали это нарочно. Чтобы я, как преступник под конвоем, прочувствовала свой провал до конца, понимала, что даже если они не рядом, я под их неусыпным контролем.

— Дария, почему я счастлива от того, что нас нашли? Я сумасшедшая, да?