Сладость или гадость - Коттон Л. А. - Страница 1

«Сладость или гадость»

Л.А. Коттон

Книга 0,5

Серия: «Университет Стейнбека»

Переводчик: https://t.me/slr_books

Что вы найдете у нас?

– Зарубежные СЛР 18+ [СЛР – это современный любовный роман];

– Цитаты и визуал к рекомендуемым историям;

– Буктрейлеры и юмористические видео с тематикой книг;

– Переводы;

– Нашу интерпретацию книжных обложек;

– Файлы советуемых книг.

Чего у нас нет?

– Авторов стран СНГ;

– Историй с повествованием от третьего лица;

– Слэш/фемслэш, фэнтези, исторических романов и подобного.

Будем рады новым книжным друзьям <3

Аннотация

Каллиопа Джеймс предпочла бы прожить жизнь через объектив, чем быть в центре внимания.

Поэтому когда девушка неохотно соглашается пойти со своей лучшей подругой на вечеринку, она не ожидает, что окажется по другую сторону фотокамеры.

Закари Мессия покинул школу Бэй-Вью, не сказав ни слова.

А теперь вернулся.

Он не тот мальчик, которого она помнит. Но она совершенно точно та девушка, которую он так старался забыть.

Им следует держаться подальше друг от друга.

Но сегодня Ночь Дьявола... и вечером даже хорошие девочки могут поддаться искушению перейти на темную сторону.

Глава первая

– О, боже мой, – Мэдисон выскочила передо мной, когда я выходила из класса. – Угадай, что я услышала?

– Выяснилось, что Земля на самом деле плоская?

– Нет, – она ухмыльнулась, делая большой глоток своей вишневой газировки. – Попробуй еще раз.

– Тупак не умер?

– Неправильно.

Я постучала пальцем по губе для большего эффекта.

– Тилли Майерс на самом деле девственница и не спала летом с половиной футбольной команды?

Мэдисон фыркнула:

– Мы все знаем, что Тилли любит члены игроков.

Она не ошиблась.

Футбол. Баскетбол. Волейбол. Не имело значения. Если парень носил футболку одной из команд, он был легкой добычей для главной суки школы Бэй-Вью.

– Ладно, – подыграла я. – Сдаюсь.

Мы остановились у моего шкафчика, чтобы я могла сменить несколько учебников. Был уже конец октября, и выпускной год надирал мне задницу. Мой средний балл был хороший, но все равно нужно было подать заявление, если я рассчитывала, что меня примут в программу, в которую мечтала попасть.

– Зак Мессия в эти выходные будет в городе. Амелия узнала это от Брендона, который узнал от своей мамы, что он собирается на вечеринку в честь Ночи Дьявола.

Я застыла при упоминании его имени, мое сердце остановилось, и я судорожно вдохнула. К счастью, моя голова все еще была в шкафчике, так что Мэдисон не могла видеть моего лица. Потому что я знала, что оно меня выдаст.

– Он здесь? – я взяла себя в руки и закрыла дверцу. – Мило.

Ее бровь приподнялась.

– Мило? Это все, что ты можешь сказать? Калли, да ладно тебе. Это же Зак.

– Что ты хочешь, чтобы я сказала?

Закари Мессия был моим прошлым, где ему самое и место. Не имело значения, что мое сердце забилось немного быстрее, а мое тело ожило при упоминании его имени. Это был просто гнев. Глубокое чувство предательства, которое я все еще испытывала по отношению к мальчику, пообещавшему мне весь мир, а затем выбившему почву у меня из-под ног и смотревшему, как я падаю, как будто это ничего не значило.

Как будто я была никем.

Так что да, это все, что я могла сказать. По мне, так пусть Зак Мессия сгниет в аду.

– Я думала, что ты будешь более... Ну, не знаю... заинтересована? – она бросила на меня настороженный взгляд.

– Зак не был частью моей жизни почти два года, – проклятье. Тот факт, что я вспомнила об этом, вывел меня из себя.

– Я знаю, – выражение ее лица смягчилось. – Я просто подумала... ладно, неважно.

– Только не говори мне, что ты все еще переживаешь за нас? – боже, она была таким безнадежным романтиком.

– Но вам, ребята, было так хорошо вместе.

– Да, пока он не стал мистером популярность и не решил поиграть с крутыми детками.

Вместо странной заклейменной девочки. Девочки, которая предпочитала фотографировать, а не быть на фотографиях.

У меня всегда была странная тяга к фотографии, я наблюдала за жизнью через объектив. Дети дразнили меня из-за этого. Но не Зак. Он сказал, что это делает меня интересной.

Он сказал, что наши надежды, мечты и страсти делают нас особенными.

Он сказал, что я особенная.

Пока однажды я не перестала быть таковой.

Я до сих пор не знаю, что произошло. Я училась в десятом классе, а Зак в одиннадцатом, и весь мир был у наших ног.

А потом все изменилось.

Вот так просто Зак отверг меня, как будто я была ничем. И он жил на всю катушку, пока меня покрывала тень.

Затем я перешла в одиннадцатый класс, а Зак со своей семьей уехал.

Позже я узнала, что он заработал достаточно баллов, чтобы досрочно окончить школу раньше на год, и отправился в университет играть в баскетбол.

С тех пор я его не видела и ничего о нем не слышала.

Закари Мессия был просто еще одним человеком в длинной череде парней, которые бросили меня.

Так что нет, я не была заинтересована в том, что он будет на ежегодной вечеринке Ночи Дьявола.

Ни капельки.

Я никогда не умела врать.

_______

– О, смотрите, это же Клик, – Тилли обратилась ко мне, ухмыляясь, в то время как ее друзья – они же Клоны – хихикали, когда я проходила мимо их столика в столовой.

– Это звучало глупо, когда мы были в восьмом классе, – сухо сказала я. – Сейчас это звучит просто жалко.

– О, извини, – она схватилась за грудь и изобразила удивление. – У меня в запасе изобилие оскорблений, хочешь услышать что-то другое?

– Изобилие? – съязвила я. – Кто-то снова читал словарь?

– Я знаю, что значит «изобилие», Калли.

– Я уверена, что ты знаешь, Тилли.

– Ты такая чертовски раздражающая. Неудивительно, что у тебя нет друзей.

– Ты действительно достала сегодня все свои козыри.

– Неважно, – пробормотала она, прежде чем переключить свое внимание на своих Клонов.

Я улыбнулась про себя, пробираясь между столиками, чтобы присоединиться к очереди на обед. Было время, когда слова Тилли могли бы причинить мне боль. Но нам уже не по тринадцать, и я наконец поняла, что предпочла бы быть немного причудливой, немного странной девушкой с камерой, а не скучной сукой.

– Вот ты где, – догнала меня Мэдисон. – Неужели я видела, как Тилли снова выплескивала на тебя дерьмо?

– О, не знаю. Я научилась получать удовольствие от наших словесных перепалок, – я добавила на свой поднос сэндвич и яблоко.

– Я не пропущу это, – ее нос сморщился, когда она осмотрела менее аппетитные варианты обеда.

– Семь месяцев, – не то чтобы я считала.

– А потом свобода, – сказала она, улыбнувшись. – Хотя я все еще не могу поверить, что ты подаешь заявление в СУ1.

– Я не позволю своему брату диктовать, где я могу или не могу учиться. Я всегда хотела учиться в Стейнбеке.

У них была отличная программа по фотографии и искусству, одна из лучших в штате.

– Я знаю, – вздохнула Мэдисон, – но не будет ли странно находиться в кампусе с Каллумом?

– Он даже не узнает, что я там, – за исключением странного напряженного телефонного разговора и обязательного текстового сообщения на день рождения с пожеланиями счастливого праздника, мы с братом не разговаривали почти три года.

Каллум Джеймс был крутым парнем.

Одна из восходящих звезд Университета Стейнбека.

Он жил с моим отцом в Стейнбеке, а я жила с мамой здесь, в Бэй-Вью.