По дороге к высокой башне. Часть третья (СИ) - Будилов Олег - Страница 9

Леса за западной стеной я знал не так хорошо, как в окрестностях старого храма, поэтому то и дело останавливался, чтобы определить направление по солнцу и известным мне ориентирам. Несколько раз я едва не сбился с дороги, но скоро выбрался на берег приметного ручья и пошел вдоль него. По моим расчетам до Таруса оставалось совсем недалеко. Где-то поблизости должна была проходить одна из дорог, которая огибала город с юга, а уж по ней-то я доберусь до поселения в два счета. Березовая роща сменилась темным ельником, и я прибавил шагу.

Неожиданно впереди раздался короткий вскрик и шум какой-то возни.

— Смирно стой, муравей, а то башку откручу, — рявкнул кто-то невидимый.

— Отпусти, отпусти, — заголосили за кустами.

Кто-то опять вскрикнул и совсем рядом раздался треск, словно в пылу драки разорвали чью-то рубаху.

Недолго думая я потянул из ножен меч. Мало ли кто выясняет отношения в лесу. Может это деревенские что-то не поделили или местные разбойники грабят беззащитных путников. Незачем бежать на шум борьбы сломя голову, но и оставлять людей в беде не годится. Впереди за деревьями мелькнул широкий просвет, и я ускорил шаг.

На небольшой поляне толкались двое — взрослый бородатый мужик и подросток. Сначала я решил, что передо мной отец с сыном, но потом понял, что это не так. Чуть в стороне стояли два молодых парня, у них под ногами лежал объемный тюк, а рядом скорчился на земле какой-то старик. С того места, где я стоял было не разобрать, что случилось с дедом. Крови видно не было, но он лежал неподвижно, словно был оглушен или убит.

— А ну, чего шумите, — сказал я, выходя на свет.

Мужичок от неожиданности выпустил мальчишку и повернулся ко мне. Вид он имел не столько грозный, сколько забавный. Несмотря на преклонный возраст, ростом он был не больше подростка, с которым сцепился, видимо, поэтому и не смог сразу выйти из схватки победителем. Оказавшись на свободе, мальчишка отскочил в сторону, вытирая ладонью кровавые сопли, и неожиданно заголосил высоким противным голосом, — помоги, господин, помоги! Грабят нас.

Оглушенный этими истошными воплями бородач отступил к застывшим у края поляны парням, словно ища у них поддержки и защиты. Молодцы, удивленные моим появлением, остались стоять на прежнем месте, и только один из них повел могучими плечами и сказал без всякого почтения, — шел бы ты отсюда, уважаемый.

Похоже, этот парень считал себя в банде главным. Ростом и статью он действительно отличался от остальных и был видимо не дурак подраться.

Никакого оружия у него я не заметил, но это еще ничего не значило, сейчас как вытянет из-за пазухи кистень, так мало не покажется.

— Сам пошел отсюда, — сказал я, — и дружков своих забирай.

Другой на месте разбойника давно бы все понял и постарался поскорее скрыться за деревьями, но парня ввела в заблуждение моя молодость и новая одежда. Похоже, он решил, что имеет дело с зарвавшимся богатым юнцом, справиться с которым будет нетрудно. Конечно, простолюдины старались не ввязываться в драку с дворянами, но, что скрывать, во все времена среди знати было достаточно тех, кто носил меч не для боя, а для красоты. Наличие дорогого оружия еще не делает из человека воина.

Похоже, боевого опыта парню было не занимать. Он не стал тратить время на пустые разговоры, а одним резким движением вытащил из-под куртки короткий тяжелый тесак и двинулся на меня.

— Ну, что, дворянчик, — выдохнул он, — конец тебе.

Судя по всему, парень привык рассчитывать только на грубую силу. Он налетел на меня словно ураган. Наверно для того, чтобы сильнее напугать меня он взмахнул перед собой клинком несколько раз, описав в воздухе замысловатые круги — довольно примитивный прием, который может подействовать только на не опытного противника. Заманивая его к краю поляны, я быстро отступил назад, и молодой разбойник окончательно потерял всякий страх. Он шагнул вперед, одновременно отводя руку назад и вверх для удара.

Уж не знаю, что он собирался изобразить — ударить меня по голове или перерубить ключицу, но в тот момент, когда разбойник уже предвкушал победу, я сделал широкий шаг ему навстречу, выбросив далеко вперед руку с мечом. Мелькнувший в воздухе клинок пронзил живот здоровяка. Коротко всхлипнув, главарь выронил тесак, схватился руками за торчащий из тела меч, словно хотел вытолкнуть его прочь, но в следующий момент я и сам отступил, одновременно выдергивая клинок из раны. Бандит закричал тонко и жалобно, и повалился на землю, а его дружки недолго думая бросились прочь, не разбирая дороги и ломая кусты. Следующим ударом я прекратил мучения раненного разбойника.

Теперь на поляне остались только мы с мальчишкой и лежащий на земле крестьянин. На наше счастье старик оказался жив, только оглушен.

— Чем это его? — спросил я у мальчишки, осмотрев раненного.

— Палкой вроде, — шмыгнул носом подросток, — я даже и не понял толком. Они спросили, как в город пройти и давай сразу бить.

Я удивленно огляделся по сторонам.

— Вы, что здесь на поляне столкнулись?

— Почему на поляне, — в свою очередь удивился мальчишка, — тут же дорога в дух шагах, — он ткнул рукой куда-то мне за спину, — они нас вон там схватили и сюда притащили.

«Ну, понятно, — подумал я, — встретили путников на дороге, напали и оттащили в лес, чтобы случайным прохожим глаза не мозолить».

— А шли куда?

— В тюрьму, — всхлипнул мальчишка.

— Куда? — не понял я.

— Отец мой в остроге сидит за недоимки, — пояснил мальчишка, — так мы его выкупать шли. Денег скопили немного и зерна. Рассчитали, вроде должно было хватить, а теперь уже и не знаю.

— Почему?

Мальчишка показал на мертвого бандита.

— Так он все деньги забрал.

Старик застонал и завозился на земле.

— Ну, так забери их обратно, — я пожал плечами и склонился над раненым. Похоже, ударили его не палкой, а чем-то посерьезней. Череп не пробили, но рана на голове была довольно глубокая. Я снял котомку, вытащил флягу и влил в посиневшие губы раненного немного вина.

Старик сделал несколько торопливых глотков и неожиданно поперхнулся. Пока он кашлял и отплевывался, взгляд его, наконец, приобрел осмысленное выражение.

— Спасибо, добрый человек, — прошептал он.

Как не спешил я в Тарус, а пришлось мне немного задержаться. На какое-то время я решил остаться со своими новыми знакомыми. Бросать их одних в лесу в таком состоянии было опасно. Во-первых, разбойники могли вернуться, а во-вторых, я должен был убедиться в том, что старик сможет дойти до ближайшего жилья без посторонней помощи.

Пока он отлеживался и приходил в себя я оттащил подальше в чащу тело мертвого бандита. Похоже, мальчишка быстро отошел от испуга, потому что, обчистив карманы покойника, не побрезговал снять с него куртку и сапоги. Наверно в другое время я бы его остановил и даже оттрепал за уши, но раз уж крестьяне идут выкупать родича, то пусть возьмут, что смогут.

Мертвеца я сбросил в небольшую ложбинку и забросал ветками. Прочитав молитву, я на мгновение задержался у могилы. Скольких людей мне пришлось похоронить за последнее время и сколько еще придется? Так можно было и со счета сбиться. Видимо боги сделали мое сердце тверже камня, потому что я не испытывал жалости к этим людям. Все они были мерзавцами и преступниками, и лишая их жизни я не чувствовал никаких угрызений совести. Хорошо ли это, правильно ли? Пусть я никогда не считал себя святым, но другие знали меня, как священника, несли ко мне свои радости и горести, молились вместе со мной. Не слишком ли вольно я истолковал благословение покойного владыки Фифона? Бедный старик не мог знать, что руки его молодого защитника окажутся по локоть в крови. Или все-таки мудрый старец предвидел, через что мне придется пройти, для того, чтобы защитить себя и принца?

Сейчас покинув свое убежище и переодевшись в одежду мирянина, я четко осознал простую истину — наша с Бибоном жизнь в лесу подошла к концу. Оставаться в святилище больше нельзя. Теперь у меня был только один путь — отправиться в столицу и попытаться отбить у Марона королевский трон. Конечно, я еще не понимал, как это сделать, но почему-то верил, что со временем смогу отыскать нужное решение.