Выйти замуж за «бугор» - Матвеева Любовь - Страница 17

Лариса – симпатичная блондинка лет тридцати пяти. Дома остались двое детей, за которыми будет присматривать подруга. Узнаю, что дочь Ларисы ходит в музыкальную школу, за которую надо платить, а сын увлекается спортом, что тоже обходится «в копеечку». Недельную путёвку в Пакистан за триста долларов Лариса купила на последние деньги. Летит туда во второй раз, надеется заработать денег на содержание семьи, так как мужа у неё нет. Тяжёлые девяностые…

Я совершенно не задалась мыслью – чем она собирается зарабатывать? Меня не насторожило ни это последнее замечание, ни то, что у неё не было сумок и баулов с товарами советского производства, как у нас, которые мы надеялись там выгодно продать или выменять.

Нас долго щупала и пытала таможня – сколько везёте денег, какой товар в сумках, зарегистрировали ли свои золотые колечки и серёжки в декларации? Часы шли за часами, а наша группа никак не могла преодолеть таможенный барьер. Всё казалось сложным до тех пор, пока мы не поняли, что так с нас вымогают взятки.

Дальше дело пошло проще…

А Лариса, пока мы несколько часов стоя маялись в «накопителе», стыдливо придумывая, как «дать» таможенникам, давно прошла по зелёному коридору, помахивая пустой сумочкой, и удобно расположилась на мягком диване международного аэропорта.

Наконец, мы – в самолёте. У Ларисы образовался кавалер – Саша. Высокий, белокурый красавец крепкого сложения, настоящий русский богатырь! Он женат, живёт так же, как и Лариса, в Алматы. От неё он не отходит! Видно, надеется и на роман, и на его продолжение в дальнейшем! Симпатичная Лариска, вроде, его поощряет… Остальные женщины завистливо поглядывают на парочку.

Ночь. Летим над Афганистаном. Внизу – война! Из окна видно, как посверкивают зенитки, но мы этого не понимаем, безмятежны. В салоне притушен свет. Сашка рядом тискает Ларису, трогает её за коленки, целует… Я стараюсь уснуть…

Несколько часов – и полёт подходит к концу. Но не заканчивается ночь. Скоро посадка… Боже, что за кипящая лава внизу? Это – Карачи! Многомиллионный город, по количеству населения равный нашей Москве. Но Москва по степени освещённости могла бы показаться глухой деревней по сравнению с Карачи! А он освещён так, словно это – жерло вулкана или мартеновская печь! А ведь Карачи – даже не столица Пакистана. Столица – маленький городок Исламабад. Да, здесь не знают, что такое «экономия электричества», и ночи здесь также нет. Только плотные шторы на окнах в гостиницах создают её иллюзию.

ОПАСНОЕ РЕМЕСЛО

Ночью здесь народ так же интенсивно работает, как днём – такое же движение на дорогах, так же орут торговцы и ослы, так же громко сигналят машины. Но всё это нам ещё предстоит узнать. Пока же мы в фойё гостиницы «Парадиз» – что в переводе означает «рай». Народ наш произвольно разбился по три человека – кто с кем хочет жить в номере. Женщины – с женщинами, мужчины – с мужчинами. Сашка наудачу подаёт вместе три наших паспорта, и ему беспрепятственно выдают ключ! «Действительно, рай!» – думает наш будущий сосед. Ошарашенные, мы с Ларисой подчиняемся, идём к лифту и поднимаемся на восемнадцатый этаж. В номере – огромная двуспальная кровать, и маленькая односпальная. Я кидаюсь к ней: моя! Никто и не спорит. Я сажусь на скромное своё ложе и прикидываю, как неудобно мне будет жить с этой парочкой… Саша прилёг на край большой кровати, предвкушая праздник плоти. Воображение и бурлящая уже несколько часов кровь рисовали ему многое… Ах, как обманчивы бывают наши мечты!.. Утро уже наступило, и Лариса, перекинув через плечо свою сумочку, куда-то ушла. Прилетели мы ненадолго, потому времени терять было нельзя. Все занялись своими делами. Надо было узнать – где базар, как добраться до него, на чём. Где выгоднее продать своё барахло, чем затариться на обратный путь? День прошёл незаметно, в хлопотах. Наступила ночь. Мне непонятно было, почему Сашка и Лариска жмутся каждый со своей стороны кровати, стараясь занять как можно меньше места, в то время, как между ними было целое футбольное поле? Поле, которое должно было стать ристалищем сражений и побед, ещё два дня пустовало… Потом Сашка окончательно пропал – поселился в соседнем номере, где жили три девчонки – четвёртым!

Я ничего не понимала, пока не застала в номере ужасную картину: пьяный Сашка самым серьёзным образом душил Лариску, и сделал бы это, если бы я не пришла! Она уже хрипела и закатывала глаза! Сама кинуться на Сашку я не решилась – он был страшен! Но я подняла тревогу и вызвала полицию.

Вызвать полицию в Пакистане – это значит, выглянуть в коридор и поманить пальцем дежурного. Там дежурные в гостинице – это военные с автоматами, и они на каждом шагу. Страна очень военизирована! Лариску спасли, отбили. Сашку оштрафовали.

И только тогда я узнала, что моя соседка по номеру – проститутка! Базары, магазины, палатки из парусины – везде есть укромные места, где рады приветить белокурую русскую красотку продавцы разных оттенков кожи. Сеанс стоит недорого – всего пятьдесят долларов! А если у претендента только тридцать – то её можно… поцеловать!.. Чеченцы, которых в гостинице было много, с таких «девочек» собирали мзду, и при необходимости пользовались преференциями – «имели» их вообще бесплатно. Бывало, за Лариской эти парни приходили даже ночью, уводили к себе.

В группе-то, оказывается, сразу поняли, чем занимается Лариса. Над Сашкой издевались – с кем он связался, с кем спит на одной постели? Хотя между ними так ничего и не было. Вот обиженный Сашка как-то, выпив, и бросился на неё! От чеченцев она тоже иногда приходила «помятой», а то и с фингалом. Опасное ремесло! А я в очередной раз недоумевала: почему важные вещи часто проходят мимо моего внимания?..

К деньгам Лариска относилась беспечно – они просто валялись у нас в номере везде. Я этому поражалась, и призывала соседку к осмотрительности, но она только смеялась! Наконец, я обнаружила в матрасе на её кровати дырку и показала, что все найденные деньги засовываю туда. Возможно, что они там и остались – при её-то беспечности я бы не удивилась.

– Не тяжёлым трудом зарабатываю! – смеялась Лариска. – А я считаю – очень тяжёлым и опасным, – отвечала ей. – Как ты это выдерживаешь? Молодые, старые, чёрные, белые, приятные и отвратительные… – Чем больше трахаешься, тем больше хочется! – отвечала легкомысленная соседка. Когда улетали назад, мы снова были с неподъёмными баулами, затаренными чудными тканями и разными удивительными товарами, которые мы надеялись выгодно сбыть на родине. В том числе – купальниками лучших мировых фирм из сэконд хэнда. Они были новенькими, прямо с этикетками. Оказывается, в европейских и американских странах существует повинность покупать товары на определённую сумму – нужны они тебе или нет… Вот они и сдают их просто так, а мы потом покупаем за деньги. Нас опять мучили таможенники в Карачи, а больше всего в Алматы – опять вымогали взятки.

А Лариса… Уже через пятнадцать минут после прилёта в любой аэропорт она проходила по зелёному коридору, где не досматривают пассажиров с лёгким грузом. Так же прошла она и в Алматы. Прошла с дамской сумочкой, плотно набитой долларами, небрежно перекинув её через плечо, и помахав нам ручкой. Навстречу ей бежали дети десяти и двенадцати лет в сопровождении её подруги… Прошло много лет, и я иногда думаю – какими они выросли у такой матери?.. Надо будет её найти, и узнать…

НЕПРИКАСАЕМЫЕ

Я трижды была в Карачи. Когда самолёт приземляется в аэропорту, открываются двери и подают трапы, первое, что чувствуешь – жуткий, тошнотворный запах. Просто смрад! Его природу я пойму позже. От него никуда не деться, к нему придётся привыкнуть. Он оставит нас только тогда, когда вернёмся на родину. А пока знакомимся с бывшей частью Индии и колонией Англии.