Поцелуй со вкусом крови - Свон Таня - Страница 24

Будто он когда-то в ближайшие годы был другим…

Новых отродий в последнее время почти нет. Обращения позволяются лишь в том случае, если пара между человеком и вампиром обручена или в браке. И я сильно сомневаюсь, что Рафаэль встанет на колено перед Сариэль или другими двумя кормилицами.

Повисло молчание.

Я прекрасно понимала, что Рафаэль в любой момент может читать мои мысли, а потому решила отвести их как можно дальше от библиотеки и запрещенной книги, цитату из которой выписала на запястье. Я специально направляла мысли к безобидным воспоминаниям. Это не только защищало меня, но и не пускало в голову образы от Рафаэля. Хватит с меня его извращений!

В памяти расцветали картинки о детстве и маме. Мне было больно вспоминать о том, как меня забрали из родного дома в школу круга луны, едва вместе с рогами проявилась моя магическая сила, но избежать мыслей об тех временах не вышло. Я вспомнила даже, как до поступления в школу, надо мной смеялись соседские дети. Никто не хотел со мной дружить.

Это сейчас я понимаю причину. Взрослые знали, что я полукровка, еще до моего рождения и оберегали своих детей от связи со мной.

Одиночество тянулось за мной шлейфом с самого детства. И даже когда в школе я подружилась с Антинуа, тяжелое чувство тоски не исчезло. А в Гаратисе навалилось с новой силой.

Если бы не Каян, жизнь в замке была бы невыносимой. Но он…

- Серьезно, рогатая? Ты сохнешь по навознику?

- Что? – не поняла я. Вопрос Рафаэля прозвучал так резко, что меня моментально вышвырнуло из тесного мирка воспоминаний, в который погрузилась с головой.

Сколько я провела в размышлениях? Ни голод, ни усталость не терзали меня. Но, может, в междумирье таких чувств и не существует? Может, не только время здесь ведет себя иначе?

- Я случайно услышал, как ты думаешь о том жреце, который постоянно возится в саду…

- Случайно, - язвительно повторила я и притянула колени к груди, после чего уткнулась в них лицом.

Матушкина библиотека! Какой стыд! Я-то даже себе не признавалась, что Каян мне симпатичен! То, что Рафаэль понял это раньше меня…

- Отвратительно, - протянул он.

Мне захотелось заткнуть уши, лишь бы не слышать его тягучий, как ирис, голос.

- Вы будете смотреться, как брат и сестра. Оба цвета ржавчины, оба чародеи… Или тебе такое нравится? Возбуждает иллюзия запретности?

Я не выдержала. Стянула туфлю и кинула в Рафаэля в надежде, что каблук хорошенько ударит его по голове.

Только вот вампир поймал «снаряд» в полете, когда тот почти достигла цели.

- Что?! – вскинулась я, когда Рафаэль до хруста сжал мою туфлю в ладони. – Если мы здесь останемся навсегда, то я хотя бы душу отведу!

- Ох, рогатая, ты ведь даже не вампир! Откуда такая жажда крови?

- А то ты не знаешь! – снова съехала с уважительного «вы» я и картинно указала на свои виски. – Ты же из моей головы не вылезаешь! Что ты там ищешь?!

- Возможно, если бы я натолкнулся хотя бы на одно восхищение своей персоной, мне не пришлось бы копаться в мусоре, который зовешь мыслями, столь долго.

- Ой, да пошел ты, - простонала я в ответ на его откровенную шутку.

Он смеялся, а я снимала вторую туфлю. Ступню она не грела, так как состояла из тоненьких ремешков и каблука, и удобства не приносила.

- Снова швырнешь ее в меня?

- Нет.

- А что тогда?

- Загляни, сам знаешь куда, и увидишь.

Я специально в красках представила, как луплю Рафаэля туфлей. Он корчится, пытается закрыться от меня, а я не останавливаюсь…

- Какая безвкусица, Тиа, - вздохнул Рафаэль, а потом чужие образы перекрыли мои.

Рафаэль нафантазировал, как я отрываю от туфли самый длинный ремешок и связываю им руки вампира за спиной. Причем затягиваю ремень с силой, но это вызывает на губах наглеца только улыбку…

- Оставь свои желания при себе, - скривилась я и приложила все усилия, чтобы выкинуть из головы образ, заставляющий щеки гореть от стыда.

Вместо этого я снова подумала о Каяне, о наших посиделках в саду. О том, как его волосы походили на огонь в закатных лучах…

Я думала, что Рафаэль опять скажет что-то едкое, но неожиданно, когда мои мысли с вечерней улицы перетекли в темный замок, вампир попросил:

- Стой. Покажи еще. Пожалуйста.

- Каяна? – у меня даже брови на лоб полезли от удивления.

- Нет. Мне плевать на мальчишку. Покажи мне солнце.

Еще ни разу я не слышала, чтобы Рафаэль говорил так. В его голосе сплелись надежда и горечь, восхищение и тоска. Его просьба была чистой и откровенной, как молитва, и я не смогла отказать.

Я показала Рафаэлю все закаты и рассветы, которые сумела вспомнить. Я открыла ему те кусочки своей жизни, которые напитались солнцем: тренировки в школе, прогулки с Анти, одинокие пикники с книгой у корпуса общежитий.

Солнце могло истязать Рафаэля и даже убить. Наверняка в последний раз он видел его в плену, когда был привязан к столбу драконорожденными. А до этого… даже представить страшно, сколько времени прошло.

Но сквозь мою память ему ничего не угрожало.

Так мы и сидели в полном молчании, деля мысли на двоих, пока спустя долгое время в пустоте не родилось сияние. Сначала оно было неуверенным и бледным, но постепенно набирало силу и выстраивалось в форму прохода.

- Пойдем.

Я обернулась на голос и чуть не открыла от удивления рот. Рафаэль протягивал мне раскрытую ладонь.

- Не обольщайся. Это все еще предосторожность, - криво ухмыльнулся он. – Надоело тут торчать с тобой. Не хочу, чтобы это затянулось на второй круг.

Поджав губы, я кивнула и вложила свою ладонь в его. Мне не было обидно. Почти…

Но солнце в моей груди медленно гасло.

Глава 10. Портрет

«И нет отражения прекраснее того, что рождается в глазах на нас смотрящего».

Из забытой песни о любви

Следующие несколько дней были пугающе пустыми.

Рафаэль больше не вызывал по пустякам и не пытался унизить очередным бредовым заданием. Я вообще его больше не видела с той ночи, когда мы вывалились из портала в пустой зал. Я расшибла колени, упав на пол. Рафаэль распластался рядом. Ему досталось куда сильнее, но он первым подскочил на ноги и рванул прочь.