Дочь моего друга (СИ) - Тоцка Тала - Страница 4

Я задыхаюсь от слез, от боли, с которой Руслан давит на щеки. И от осознания того, что он прав. Когда встанет вопрос бизнеса или родной дочери, мой отец выберет деньги. Он их всегда выбирал, почему сейчас должно быть по-другому?

— Я передумал, — Руслан выпрямляется и начинает расстегивать ремень, — сначала она мне отсосет. Только надо ее подбодрить, у кого с собой?..

Он окидывает подельников вопросительным взглядом.

— У меня, — Мирон достает из кармана пакетик с белым порошком. Мерзко ухмыляется и показывает пакетик мне. — Будешь? Тебе понравится. Станешь бегать за нами и просить еще. А мы заснимем это на видео, и если не будешь хорошей девочкой, покажем видео папочке.

Слезы безостановочно катятся по лицу. У меня больше нет сил. Я больше не могу сопротивляться. Передо мной возникает стакан с мутной белесой жидкостью.

— Пей. Лучше сама. А то зажму нос и все равно волью, — тихо грозится Паша. Руслан с пренебрежительной улыбкой расстегивает ширинку.

И тогда в тишине номера раздается глухой но настойчивый стук.

Мой рот оказывается зажатым рукой, пахнущей табаком.

— Только пискни, тебе конец, — угроза звучит буднично, но я не слушаю ублюдка. Затаив дыхание, прислушиваюсь к звукам из коридора.

Стук повторяется уже более настойчивый.

— Открывайте, — доносится из-за двери решительный голос, — иначе я выбью дверь.

— Сидите тихо, — Руслан прикрывает дверь в спальню и подходит к входной двери.

Щелчок, дверь открывается.

— Вы к кому? — голос Исмаилова звучит недовольно, но он тут же перекрывается властным громким голосом.

— К тебе получается. С дороги.

— Вы кто? Почему вы вламываетесь?

— Поверь, свисток, лучше я чем полиция. Где девочка?

— Какая девочка?

— Слушай, укурок, у меня нет желания с тобой препираться. Иначе поцелуешься со стенкой. Девушка, которая кричала, где?

— Это моя девушка. Она иногда кричит во сне.

Разговор затихает, и меня охватывает паника.

Он сейчас уйдет! Поверит Исмаилову и уйдет. И больше меня ничего не спасет. Что же делать?

Собираю все свои силы, делаю рывок, рука соскальзывает со рта, и я впиваюсь в нее зубами. Паша, — а это он меня держал — издает дикий вопль, и я тоже кричу со всей мочи:

— Я здесь! Помогите!

Глухой стук и протяжный стон. Похоже, что Исмаилов не избежал поцелуя со стеной. Дверь спальни распахивается точным ударом ноги, и дверной проем перекрывает внушительный силуэт.

Глава 3

Демид

«Знаки и символы правят миром, а не слово и закон».

Всю свою сознательную жизнь я согласен с Конфуцием. Даже когда понятия не имел о его философии, поддерживал. Просто формулировал для себя по-другому.

Слово это всего лишь слово, про закон и говорить нечего. С этим миром не справятся ни слова, ни законы.

Правда, старик Кун имел в виду знаки и символы, которые посылает человечеству Вселенная. Здесь наши с ним мнения расходятся. Дьявол, он, как известно, в деталях.

Лично я склоняюсь к мысли, что все эти знаки имеют вполне определенную форму. В идеале они напечатаны на специальной бумаге, на семьдесят пять процентов состоящей из хлопка и на двадцать пять процентов — из льна, и имеют строго установленный вид.

Или правильнее будет сказать, портрет.

К примеру, Бенджамина Франклина.

Случаи, когда такие знаки демонстрировали свою власть, я могу перечислять сутками. Правда, и ко Вселенной стараюсь относиться с пониманием. Кармы, бумеранги, возмездие, Вселенская справедливость — все это я готов принять и признать. В разумных пределах конечно же.

Но где и в каком месте я сегодня так проебался, понятия не имею.

За что Вселенная решила меня сегодня так безжалостно наказать, тоже.

Пусть скажет, почему вместо того, чтобы спать у себя дома, сегодня я ночую в отеле. Я ненавижу отели, даже самые люксовые.

И почему вместо того, чтобы выравнивать свой эмоциональный фон с помощью вискаря и джакузи, я минут сорок слушаю, как в соседнем номере рыгает какая-то малолетка.

За это я и ненавижу отели. Мало где есть достойная звукоизоляция, а там где она есть, как правило, ее недостаточно.

Недостаточно для меня.

С домом ладно, там я согласен. В конце концов валить на Вселенную прорыв трубы явный перебор. Мироздание не может отвечать за строителей-долбоебов.

Я только въехал в новый дом. Хорошо еще мебель не всю привезли, воды там налилось немало, хоть я почти сразу перекрыл кран. Гребаную трубу прорвало в нескольких местах.

Вызвал прораба, домработницу, а сам съехал в отель.

Но девица, рыгающая в ванной соседнего номера, — а судя по стонам и матам, доносящимся из вентиляционного отверстия, это девушка, — явно не дотягивает до номинации мисс Вселенская справедливость.

Я бы скорее назвал это Вселенским беспределом.

Надо позвонить на ресепшн, пусть администраторы как-то решают проблему. Хотя в первую очередь виноват я сам.

Снять номер в отеле, где есть ночной клуб с караоке и бар двадцать четыре на семь, а потом беситься, что в соседнем номере блюет пьяная писюха, высшее проявление дебилизма. Ясно, что мне сегодня повезло, и обдолбавшиеся малолетки сняли соседний номер чтобы потрахаться.

Встаю, набрасываю полотенце и тянусь за телефоном. Вызываю нужный контакт, не обращая внимания на часы.

В моей команде не существует понятия рабочего или нерабочего времени. Оно у нас всегда рабочее, прямо как бар в «Саксоне». Двадцать четыре на семь.

Но я и плачу соответствующе, так что абонент отвечает практически сразу же.

— Уно, мне нужно знать на кого снят соседний номер. Сможешь? Только быстро.

— Обижаете, Демид Александрович, — хмыкает парень.

Самородок. Люблю таких. Для Уно войти во внутреннюю систему бронирования «Саксона» дело трех минут. Он в банковских системах с высококлассной многоуровневой защитой как у себя дома.

Я штаны не успеваю натянуть, как на телефоне уже пиликает сообщение.

«Руслан Исмаилов»

Хм. Не Умера ли это сынок, депутата горсовета?

Спрашиваю у Уно, и через минуту прилетает:

«Он»

Кстати, а откуда...

Набираю.

— А ты откуда узнал, в какой комнате их искать, я же тебе свой номер не называл?

— Так я вас вижу, Демид Александрович, — смеется парень. Вот же засранец.

Меня отслеживает моя охрана, так что моя геолокация для Уно не проблема.

— Спасибо, Уно, прости что побеспокоил.

— Вообще не за что, Демид Александрович, там такая защита детская стоит, что и вы бы вошли.

Вошел бы, знаю. Раньше бывали времена, и посложнее системы взламывал. Но потом появились деньги на специалистов. Таких как Уно. Так что сейчас я вряд ли сумею серьезно хакернуть, разве что что-то простенькое.

Значит, мой сосед сын Умера Исмаилова. Определенно я сегодня Вселенную довел до ручки.

И мне уже даже неинтересно, чем. Гораздо важнее, как все исправить.

Иду в спальню и мысленно молюсь, чтобы там звукоизоляция оказалась получше. Все-таки, в комнатах нет систем вентиляции и внутренних коробов для труб, через которые может проникать звук.

Надеваю футболку, заваливаюсь на кровать и открываю ноутбук. Час-два можно еще поработать. Но работа не идет, туплю над каждой строчкой. И наверное я чего-то такого и ждал, потому что за стенкой начинается подозрительная активность.

До меня доносятся несколько мужских голосов и один женский. Они о чем-то спорят, затем слышится возня.

Я подсознательно готовился, но когда слышу сдавленные крики о помощи, меня передергивает.

Встаю, натягиваю джинсы, за пояс затыкаю пистолет.

Подхожу к двери соседнего номера. И когда громко стучу, внутри устанавливается звенящая тишина.

***

Не знаю, под чем этот недомерок, который открыл мне дверь, но парень явно закинулся чем-то оригинальным и нестандартным. И пока он стирает свои сопли со стенки, ногой открываю дверь и одновременно выбрасываю вперед руку с пистолетом.