Ошеломленный - Доуз Эми - Страница 14

Я спокойно смотрю ей в глаза.

– Что ты хочешь узнать?

Она пожимает плечами.

– Расскажи про свои последние отношения.

На секунду я теряюсь, потому что ее ждет долгая история. Впрочем, мне нечего скрывать от лучшей подруги, так что я выкладываю все, как есть.

– Отношения не совсем мое, но, когда я только начал играть за «Бетнал Грин», пару лет мы иногда виделись с одной женщиной.

– Пару лет? – выпаливает в шоке Фрея с недоверием в глазах. – Как ее звали? Как вы познакомились? Когда вы расстались? Почему ты мне ни разу не говорил, что два года встречался с женщиной?

На последнем вопросе я закатываю глаза.

– Ее звали Ками. Когда мы с Роаном подписали контракт с клубом, ее наняли нас фотографировать. Я не рассказывал о ней, потому что наши отношения кончились примерно тогда же, когда я познакомился с тобой. Так что я как-то не видел в этом смысла.

Фрея задумчиво смотрит на меня, пока ее мозг пытается обработать новую информацию.

– Почему вы расстались? – наконец спрашивает она.

Я грустно хмыкаю.

– Она кое-кого встретила.

– Кое-кого? – челюсть Фреи буквально отвисает. – То есть вы встречались два года, и все это время были в свободных отношениях?

Я мысленно содрогаюсь и вытираю вспотевшие от волнения ладони о штаны.

– Не совсем. Мы иногда ходили на свидания, но наше общение обычно сводилось к постели.

– Ого, то есть друзья с привилегиями? – продолжает выпытывать Фрея.

Это не самая моя любимая тема для разговора. Я ерзаю на своем стуле, пытаясь справиться с неловкостью.

– Можно и так их назвать. Поэтому ее предложение расстаться не стало сюрпризом. Она всегда говорила, что хочет серьезных отношений. Парень, к которому она ушла, был юристом, так что, видимо, она нашла то, что искала.

– Значит, вы были вместе два года, и она не захотела попробовать построить отношения с тобой?

Фрея хмурится так, словно готова идти за меня драться. Я пожимаю плечами.

– Ты же меня знаешь. Тяжело быть хорошим партнером, когда ты постоянно в разъездах. Впрочем, это неважно, потому что я тоже не искал ничего серьезного. Я на сто процентов сконцентрирован на футболе.

Она пару минут обдумывает мой ответ.

– Ты любил ее?

– Господи, нет, конечно, – защищаюсь я. – С Ками у меня был просто секс.

Фрея поникает, а потом поднимает на меня грустный взгляд.

– Ты спал с ней два года – и так и не влюбился?

– Знаешь, чувства для секса не обязательны, – серьезно отвечаю я.

Фрея сглатывает и краснеет.

– Ну да.

Я внимательно изучаю ее лицо.

– Ты же знаешь это, да?

– Конечно знаю! – смущается она и делает большой глоток вина из своей кружки с котенком.

– Куки, – я жду, пока Фрея посмотрит на меня, – ты спала только с парнями, в которых была влюблена?

– Мы сейчас не обо мне говорим, – отрезает она. – Я просто хотела узнать о твоих последних отношениях. Спасибо, что поделился.

Я смотрю ей в глаза и вижу ее насквозь. Фрея думает, что для секса нужна любовь. Может, все это время проблема заключалась в этом. Если она считает, что прежде чем переспать с мужчиной, она должна быть влюблена в него, она чертовски много от себя требует. Возможно, вместо советов по отношениям ей нужен секс без обязательств. Думаю, придется составить для нее новый учебный план.

Глава 8

Мак

– Я сейчас буду, – кричит Фрея в трубку, прежде чем я успеваю поздороваться.

От дрожи в ее голосе все мое тело напрягается.

– Фрея, что случилось? – медленно и спокойно спрашиваю я.

– Это было ужасно. Ужасно! – плачет она.

– Он что-то сделал с тобой?

– Расскажу, как доберусь, – отвечает она, шмыгая носом.

– Фрея Кук, сейчас же ответь на мой вопрос. С тобой все хорошо? Ты ранена? – Мысль о том, что этот мешок дерьма мог обидеть мою Фрею, наполняет меня гневом.

– Я унижена до глубины души, – всхлипывает она, и я моментально расслабляюсь. – Я недалеко, сейчас к тебе зайду.

– Без проблем, до встречи.

Я мчусь вниз и открываю дверь. Моя подруга на пороге выглядит как прекрасная катастрофа. На ней узкая юбка чуть выше колен с черным ремнем на талии и блузка с леопардовым принтом. Рыжие завитые в кудри волосы перекинуты через одно плечо, а подводка на глазах расплылась от слез. Она кидается мне на грудь и громко вздыхает.

– Мак, это было ужасно. Твои уроки вообще не помогли.

– Что случилось?

Я притягиваю Фрею поближе и крепко обнимаю. Она шмыгает носом и смотрит на меня, утирая слезы.

– У меня только что был худший поцелуй в жизни.

Почему-то при мысли, что этот бариста ее поцеловал, у меня твердеет челюсть. Потом я вспоминаю, что Элли и Роан наверняка слышен наш разговор, так что я хватаю Фрею за руку и затаскиваю ее внутрь. Мы минуем гостиную и идем в мою спальню.

– Присаживайся и расскажи в подробностях, что произошло, – указываю я на скомканное клетчатое одеяло на своей незаправленной кровати. Она садится с краю.

– Свидание шло хорошо. Мы были в его сырной хижине где-то в глубине северного Лондона. Я думала, меня там кто-нибудь убьет.

– Господи боже, – бормочу я себе под нос.

– Все правда шло отлично. Я не стала надевать мое горячее платье для первого свидания, потому что оно не совсем подходило к ситуации, ну, ты понимаешь. В общем, мне было комфортно, и я даже выдавала полные предложения, и мы попробовали несколько сыров.

Фрея нервно кладет руки на колени, выражение ее лица ясно дает понять, что дальше в рассказе будет что-то ужасное.

– Ну, один из его пармезанов был очень сухой, и я выпила всего один бокал его домашнего вина, который на вкус почему-то напоминал кошачью мочу[13], так что мне очень хотелось пить. Пока мы разговаривали, я чувствовала, как у меня в уголках рта засыхает слюна. Вообще не сексуально. Ни разу.

Она делает глубокий вдох и продолжает:

– Я только собиралась отпроситься в уборную, чтобы напиться воды из-под крана, как у него хватило наглости меня поцеловать!

Я провожу рукой по волосам и потираю шею.

– Звучит не очень хорошо.

– Ох, это было плохо. Очень, очень плохо. – Она прячет лицо в руки и еще сильнее размазывает косметику на лице. – Но я подумала: назвался груздем, полезай в кузов, верно ведь? Я ответила на поцелуй и попыталась запустить язык ему в рот, но не заметила, что у него были сжаты зубы. Он шарахнулся от меня и врезался в свой огромный стеллаж, где лежал драгоценный трехлетний чеддер, который он привез с бабушкиной фермы в Испании. Стеллаж упал, и сыр рассыпался по грязному полу. Это было ужасно. Хавьер упал на колени, и, кажется, я даже слышала, как он плакал.

– Плакал? – спрашиваю я, не веря своим ушам.

– Именно! – Фрея всплескивает руками. – Я так испугалась, что убралась оттуда к чертям! Запрыгнула в машину, доехала до ближайшего магазина, выпила два литра воды, и вот я здесь.

– Боже, – выдыхаю я.

– Я знаю. Это было ужасно, – жалобно говорит она, а потом поднимает на меня осуждающий взгляд. – Ты не научил меня целоваться, так что я виню во всем тебя.

– Ты и не говорила, что не умеешь! – защищаюсь я. – Я думал, тебе просто разговаривать с парнями тяжело.

– Ну, мужчин, с которыми я целовалась, можно сосчитать на пальцах одной руки, так что я совершенно без понятия, как это делается.

Я тяжело вздыхаю и опускаюсь на кровать рядом с ней, качая головой и пялясь в пол.

– Не мог этот поцелуй быть настолько плохим.

– Еще как мог.

– Я отказываюсь в это верить, – возражаю я и смотрю на ее губы. – У тебя замечательные губы. Идеальные для того, чтобы их целовать.

– Не важно, – отвечает она со слезами в голосе. – Я не умею ими пользоваться. Я дура.

– Ты не дура.

– Я неповоротливая дура.

– Откуда ты знаешь, что он не неповоротливый дурак? – сердито спрашиваю я. – Может, у тебя просто не было подходящего партнера. Мужчины с сырными хижинами вряд ли часто целуются с дамочками.