Бывшие. Отомстить профессору (СИ) - Феллер Софья - Страница 40

— Вы уверены, что хотите вернуться?

— Есть такие планы. Но не раньше, чем закончится контракт у Влада. Но знаешь, даже если и нет, то мне очень нравится вся эта суета. Чувствую себя нужной и не переживаю, что целыми днями нахожусь дома одна.

— Да, понимаю, — ответила Лина улыбаясь. — А как Влад? Он тоже наслаждается этим волшебством?

— О да! — ответила я. — Влад в восторге от рождественских ярмарок. Он уже успел попробовать все возможные сорта глинтвейна и даже купил мне прекрасное украшение на рождественской ярмарке возле Нотр-Дам. Мы каждый вечер выходим на прогулку, чтобы насладиться видами.

— Это здорово, — поддержала Лина. — А как у тебя с французским? Уже лучше понимаешь?

— Намного лучше, — рассмеялась я. — Влад доволен, что я начинаю разговаривать с акцентом. Хотя, конечно, еще далеко до совершенства, но я стараюсь. Погружение в языковую среду очень помогает.

— Это правда, — сказала Лина. — . А что еще планируете на праздники? Уже наметили, где будете встречать Новый год?

— Пока не решили, — ответила я. — Есть несколько идей. Может, останемся в Париже, может, поедем куда-то недалеко, чтобы сменить обстановку. Но, честно говоря, здесь так красиво, что не хочется уезжать.

— Согласна, — кивнула Лина. — У меня здесь тоже все хорошо. Работаю, как обычно, но вот твои рассказы и фотографии — это настоящая отдушина. Как будто сама немного в Париже побывала.

— Рада, что могу поделиться этим с тобой, — сказала я улыбаясь. — Надеюсь, в следующем году ты сможешь приехать к нам. Я уверена, тебе тоже очень понравится.

— Буду ждать этого с нетерпением, — ответила Лина. — Как самочувствие?

— Отличное, как для моего положения, — смеюсь я. — Живот становится таким огромным, что скоро не пролезу в дверь!

— Встань и покрутись, хочу рассмотреть тебя.

Я поднимаюсь и кручусь перед камерой, строя рожицы.

— Мируська, я так скучаю, детка. С кем еще можно так подурачиться.

— И я, Линчик.

— Ты красотка! И совсем не толстая, прекрасный аккуратный животик, так и хочется потрогать.

— Ох, меня там отпинывают без перерыва целыми днями.

— Сколько еще осталось?

— Чуть больше месяца, в начале февраля.

— Держись, крошка! Ну что ж, мне пора бежать. Счастливого Рождества, подруга! И до скорого.

— Счастливого Рождества, Лина! Береги себя. До связи.

Мы отключились, и я еще несколько минут сидела, поглаживая живот и размышляя о том, как быстро меняется жизнь. Рождественский Париж за окном был не только красив, но и напоминал мне о важности друзей, семьи и тех, с кем можно разделить свои радости и переживания.

— Любимая, я дома, встречай, — раздался голос Влада в квартире.

Глава 58

Влад

Близится срок появления малыша. Мы в последний момент решили ехать за коляской. Почему-то раньше Мира никак не могла определиться, какую модель она хочет. Вариантов было столько, что голова шла кругом: универсальные, прогулочные, трансформеры, с амортизаторами и без, легкие и массивные. Каждая модель казалась идеальной, но все равно что-то смущало, и она снова возвращалась к поискам.

— Ты уверена, что именно сегодня нужно ехать за коляской? — спросил я, потягиваясь на диване и с улыбкой глядя на Миру.

— Да, сегодня! — решительно ответила она. — Больше откладывать нельзя. Время поджимает, а малыш вот-вот появится. Мы должны быть готовы.

Я понял, что спорить бессмысленно, и мы быстро собрались.

В магазине нас встретило множество колясок, каждая из которых имела свои плюсы и минусы. Мы бродили между рядами, пробуя то одну, то другую. Мира была сосредоточена, изучала каждую деталь, проверяла, насколько удобны ручки, насколько плавно коляска едет. Я старался не торопить её, понимая, насколько это важно для нее.

— Смотри, вот эта кажется хорошей, — сказала она, указывая на стильную модель с амортизаторами и большими колесами.

— Да, выглядит неплохо, — согласился я, взяв коляску за ручку и слегка покатав ее туда-сюда. — Легкая, маневренная. Думаю, наш малыш будет в восторге.

Мира улыбнулась. Мы выбрали коляску, которая устраивала нас обоих, и направились к кассе.

— Теперь осталось только дождаться малыша, — сказал я, обнимая Миру за плечи.

Каждый день мы ждали, что роды вот-вот начнутся, но прошли уже первые дни февраля, а дело с места не сдвинулось. Мире было уже тяжело. Ее шаги стали медленными и осторожными, каждое движение давалось с усилием. Я видел, как усталость читалась в ее глазах, но она старалась не показывать это. Ее сила и мужество вдохновляли меня.

— Все будет хорошо, — уверял я ее каждый вечер, когда мы устраивались на диване с чашками горячего чая. — Малыш просто хочет убедиться, что все идеально подготовлено для его появления.

— Надеюсь, что он не задержится слишком долго, — вздыхала Мира, поглаживая округлившийся живот..

Мы продолжали ходить на регулярные осмотры к доктору, который каждый раз уверял нас, что все в порядке и малыш появится, когда будет готов. Но ожидание казалось бесконечным. Время тянулось медленно.

Однажды вечером, когда за окном бушевал февральский ветер, Мира вдруг остановилась посреди комнаты, положила руку на живот и сказала:

— Влад, мне кажется, началось.

Её голос был полон волнения и страха, и я мгновенно оказался рядом. Мы быстро собрали сумку с необходимыми вещами, которую уже давно приготовили, и вызвали такси. По дороге в больницу я держал Миру за руку, стараясь ее успокоить и поддержать.

— Все будет хорошо, — повторял я, хотя сам чувствовал, как сердце бьется быстрее обычного. — Мы вместе справимся.

Мира кивнула, сжимая мою руку, и я понял, насколько важна эта поддержка для нее. В больнице нас встретила команда врачей, и вскоре мы оказались в родильном отделении. Часы ожидания тянулись бесконечно, но я знал, что это самое важное ожидание в нашей жизни.

Наконец, после долгих и изматывающих часов, мы услышали первый крик нашего малыша. Этот звук был самым прекрасным на свете, и слезы счастья наполнили мои глаза. Мира лежала усталая, но счастливая, с улыбкой смотрела на наше маленькое чудо.

— Какой крохотный, — прошептала она, глядя на маленькое существо на своих руках.

— Да, наш сын, — прошептал я, чувствуя, как сердце переполняется любовью и благодарностью.

— Как назовем? — вдруг серьезно спросила Мира.

— Тимофей? Тим? Как тебе?

— Прекрасно, и будет звучать с отчеством.

— Добро пожаловать в мир, Тимофей Владимирович!

Мы оба вглядывались в его маленькое сморщенное личико, тая от нежности. Осознавали, что теперь нас ждет совсем другая жизнь. Но обязательно счастливая!