"Фантастика 2024-145". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Львов Вадим "Клещ" - Страница 860

СУД

Внутри дворца царил полнейший сюрреализм: жабы в корсетах, ходячие рыбы под зонтиками и тому подобное. Люди, впрочем, тоже были — по большей части в напудренных париках и пышных костюмах. Вся эта публика стекалась через широкие двустворчатые двери в большой зал, в котором виднелись уходящие амфитеатром ряды сидений. Должно быть, зал заседаний? — подумал Петька, и не ошибся.

Валет на пару секунд исчез, затем появился снова:

— Прошу прощения, Ваше Величество! Наша королева сейчас будет вершить суд, придётся немного подождать. Не желаете поприсутствовать на заседании?

Алиса пожелала, и их препроводили в боковую парадную ложу, из которой можно было разглядывать весь зал и круглую площадку в самом низу, где за длинным столом рассаживались присяжные (сплошь какой-то животный мир), за отдельным — судья с молотком (жаба в парике), и на нарядном постаментике стояло королевское кресло с королевой в комплекте.

Королева оказалась дамой довольно рослой, худощавой, но с круглым лицом. В белом платье, пышном, как свадебный торт. Волосы (белые, конечно же) были уложены в замысловатую причёску, поверх которой сияла огромная белая корона. Что сказать, такую королеву не перепутаешь со вчерашней пешкой, которая пробилась в дамки.

Королева откровенно скучала.

На площадку выскочил кролик, только маленький, едва Петьке до пояса, и белый. Из одежды на кролике имелось: жилет, пиджак, галстук-бабочка и высокий цилиндр, всё дико ярких цветов. Штаны не предусматривались.

— Твой? — спросил Петька Алису.

Та покачала головой.

— Нет. Мой был почти чёрный и большой, выше даже тебя, на целую голову, а может и больше.

— Понятно. Ждём.

Кролик расправил бумажный свиток и объявил:

— Слушается дело о шпионаже!

Раз-два-три-четыре-пять,

Вышел кролик погулять,

Был он чёрным, а не белым,

И хоть прятался умело,

Только мы его схватили,

В клетку сразу посадили,

Потому что он — шпион!

Кто шпион — тот выйди вон!

Кролик шаркнул лапкой, сдёрнул цилиндр и поклонился королеве, низко свесив уши. Королева зевнула и подперла щёку ладонью, осмотрела зал…

— А где обвиняемый?

Присяжные подпрыгнули на своей лавке и начали нервно переглядываться. Белый кролик заметался перед столом судьи:

— Упущение! Чудовищное упущение! Приведите обвиняемого!

Позади ряда присяжных открылась дверца, из которой показались две рослые бубновые десятки. Так-так, бубновые, судя по всему, — это тюремная стража, в отличие от червонной дворцовой. Между десятками шёл обвиняемый, и из-за сидящих присяжных его сперва не было видно. Это был кролик. Тёмно-тёмно серый, почти чёрный. Маленький, даже ниже белого кролика-распорядителя. Но вот одежда…

Алиса резко наклонилась вперёд, приникла к балконному ограждению.

— Он? — спросил Петька.

— Да!

— А как же рост? — удивилась Маша.

— Я не знаю… — Алиса была явно растеряна, — Может, он глотнул из бутылочки больше, чем нужно?

Оп-па! — Петька поставил мысленную пометочку, — мерка нужна для уменьшительной микстурки, во избежание таких вот… сюрпризов.

Кролик понуро уселся на место для преступников, огороженное решёткой, и Петька подумал, что он, наверное, в шоке. Вот ты был большой и страшный — и вдруг этакое недоразумение…

Королева разглядывала подсудимого, наклоняя голову то вправо, то влево.

— Ну, что. Тут, по-моему, дело ясное…

Белый кролик подскочил и начал что-то нашёптывать ей в ухо. Королева отстранилась и переспросила довольно громко:

— Н-да? Украсит заседание?

Кролик отчаянно выпучил глаза:

— Конечно, Ваше Величество! Такой талант!

Королева побарабанила ноготочками по подлокотникам:

— Ну, хорошо. Только недолго!

— Вызывается первый свидетель! Придворный поэт! — объявил кролик, и на площадку вышел человечек, до зубовного скрежета напомнивший Петьке эльфа-менестреля.

— Говори! — велела королева, и поэт начал:

— Чернее чернь,

Синее синяки,

Забавнее забавные забавы,

Принёс под нос и положил носки,

Прованские прованивают травы…

— Браво! Браво! — закричала публика. Поэт раскланялся.

— Вызывается свидетель шарманщик!

Шарманщик сыграл и даже немного спел.

— Вызывается свидетель…

— Ну, хватит! — прикрикнула королева. — Надоело! Судья! Стучи своей колотушкой! Присяжные — хлопайте! Я объявляю: этот кролик — виновен! Отрубить…

— Не-е-ет!!! — закричала Алиса. — Стойте! Это мой кролик!

Белая королева оживилась, выдернула из крошечного ридикюля пенсне и с интересом уставилась через него на гостевую ложу:

— А вот это уже любопытно! Кто это?

К королевскому креслу подскочил валет и начал почтительно объяснять. Периодически доносилось громкое королевское:

— Сегодня?.. Как зовут?.. Королева Алиса?.. Любопытно, любопытно… М-хм… Нда…

Весь зал с любопытством таращился на Алису и, конечно, на сидящих рядом с ней. В задних рядах началась какая-то возня и толкотня.

Королева величественно махнула рукой, отодвигая подданных:

— Повелеваю! Подсудимого считать невиновным и передать королеве Алисе! А сейчас, в честь новой королевы состоится торжественный…

— Ваше!.. Ваше Вели… чество!.. — Петька смотрел на проталкивающихся сквозь толпу братцев Тралялеевых и удивлялся только одному — как они вперёд успели? Хотя, скорее всего, от Долгого озера до Белого Дворца тоже ходит поезд…

Братья тем временем пробурились до самого королевского кресла и принялись усиленно кланяться, взывая к справедливости. Королева снова схватила пенсне и уставилась на ложу, близоруко сощурившись:

— Эй ты, синий! Иди сюда! Против тебя выдвинуто обвинение!

Кто бы сомневался.

Петька пошёл вниз, за ним торопилась Алиса (опасавшаяся, что взбалмошная королева передумает) и Маша (просто опасавшаяся оставаться одна в таком месте).

Петька остановился напротив королевского трона. Девчонки с кроликом тоже подошли поближе. Королева внимательно обозрела всех через пенсне.

— Какая любопытная компания! О королеве Алисе я уже наслышана. А кто вы? Говори ты! — ткнула она пальцем в Машу.

— Я — Маша, — пискнула балерина. — А это — Дубровский.

От такого поворота событий Петька слегка оторопел.

— Какая хорошенькая беленькая пешечка, — похвалила королева. — Мечтаешь стать королевой?

— Никогда не думала об этом, Ваше Величество, — Маша сделала книксен.

— Напрасно! Каждая перспективная пешка должна мечтать стать королевой! Ну, а ты, Дубровский? Мои подданные жалуются на тебя, — Тро и Тру сделали жалостные лица; у одного была перебинтована голова, у другого — рука, и это ещё не считая синячищ на пол-лица. — Нападение, причинение увечий, грабёж. Что ты можешь сказать в своё оправдание?

— Они первые спёрли слона и крыс у цирка, — нахально заявил Петька. — Я только помогал возвращать украденное.

Королева задумчиво пощипала себя за подбородок:

— Ну, я даже не знаю… Ты говоришь так, а они — наоборот…

— Может, поискать свидетелей? — предложил Петька.

— Ой, нет! — замахала руками королева. — Это ужасно долго! И ужасно скучно!

— А мы не можем применить правило дипломатического иммунитета? — осторожно спросила Алиса. — Дело в том, что Дубровский — мой военный атташе…

— Что ты, милая! — королева сложила пенсне и затолкала его обратно в ридикюль. — Тралялеевка — деревня, многие десятилетия не покидавшая белой клетки. Я не могу отказать в рассмотрении дела своим подданным. К тому же, я не знаю, что такое атташе. Поэтому… — она довольно потёрла руки, — дело решится согласно старинной традиции — поединком!

16. О ПОЛЕЗНЫХ ЗВЕРЬКАХ

ПОЕДИНОК

— Как — поединком? — испугалась Алиса.

— Не клопочи, — снова успокоил её Петька. — Зайса* своего держи, чтоб опять не спёрли.