"Фантастика 2024-145". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Львов Вадим "Клещ" - Страница 900

— Представляю себе, — усмехнулся Петька.

— Не то слово. Я, значит, радуюсь и скачу до потолка — это же не просто экскурсия, а можно в вирте жить неделями! Да мне все одноклассники обзавидуются! И тут, вообрази, мои хитроумные родители начинают переживать и сетовать: а как же учёба отпрыска — то есть меня? Ай-яй-яй, аттестат, экзамены на носу и прочее. Я как понял, что меня с моими фантазиями могут запросто прокатить… Клялся и божился, что учиться буду как из ружья — только возьмите! В итоге сошлись на том, что на время учёбы я живу у тётушки с дядюшкой — у них сын на год меня младше, а все каникулы провожу у родителей.

— Через капсулу заходил?

— А ка-а-ак же! Полная модуляция реальности, всё как полагается. Года три они мне голову морочили, пока случайно не проговорились, — Андреа чуть помолчал. — Да и то думаю, не случайно. Решили: парень уже в училище, так и так ему скоро правду откроют… Зато, Петруччо, как я учился, чтоб лишний день к каникулам прирезать! С учителями договаривался, работы заранее писал, лаборантские делал, — Андреа усмехнулся.

— Слушай, — от новой мысли Петька аж остановился, — а есть возможность к твоему отцу на фехтовальные курсы попасть? Или… мне, сейчас, наверное, больше индивидуальные занятия подойдут…

— Что, расписание плотное?

— Да вообще сказали, могут на ненормированный перевести.

— Круто там у вас… — они подошли уже к самым дверям учебки. — Давай вот что. Я завтра поговорю с отцом и вечером тебе передам ответ. Пойдёт?

— Отлично.

Они вошли в вестибюль, пожали друг другу руки и разошлись в разные стороны — каждый в свой корпус.

Петька зашёл в свою холостяцкую берлогу, взял пару книжек — на случай, если Яна будет с квестами занята, спустился в столовую, набрал фруктов, и направился в избушку, предвкушая по-домашнему уютный вечер.

И вечер состоялся. Они ели Ягусины вкусности и обнимались. А потом явились какие-то девчонки, и Яга извиняющимся голосом сказала, что забыла запустить свой резервный алгоритм…

— Да ладно, поговори с ними, — Петька вспомнил, что хотел одно дельце совершить, пристроил книги к Ваське на полочку и накинул куртку, — я пока сбегаю кой-куда. Иванушек не привечай, я ещё вернусь.

Яга с возмущённым смехом хлопнула его по загривку, и Петька скрылся за запасной дверью.

Мастер Быстротукс едва не упал в обморок, когда из двери его мастерской вышел тёмный властелин. В этот раз он был выше и без бороды, а вместо гномьих доспехов облачён в простые одежды — но взгляд (а тем более — нюх!) гоблина не обманешь!

— Наш господин! Мы никак не ожидали вас так рано!

— Уважаемый мастер, у меня есть к вам некоторые вопросы.

— Конечно-конечно! Прошу сюда!

Петьку препроводили в отдельный угол цеха — опрятный и чистый, в котором можно было рассмотреть закреплённые на специальных приспособлениях чертежи и расчёты. Он вынул из храна свой блокнот с пометками.

— Мастер Быстротукс, вчера я начал процедуру принятия во владение своего нового имущества, и мне хотелось бы внести некоторые изменения в ряд конструкций.

— Пару мгновений, мой господин! Я приглашу ещё мастеров, чтобы они могли из ваших уст услышать поставленные задачи!

Быстротукс метнулся за дверь и менее чем через минуту появился в сопровождении целого конструкторского бюро. Заседание технического совета началось.

Слухи в Городе Гоблинов распространялись молниеносно. Спустя четверть часа под окнами мастерской уже волновалась огромная толпа. Петька понял, что уйти, не показавшись им хоть на минуту, будет неправильно. В итоге он выступил в роли «аве цезаря», помахав всем восторженным подданным с крыльца мастерской, перекинулся несколькими фразами с представителями бухгалтеров-управленцев, поручив им заодно подобрать к вечеру пятницы десяток выдающихся представителей из своей среды для наведения порядка в тёмном замке. Скребоварс от осознания величия поставленной цели впал в некоторый ступор, но Петька был уверен, что к пятнице всё будет в полнейшем ажуре, и с лёгким сердцем отправился к Яге.

Прошедший день вымотал Каларнифа почище, чем полный квест на тёмного властелина с капризной группой. Время от времени начинало дымить. Он отыскивал источник — эти дурацкие палочки! — ломал, швырял на пол и требовал приборки. В конце концов кицунэ это надоело, но мерзкая лиса не ушла — не-е-ет! В доме периодически шуршало и потрескивало. Он постоянно озирался, не выпуская из рук кинжал. Ведьма шарилась вокруг, выискивая возможность досадить.

В сахарнице обнаружилась колония крошечных неприятных насекомых. Он с отвращением вытряхнул всё в мусорное ведро, но через пару часов обнаружил, что гадкие букашки (кем бы они ни были) вытаскали весь сахар наружу, и в углу кухни уже наполовину возведён крошечный сахарный зиккурат. Каларниф требовал приборки, но система почему-то воспринимала сахарный городок как нечто правильное — возможно, из-за его упорядоченности — и не реагировала, а самому брать это руками… бр-р-р… Он наблюдал за копошащейся живностью в раздумьях — не уничтожить ли сахарную цивилизацию вручную, облив кипятком, но тут в спальне загремело, и он забыл о сахаре, бросившись туда.

Посреди комнаты валялось два пустых ведра. А посреди кровати блестела лужа воды — частично стекающая, частично впитывающаяся…

— Ах ты ж, с-с-с-сука! — выкрикнул он, оборачиваясь вокруг себя. Вдоль стен шелестело. И смеялось — очень тихо, на самой границе слышимости.

Тварь!

В коридоре послышался ритмичный звук, одновременно похожий и не похожий на шаги. Каларниф бросился на звук, перехватывая кинжал ловчее…

Посередине пустого коридора раскачивалась деревянная неваляшка, внутри что-то пересыпа́лось и перекатывалось. Он обошёл игрушку по кругу и передёрнулся от омерзения. Вместо лица виднелось что-то, похожее на кусок мяса, при каждом движении с него в разные стороны капала кровь, вокруг было уже изрядно забрызгано…

— Неужели не нравится? — прошептал кто-то в самое ухо.

Он резко развернулся на пятках и ударил! Но кинжал встретил лишь пустоту, хотя Каларниф мог бы поклясться, что почувствовал кожей теплоту её дыхания!

И только смех, смех, рассыпа́ющийся сухими стрекозиными крылышками…

Зуримба сидела в открытом проёме западной башни и бездумно таращилась на разбегающийся внизу лес. В её хорошенькой головке бродили далёкие от Вентру мысли. Хотя, хорошо, что её всё-таки отправили именно в Вентру! Иначе как бы она встретилась с этим офигенным парнем? И старшие жёны (или как это у них здесь называется?) у него хорошие, не жадные, поделились. Сказали: «Даже, может быть, возьмём тебя к себе, если господин согласится…»

А ведь она сначала грустила. Тосковала даже по своим.

Зуримба и в самом деле была негритянкой, дочерью вольнонаёмных служащих в одном из российских африканских посольств. Она даже в русскую посольскую школу ходила, там и говорить неплохо научилась. Наверное, поэтому её и взяли в программу после того несчастного случая…

В вирт-училище для иностранцев было… пёстро. Можно было ведь и по этнографической линии пойти, плясать-петь, туристов веселить. Или выбрать любую обычную профессию — секретарша, учительница… В конце концов — бордель. Там, говорят, девчонки быстро поднимались, некоторые не только пожизненную страховку отбивали за пару лет, но и помогали содержать в реале целые деревни родственников!

Перед Зуримбой край пропасти не маячил — родня у неё трудилась на неплохих местах, никто на жизнь не жаловался. Да и, раз уж судьба так вывернула, хотелось чего-то сверхреального — это ж вирт! Что за интерес сидеть как в реале? И когда в их вирт-общежитие пришёл вербовщик от вампирского клана Лайбон, она согласилась подписать контракт.

Да, там она тоже жила в общине, училась охотиться, пить кровь жертвы, сдерживать жажду в случае необходимости, принимать разные формы… Но там это было… вроде как игрой. А здесь, когда она приехала по этому дурацкому обмену к Вентру — практически реальностью. Иногда ей казалось, что все вокруг сумасшедшие. Или она сумасшедшая?.. Этот замок и его обитатели не оставляли шанса на нормальность. Кто только придумал эти дурацкие обмены⁈