А затем она исчезла - Дуглас Клэр - Страница 13

Я кивнула в знак понимания, однако в голове все-таки не укладывалось, что мы говорим про Хизер. Откуда она возвращалась в шесть утра? Почему не была в это время дома, в постели с Адамом? Или не кормила завтраком сынишку? Может быть, она провела ночь где-то еще? С кем-то другим?

Стрельба произошла около 6.45 утра. Так что же она делала до этого?

– Я не понимаю, зачем кому-то понадобилось их убивать, – сказала Холли, уткнувшись в салфетку. – Мы не были близко знакомы с соседями. Дейрдре почти все время посвящала саду или прогулкам по пляжу с собакой. Несколько раз мы видели пожилых дам, приезжавших с тортами к ним в гости. Полагаю, они устраивали кофейные посиделки по линии «Женского института»… – Холли деликатно высморкалась. – Клайв держался особняком. Он также выгуливал Халка…

Заметив мое недоумение, хозяйка рассмеялась:

– Да, странное имя для собаки, похожей на плюшевого медвежонка… Думаю, они хотели дать ему какое-то мужественное имя. Было видно, что он любит эту собаку. Я иногда сталкивалась с ним по дороге в газетный киоск, куда он ходил в субботу утром за «Радио таймс»[25], или когда возвращался из паба, а я выносила мусор. Он всегда здоровался. Они были тихими людьми – никакого шума, громкой музыки. Они производили впечатление, – Холли грустно посмотрела на меня, – очень приятных людей.

Когда я закончила интервью, Джек пошел с Питером на улицу, чтобы сфотографировать того на фоне коттеджа Уилсонов. Дом больше не был оцеплен, о случившемся напоминали только несколько букетов цветов, оставленных у забора. Я решила подойти поближе. Занавески были задернуты, вокруг царил порядок: по всему палисаднику и между ухоженными растениями стояли фигурки садовых гномов и каменных животных. В окне гостиной красовалась наклейка «Соседский дозор»[26], а в углу крыльца – кованая подставка для зонтиков. Я подумала, убрали ли уже кровь в прихожей. Затем стала разглядывать букеты цветов. Большинство прилагающихся к ним посланий выцвели под дождем, хотя некоторые еще можно было прочитать: на букете поникших лилий от внучки Дейрдре, Лизы, – «Моей чудесной бабушке»; «От дам из “Женского института”» – на открытке, привязанной к увядшим персиковым розам.

Я уже собиралась уйти, когда заметила гвоздики, которые выглядели почти свежими. Присела, чтобы рассмотреть прилагающуюся к ним карточку. Большими заглавными буквами на ней было выведено: «ОТ ЭТОЙ ПУЛИ ВАМ НЕ УВЕРНУТЬСЯ».

Вот это да!

Аккуратно, чтобы никто не заметил, я вытащила открытку и спрятала ее в карман.

12. Джесс

– Ты уже показала карточку Теду? – спрашивает Джек, подкатываясь ко мне на своем стуле. – Из этого можно сделать классную историю.

– Нет пока, – отвечаю я, не отрываясь от работы. Закончив статью, основанную на интервью со свидетелем, я занимаюсь материалом о прошлом Клайва и Дейрдре. Мне не дает покоя мысль, правильно ли я поступила, прикарманив карточку. В конце концов, это вмешательство в ход расследования: если у Клайва или Дейрдре были враги, полиция должна об этом знать. А мне нельзя сейчас оступиться и сделать какой-либо неверный шаг. Только с этим условием Тед взял меня на работу.

Джек прямо-таки возбудился при виде карточки. Всю дорогу он теребил ее в руках и выдвигал разные версии, что может означать надпись. Наконец вынудил меня ответить:

– Выходит, у одного из них или у обоих были враги.

Честно говоря, я сама не могу понять, зачем решила стянуть эту карточку. Чтобы доказать, что Клайв Уилсон не был таким уж идеальным дядей, братом и сыном? Если только послание не предназначалось Дейрдре. Что вряд ли – уж слишком она выглядела милой и заботливой бабушкой. Возможно, убийца застрелил ее, потому что она случайно не вовремя вернулась домой. Ну, либо была на самом деле не такой, какой казалась…

До сих пор не могу поверить в то, что убийца – Хизер. Что-то здесь не так.

Вспоминаю вчерашний разговор с Марго, ее намек на возможную ошибку, и как Адам тут же заставил ее замолчать. Все это очень интересно и заставляет задуматься.

– А может, у Хизер был сообщник? Или кто-то заплатил ей за убийство? – никак не может успокоиться Джек.

Неистовый полет его фантазии заставляет меня рассмеяться.

– Она не профессиональный убийца. И речь идет о Тилби; нынешнее преступление – самое крупное из всех, когда-либо здесь случившихся.

«Если, конечно, не считать исчезновения Флоры», – договариваю я уже про себя.

– Ты-то откуда знаешь?

Я поворачиваюсь в кресле так, чтобы посмотреть Джеку прямо в глаза.

– Полиция наверняка обратила бы внимание на крупную сумму денег, поступившую на счет Хизер.

– А если наличными? У них есть кемпинг. Деньги приходят и уходят, можно многое скрыть… Вдруг у них крупные долги? Или ее муж в чем-то замешан?

Адам… Откуда он родом, чем занимается? Я ничего о нем не знаю, кроме того, что это угрюмый и резкий человек, к которому я по непонятной причине сразу же прониклась неприязнью. Почему-то мне кажется, что ему есть что скрывать. Как могла Хизер выбрать такого?

И все же теории Джека – абсолютно абсурдные: ну не могла Марго позволить использовать свой кемпинг как прикрытие для преступной деятельности! Но пусть пока парень пофантазирует.

– Согласись, Джесс, что статья может получиться отличная. Сегодня только четверг. И у нас есть время до обеда понедельника.

Я подавляю вздох. Джек похож на прыгающего от возбуждения щенка, да и немудрено – вероятно, это самая большая история, над которой он когда-либо работал. Ему хочется сенсации.

– И что же такое мы разузнаем?

– Вот и думай, ты ведь у нас репортер. Уж очень подозрительно все это выглядит. У Клайва явно были враги, которых ничуть не удивила его смерть.

Я поднимаю руки.

– Ладно, сдаюсь. Поговорю с Тедом, а потом посмотрим. – Бросаю взгляд на свой мобильный. Почему он молчит? Я так надеялась на звонок Марго… Вчера мне показалось, что у меня получилось наладить с ней контакт. Скорее всего, это Адам отговорил ее от разговора со мной.

Я встаю, а Джек с победной улыбкой возвращается к своему столу. Да, мистер доморощенный детектив, лучше б ты шел работать в полицию, как твой дружок.

Подхожу к «офису» Теда и жду, когда он меня заметит.

– Что у тебя? – спрашивает он, не отрывая глаз от компьютера.

Кладу карточку ему на стол и объясняю, откуда она у меня.

Тед наконец проявляет интерес – привычное выражение скепсиса на его лице сменяется любопытством.

– Ты должна отдать ее полицейским. Нельзя утаивать улики, понимаешь, Джесс?

С трудом выдерживаю его взгляд и чувствую, что краснею. Неужели он считает, что случившееся в «Трибьюн» ничему меня не научило?

– Конечно. Даже не знаю, зачем я ее взяла, – оправдываюсь я.

– Ты могла просто снять карточку на телефон. – Тед испытующе смотрит на меня. – Завези ее в Брайдвелл, только сначала сфотографируй. Хорошо? – С этими словами он подталкивает карточку ко мне и опять поворачивается к компьютеру.

Выхожу с ощущением, что я провинившаяся школьница, которой устроил разнос директор. Вернувшись за свой стол, тут же фотографирую злополучную карточку.

– Ну что? – спрашивает Джек, увидев, что я одеваюсь.

– Не надо было брать эту чертову карточку. Теперь придется везти ее в полицейский участок…

Джек ошарашенно смотрит на меня.

– Черт…

Говорю ему тихо:

– Мне нужно, чтобы Тед мне доверял.

– Он тебе доверяет.

– Ты не понимаешь…

Джек вздыхает:

– Да все я понимаю, не идиот. И прекрасно помню тот скандал в Лондоне. Трубили во всех новостях. Я сразу подумал, что ты могла быть в этом замешана.

Вот те раз… С тех пор как уехала из Лондона, я ни с кем на эту тему не говорила. Мне становится нехорошо от одной мысли о том, что Джек – мой единственный друг после Хизер – догадывается, какой я могу быть отвратительной и подлой. Не зря же он шутит, что я тверда, как сталь.