Влекомая тьмой (ЛП) - Херд Мишель - Страница 44

Согласен.

— Как ты хочешь это сделать, Дамиано? — Спрашивает Анджело.

Он какое-то время размышляет, затем говорит:

— Мы все войдем. И наши люди тоже. — Помолчав, он потирает пальцами щетину на подбородке. — Мы подойдем к этому ублюдку всей семьей, и я убью его у всех на глазах. Это послужит сигналом, чтобы с нами не связывались.

— А свидетели? — Спрашивает Ренцо.

— Пусть говорят.

Я вздыхаю, потому что это означает, что нам придется заручиться поддержкой и подкупить множество чиновников, чтобы уберечь задницу Дамиано от тюрьмы.

Но то, чего он хочет, он получает, так что никто из нас не спорит.

_______________________________

Когда колонна внедорожников подъезжает к клубу, я оглядываю окрестности.

Возле клуба тихо, потому что еще рано и заведение еще не открылось.

— Что ты хочешь сделать? — спрашивает Ренцо Дамиано.

— Пойдем постучим в дверь, — бормочет он, открывая дверь.

— Думаешь, они просто так откроют нам? — Спрашивает Ренцо, когда мы все вылезаем из внедорожника.

— Конечно, нет, — рычит Дамиано, бросая на Ренцо взгляд "какого хрена". — Я не гребаный дурак. — Подняв руку, он подает сигнал своим людям.

Увидев гранатомет, я качаю головой. Взрыв услышат все.

Мы с Анджело переглядываемся, и я вижу, что он беспокоится за Дамиано. Даже для нашего босса, который натворил немало безумного дерьма, это немного безрассудно.

— Взорвите дверь, — приказывает Дамиано.

Оставив винтовку в машине, поскольку в клубе она мне не понадобится, я достаю из пояса один из своих пистолетов Heckler & Koch.

Ренцо и Анджело тоже держат оружие наготове.

Граната пробивает дыру в фасаде клуба, и я делаю глубокий вдох, после чего следую за своими друзьями через обломки в темный коридор.

В воздухе повисает дым, и я низко опускаю голову, стараясь не вдыхать его.

Как только мы выходим на открытое пространство с танцполом и барами, эти ублюдки открывают по нам огонь.

Мы с Ренцо уклоняемся в сторону и бежим к бару, где решаем укрыться. Я понятия не имею, куда делись Анджело и Дамиано.

Ренцо качает головой и бормочет:

— Дамиано серьезно нужно потрахаться. Это сотворит чудеса с его характером. — Вскакивает он, бросает быстрый взгляд и снова приседает передо мной. — Прикрой меня. Я сбегаю к кабинке ди-джея.

Он выныривает из-за барной стойки, а я вскакиваю и открываю огонь по ублюдкам, которые находятся на втором этаже, бормоча при этом:

— А кто, блять, будет меня прикрывать?

Я вижу, как пуля попадает Ренцо в руку, как только он ныряет за кабинку и расправляюсь с ублюдком, который стрелял в моего друга. После этого мне удается убежать.

Не дай себя убить сегодня, Дарио.

Глава 37

Дарио

Я чувствую жжение в боку, когда пуля едва не задевает меня, а я падаю и врезаюсь прямо в Ренцо.

— Господи, — ворчит он. — Ты в порядке?

— Да. — Проверив магазин в своем пистолете, я возвращаю его на место. — Надо было взять с собой автоматы, — бормочу я, приседая на корточки.

— У тебя идет кровь, — говорит Ренцо, оттягивая ткань моей рубашки от бока.

— У тебя тоже. Двое задели меня. Как твоя рука?

— Пуля вошла неглубоко. Буду жить.

— Уж лучше тебе так и поступить.

— Где вы, блять? — восклицает Дамиано, перекрывая стрельбу.

— В кабинке диджея, — кричит Ренцо.

Стрельба внезапно прекращается, и мы слышим, как наш босс рявкает:

— Тащите свои задницы сюда.

Мы бросаемся наверх и, покидая свое укрытие, видим, как Дамиано и Карло поднимаются по лестнице, а Анджело и Большой Рики следуют за ними.

— Ты прикрываешь нас, а я слежу за вторым этажом, — говорю я Ренцо, и мы бежим догонять остальных.

Пока мы поднимаемся по лестнице, вокруг царит пугающая тишина. Дойдя до VIP-зоны, мы видим, что Мигель сидит за столом, а его люди расположились вокруг него полукругом.

— Неужели все эти заморочки были так необходимы? — Спрашивает Мигель, глядя на Дамиано.

— Да.

Наплевав, Дамиано выдвигает стул и садится за стол. Он жестом просит Карло налить ему выпить.

Я придвигаюсь ближе, одновременно вытаскивая из-за спины второй Heckler & Koch. Насторожившись, я перевожу взгляд с одного ублюдка на другого.

Дамиано вздыхает.

— Все, что тебе нужно было сделать, — это выслушать, но нет же; ты проявил упрямство и влез на нашу территорию.

— В Нью-Йорке можно заработать много денег. Сделка все еще в силе, — говорит Мигель, выглядя немного беспокоенным.

Карло ставит стакан виски перед Дамиано, который берет напиток и делает глоток.

Когда он снова ставит стакан, то бормочет:

— Как бы хорошо ни звучала тридцатипроцентная доля, я вынужден отказаться.

Мое сердцебиение снова учащается, потому что я узнаю выражение его лица.

Секунду спустя его рука взлетает вверх, и он наносит смертельный выстрел, попадая Мигелю прямо между глаз.

Наступает настоящий ад, и все остальные открывают огонь.

Пуля свистит над моей головой, и мне приходится бросить свой пустой Heckler & Koch. После этого я сваливаю Дамиано со стула, когда один из ублюдков держит его на мушке.

И снова я чувствую, как спину словно пронзает жжение. Мы падаем на пол, но Дамиано смягчает мое падение.

Моя рука взмахивает в воздухе, когда я разворачиваюсь, готовый к действию, но последний человек падает от пули Большого Рики.

Опустившись на ковер, я смотрю в потолок и делаю отчаянные вдохи.

— Господи.

Дамиано, все еще лежащий рядом со мной, поднимает руку и держит большой и указательный пальцы на расстоянии дюйма друг от друга.

— Вот так ты был близок к тому, чтобы ударить меня коленом по яйцам, ублюдок.

Я заливаюсь смехом.

— Я почти уверен, что получил пулю за тебя.

— Что? — Садится он, начиная проверять меня на наличие ран.

— Поверхностная рана на моей спине.

Он толкает меня, после чего поднимается на ноги.

— Это не от гребаной пули. — Оглядывая окрестности, он спрашивает: — Все в порядке?

— Да, просто нужно посетить клинику, — бормочет Винченцо. — Я получил пулю в ногу.

Фабрицио подходит ближе к своему другу, чтобы помочь ему спуститься по лестнице.

— Пойдем, — приказывает Дамиано.

— Никто не хочет мне помочь? — Спрашиваю я.

Мой босс останавливается, затем хватает меня за руку и поднимает на ноги.

Я смотрю на тело Мигеля, но понимаю, что его смерть не остановит поступление наркотиков в Нью-Йорк. Это война, которую мы будем вести до конца своих дней.

_______________________________

Как только мы приземляемся, я еду домой, чтобы сменить R8 на свой внедорожник. После чего отправляюсь в Браунсвилл с пакетиком кокаина в кармане.

Я чертовски устал и просто хочу лечь в постель со своей женщиной, но сначала мне нужно позаботиться о ее матери.

Доехав до района, я набираю номер Фрэнки.

— Я начинаю чувствовать себя особенным, — отвечает он.

Я усмехаюсь, затем спрашиваю:

— Ты знаешь, где тусуется мать Иден?

— В баре вверх по дороге от дома, в котором живет Иден.

Мне нужно проверить, отказались ли Иден и Тайрон от аренды квартир.

— Встретимся в баре.

Я заканчиваю разговор и еду к квартире. Проезжая мимо старого здания Иден, я вижу группу бездомных, собравшихся вокруг костра, разведенного ими в мусорном баке.

Подъехав к бару, я паркую внедорожник и выхожу из него, оглядываясь по сторонам в поисках седана Фрэнки.

Мне не приходится долго ждать появления Фрэнки, и как только машина останавливается, он вылезает с пассажирского сиденья.

— Что случилось?

— Найди Мэнди. Мне нужно с ней поговорить.

— Давайте я загляну внутрь.

Я смотрю, как он перебегает дорогу и заходит в бар. Не проходит и минуты, как он вытаскивает женщину на тротуар и, крепко схватив ее за руку, тащит туда, где стою я.

— Спасибо, Фрэнки. Ты можешь идти, — говорю я, окидывая ее взглядом.