Порочный клуб. Измена (СИ) - Суворова Анастасия Романовна - Страница 41

Он старался выглядеть расслабленным, но Жанна слышала грохот его сердца, но отбивало военный марш. Макс шел на бой со своим страхом. Он собирался выйти из-под властной длани Амира Итаровича, человека воспитавшего его и давшего все, о чем многие только мечтали. Но и лишившего (точнее пытавшегося лишить) человечности.

Тревога Макса передавалась и Жанне, она словно газовое облако накрывала с головы до пят. Но девушка отчаянно сопротивлялась панике. Впрочем, безрезультатно.

Когда они добрались до клиники, Жанна была на пределе. Нервы словно изношенная проводка искрили, причиняя почти физическую боль. Но она гордо вскинула голову и вышла из кареты. Макс взял ее под локоток и повел в клинику. У самых дверей он остановился, и повернулся к ней.

— Говорить буду я, — напомнил он.

— А что мне делать?

— Просто пойдешь к кадровикам и напишешь заявление на увольнение. Причины можешь не объяснять. Их это не касается.

Жанна кивнула и хотела было зайти в место, где она испытал тонну боли. В последний раз. Чтобы развязать этот гордиев узел. Но не успел Макс коснуться до ручники, как дверь распахнулась сама, и оттуда выпорхнула ненавистная им обоим медсестра.

Увидев Макса, она расплылась в сладчайшей улыбке, а тот в свою очередь сморщился, будто ему лимон в рот пихнули.

Жанна замерла, к горлу подступила горечь. Лишь реакция любимого на эту расфуфыренную лахудру и удержала ее от необдуманного поступка. Ей до одури хотелось вцепиться в волосы блонди и выдрать хороший клок. Но и стерве, похоже, хотелось того же.

Стоило сопернице увидеть, что Макс держит Жанну за руку, как она вся побагровела. Раскрыла было рот и, задохнувшись возмущением, снова сомкнула губы. Но потом взяла себя в руки и злобно прошипела:

— Ты опоздала на два часа, Жан-на, — просмаковала она ее имя, будто представляла в этот момент, как девушку отчитывает сам Амир Итарович. — Попрощайся с премией и отгулами.

— Думаю, она переживет, — ухмыльнулся Макс, отодвигая блондинку с прохода.

— А увольнение она переживет? — едко выплюнула медсестра.

— Главное, чтобы ты пережила, — сладенько улыбнулась ей Жанна. — Ведь я уйду не одна.

Она едва заметно скосила глаза на Макса и ступила на порог клиники. А медсестра, сообразив, на что намекает наглая лаборантка, заскрипела зубами. Глаза ее чуть было не воспламенились от ненависти. Она метнулась было за парочкой, но Макс успел закрыть перед ее носом дверь и увести Жанну в холл.

Они поднялись по лестнице до второго этажа, там был кабинет главврача. Макс чмокнул Жанну в щеку и сжал в руке ее ладонь.

— Я переговорю с ним и заберу тебя. Подожди в лаборантской, если закончишь раньше чем я, — попросил он.

— Хорошо, — ответила Жанна и пошла в сторону кадровиков.

Там она без лишних рассусоливаний написала заявление, получила расчет и вышла в коридор. Собиралась подняться к девочкам, попрощаться, но не устояла перед соблазном и решилась подслушать разговор Макса с «папашей».

На дрожащих ногах она просеменила к кабинету главврача. Заозиралась по сторонам, будто воришка, и приложила ухо к замочной скважине.

Глава 47. Тяжелый разговор

— Я знаю, что ты домогался до Жанны! — прозвенел в ее ухо голос Макса на самой высокой ноте, которую тот только мог издать.

— А ты нет? — хмыкнул ему в ответ главврач.

— Мы встречались еще до клуба, ты забыл? — процедил парень.

— Ага, — развязно бросил Амир Итарович, — А потом оба пялили ее на красном диване. Так что не думаю, что она будет против тройничка.

— Я буду! — рявкнул Макс.

— Да брось, — успокаивающе проговорил главврач. — Она такая же, как и все девки из клуба — похотливая самочка, которая только и ждет большого члена. А твой стручок, прямо скажем, оставляет желать лучшего.

— Мой стручок, сегодня утром подарил ей оргазм, а еще сегодня ночью и не один раз. И мне не приходилось ее заставлять, как это делал ты! — выплюнул Макс.

— Так-так-так, — поцокал языкатом главврач. — Значит, кошечка сдалась и пустила тебя за порог. Или ты притащил ее в свою занюханную хату?

— Какое тебе дело?!

— Ты мой воспитанник, — пояснил Амир Итарович. — И ты должен держать лицо. Та дешевая квартира, которую ты снял… Она, — послышался плевок. — Сын главного врача не может жить в такой халупе. Не может таскать туда гулящих девок!

За дверью послышалась треск, потом грохот и звон бьющегося стекла. Жанна вздрогнула, хотела было ворваться, но ее спугнули голоса. В коридор кто-то заворачивал.

Она быстро отпрянула от замочной скважины и сделал вид, что просто ждет, когда ее пригласят для аудиенции.

Как только пара беседующих врачей прошла мимо, не обратив на Жанну никакого внимания, она снова припала к слуховому отверстию.

— Какого хрена ты так вцепился в мою девушку?! — орал взбешенный Макс. — Тебе что медсестер мало?! Или Бонни?! Иди в клуб и пяль девок там, а от Жанны отстань. Понял?

— Поуказывай еще мне, что я должен делать и от кого отстать! — гаркнул на него Амир Итарович и видимо грохнул по столу кулаком — раздался очередной «бум». — Я может, хочу эту соску не меньше твоего.

— Что?! — опешил Макс.

— А то?! — заорал главврач. — Она сучка еще та — эта твоя Жанна, но в постели просто… Бля, — прохрипел он. — Эта дрянь мне член узлом завязала. Я пока не трахну ее здесь, у себя на столе, не успокоюсь. И мне плевать на твои светлые чувства. Это все блажь малолетняя.

— То есть на свой член тебе не плевать, а на меня и нее — класть, да?! — возмутился Макс. — Ну ты и мудила, — протянул он.

— Я может и мудила, как ты выражаешься. Но я тебя выкормил и вырастил, а ты пожалел для меня какой-то… — он не договорил, сплюнул.

— Я пожалел для тебя не какой-то, — Макс повторил его жест. — Я пожалел свою невесту.

— Что?! — взревел Амир Итарович.

— Что слышал. Я сделал Жанне предложение, и она согласилась, — выпалил Макс.

— Бабе из клуба?! Да ты рехнулся?! Ты бы еще шалаву с улицы подобрал! — Амир Итарович орал так, что дверь входная дрожала. — Ты меня вконец опозорить решил?!

— Я решил уйти от тебя, в другую клинику, — добил папашу Макс и вот тут раздался не просто ор, а титанический громогласный клич. Главврач будто бы призывал всех демонов ада, рыча и беснуясь.

Но криками он не удовлетворился. Он стал крушить мебель. А потом раздался сдавленный стона Макса, и Жанна поняла, что и мебель не устроила психопата — он взялся за воспитанника.

Не соображая о последствиях, она дернула ручку двери и влетела в кабинет. Увидела зажатого медру крепких ручищ главврача Макса. Его лицо было синюшным, глаза вываливались из орбит. Тиран душил его в приступе ярости.

— Не троньте его! — заорала Жанна, хватая первое, что попалось под руку.

Это оказалась наградная статуэтка. Опять статуэтка! Ну кто ж виноват, что они всегда красовались на полках кабинетов?

Она подлетела к озверевшему начальнику и долбанула по его башке. Вся тяжесть его заслуг, отлитая в бронзе, обрушилась на темечко, и Амир Итанович взвыл от боли. Он выпустил Макса и тот осел на пол.

Жанна хотела подбежать к нему, но главврач преградил ей дорогу.

— А вот и наш цветочек, — зло прорычал он. — Пришла порадовать своего начальника? — похотливо облизывая губы, спросил он и дернулся к ней. Схватил в охапку и стал лапать, сжимая ее ягодицы с такой силой, что Жанна заскулила от боли.

— Нет, — выдавила она. — Я ухожу. М-м-м, — снова застонала она. — Вместе с Максом!

— Это мы еще посмотрим, — рыкнул начальник и вгрызся в ее губы.

Жанна испугалась, что он сожрет ее как падальщик. Но приступ похоти прервал Макс. пошатываясь, он поднялся и обрушил на голову опекуна бутылку виски.

Жанна подумала, что где-то уже видела подобную картину, но развить эту мысль не успела. Макс подхватил ее за руку и потащил прочь.

— Куда?! — догонял их голос обезумевшего Амира Итаровича.

Ни Макс, ни Жанна не обращали на него внимания. Они неслись по коридору, потом ступеням и холлу, пока не оказались на улице. Там они отдышались и припустили дальше, пока не увидели свободный экипаж.