Выйти замуж за Ледяного Великана (ЛП) - Фэй Лейла - Страница 8

Олдриг протиснулся внутрь. Один мой вздох, его стон, и головка его члена оказалась внутри меня. Холод был наэлектризованным, и я запульсировала вокруг него, мое тело отреагировало на проникновение…

Но это было не больно. Возникло ощущение растяжения, и холод был одновременно приятным и дискомфортным… но боли не было.

— Ты в порядке, снежинка? — прорычал Олдриг.

— Эм, да.

— Хорошо. Потому что, если я не трахну тебя в ближайшее время, я взорвусь.

Я хихикнула, но мое хихиканье превратилось в громкий вздох, когда он скользнул дальше.

Милосердные боги.

Он медленно двигался глубже, и я остро чувствовала его продвижение. Он растягивал меня, дюйм за дюймом, и я пульсировала вокруг него, моя киска была наполнена настолько, что это было невозможно…

И все же он продолжал двигаться. Я протянула руку между нашими телами и нащупала то место, где мы соединялись. Моя кожа там была упругой и гладкой на ощупь, растянутой до предела. И его член… все еще был в основном вне меня.

Я провела пальцами вверх, прерывисто дыша. Насколько я могла судить, половина его была внутри. И мне уже казалось, что он достиг моего предела, так как же…

Глубоко внутри меня возникла острая боль, и я вскрикнула, что заставило его немедленно остановиться.

— Слишком много? — спросил он напряженным голосом.

— Да, — ответила я, делая глубокие вдохи. — Мне очень жаль, но… не глубже.

— Не извиняйся, — сказал он низким голосом и медленно вышел.

Затем он толкнулся обратно, остановившись в нужный момент. Я ахнула, когда его холодная длина прошлась по моим чувствительным внутренним местам, его холод обжигал и усиливал ощущения.

Я положила руку на живот и ахнула, когда почувствовала, как широкая форма его члена движется внутри. Когда он выходил и снова толкался обратно, я могла чувствовать точное место, которого он касался во мне своими пальцами.

Я закрыла глаза и застонала, когда он задвигался быстрее, длинными, ровными движениями. Моя зияющая киска была до отказа наполнена огромным, чудовищным членом, и теперь, когда я привыкла к этому, я могла чувствовать…

Все это. Как он наполнил меня до краев, не оставляя места ни для чего другого. Я чувствовала, как он покорял меня, втискиваясь в мое тело, прокладывая себе путь с каждым движением. От его стонов я покраснела в благоговении, потому что я была источником его удовольствия, и мне было приятно слышать эти звуки.

Я громко застонала, когда он стал двигаться еще быстрее, трение послало в меня сильные толчки экстаза. А затем…

Его бедра прижались еще теснее, упираясь в внутреннюю поверхность моих бедер, и он замер. Я ахнула, когда пришло понимание. Он был уже не только наполовину внутри. Он был… глубоко.

Дрожащей рукой я дотронулась до своего живота. Выпуклая форма была намного выше. И все, что я могла чувствовать, это дикое удовлетворение и жадные импульсы моей киски, обнимающей его со всех сторон.

— В конце концов, мы подошли друг другу, — тихо произнес Олдриг. — Моя королева.

ГЛАВА 5

ОЛДРИГ

Сдерживать себя от самозабвенных толчков было самым трудным, что я когда-либо делал. Тело моей невесты, такое теплое и отзывчивое, уже практически лишило меня сил. Я ничего так не хотел, как трахать ее снова и снова, пока все мои обязанности, нет, весь мир, не исчезнут.

Она была возбуждена и истекала моей спермой, и все равно я хотел большего.

Но сейчас я стиснул зубы, мое тело было так напряжено, что скоро начнет дрожать. Медленные, размеренные удары. Вход и выход. Ее хныканье направляло меня, восхитительные звуки ее капитуляции и удовольствия. Это было единственное, что держало меня в узде.

Доставить моей невесте удовольствие, а не боль, было важнее, чем взять ее так быстро, как я хотел. Ее удовольствие важнее моего.

Потому что я хотел, чтобы она развалилась на части из-за меня. Я хотел бы, чтобы она полностью удовлетворилась, и ее тело кончало на мой член.

Чтобы увидел Уллага.

Я отогнал мысль об Уллаге, зарычав на себя. Внезапно, мне показалось, что неправильно думать о ком-то другом кроме нас, когда мы с моей невестой были так тесно связаны.

Я был внутри, уютно устроившись в ее горячей киске, практически с пеной у рта от того, как хорошо она заставляла меня себя чувствовать. Между нами не осталось места ни для кого другого.

— Да, вот так, — выдохнула она, когда я почти полностью вышел, головка моего изогнутого члена скользнула по верхней части ее киски. — О, боги. Пожалуйста.

Я снова врезался в нее, ее жар обжег меня, и отстранился так же, как и раньше. Она пронзительно закричала, выгибая спину. Я сильно толкнулся, также постанывая от удовольствия. Я был в нескольких секундах от того, чтобы кончить в нее, но мне пришлось сдержаться.

Она кончит первой.

Я снова отстранился, потеря ее тепла была подобна удару в живот, и вошел так быстро, и так глубоко, что мои бедра прижались к ее мягким бедрам.

Она приподнялась на кровати, ее спина выгнулась так высоко, что ее выпуклый живот коснулся моей кожи. Теперь она молчала, но я чувствовал это.

Моя невеста сжалась вокруг меня, как тиски, давление заставило меня застонать от усилия сдержаться. Она сжимала… и сжимала… пока, наконец, не отпустила, ее удовольствие накатывало быстрыми волнами, когда она расслаблялась и сжималась вокруг меня.

Она издала глубокий стон, за которым последовал тихий стон.

В моих ушах раздался свистящий звук, словно подул ледяной ветер, и сквозь него я смутно расслышал звуки аплодисментов. Мои братья заметили, что моя невеста кончила прямо на мой член, и поздравляли.

Мне было все равно. Все, что мне сейчас нужно было, это отпустить.

Я трахал ее жестко, так сильно, что она сползла по кровати. Каждый мой толчок был встречен сдавленным стоном, ее киска вокруг меня была такой горячей, что обжигала, и все же…

С громким стоном я кончил в нее, оргазм охватил мои яйца и какое-то место глубоко внутри моего таза, сжимая и разжимая. Моя сперма вырывалась длинными струями, каждая из которых была мощнее другой, пока я не задрожал над своей невестой, и мое тело не захлестнуло наслаждение.

Наконец, оно ослабло, и из последних сил я скатился с нее. Мои руки больше не держали меня, но я не хотел раздавить Люси, поэтому я скатился.

Прямо на пол.

Когда я приземлился, застонав от боли, кровать зловеще заскрипела, сотрясаясь. Люси испуганно вскрикнула, и мгновение спустя трясущаяся кровать развалилась под ней. Она вскрикнула, когда матрас упал, потому что его больше не держала рама, а затем рассмеялась.

Я повернулся и обнаружил, что ее темные смеющиеся глаза устремлены на меня, и я улыбнулся в ответ, хотя мое тело убивало меня. Бедро свело судорогой, а руки были слишком слабыми, чтобы поднять их. Мой член, теперь вялый и тяжелый на моем бедре, ощущался так, словно он никогда больше не станет твердым.

Неудивительно. Это был лучший секс и самый интенсивный оргазм в моей жизни.

— Ты в порядке? — спросил я Люси, тихо смеясь вместе с ней.

— Лучше не бывает, — ответила она с усмешкой. — Хотя такое ощущение, что у меня между ног растеклась лужа.

Я с усилием поднял голову. Действительно, довольно большая лужа. Моя сперма все еще сочилась из нее, но большая ее часть вытекла наружу, блестя на простынях и медленно впитываясь в матрас.

Это зрелище заставило меня преисполниться собственнической гордости. Вот оно, доказательство на всеобщее обозрение. Эта женщина была моей, и мое семя было внутри нее, готовое превратиться в ребенка.

— Они дерут втридога — сказал я. — Неудивительно, если им приходится менять кровать каждый гребаный раз.

Люси хихикнула, слабо пошевелившись на липком матрасе. Она поджала ноги и возилась с простынями, пока, наконец, не высвободила одно шелковое полотно и не накинула его на свое тело.

Ткань была такой тонкой, что я мог видеть сквозь нее ее дерзкие соски. Мой член дернулся, и я ухмыльнулся. В конце концов, не так уж и устал.